198 афоризмов Марии Фариса: жизненные цитаты

Подборка из 198 цитат Марии Фариса: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Бежал не помня себя, а когда остановился, понял: теперь мне придётся бежать до конца жизни.

   Бежал не помня себя, а когда остановился, понял: теперь мне придётся бежать до конца жизни.

   — Мария Фариса · книга
2. «

   Всевышний действует через помощников, и каждый из них отвечает за что-то. У вас, христиан, они именуются ангелами и святыми. Мы называем их божествами или оришас, но суть у них та же — исполнять волю Бога. Если ты не видишь этих существ, это говорит лишь о том, что ты пока не способна видеть.

   Всевышний действует через помощников, и каждый из них отвечает за что-то. У вас, христиан, они именуются ангелами и святыми. Мы называем их божествами или оришас, но суть у них та же — исполнять волю Бога. Если ты не видишь этих существ, это говорит лишь о том, что ты пока не способна видеть.

   — Мария Фариса · книга
3. «

   Когда устают ноги, голова отдыхает. Твоей голове нужен отдых.

   Когда устают ноги, голова отдыхает. Твоей голове нужен отдых.

   — Мария Фариса · книга
4. «

   — Теперь ты расскажи мне про себя, — попросил я. — У меня всё хорошо, — выпалил он. — У меня есть сестра, мама и папа. Отец скоро вернётся из моря. Я их очень люблю. — А они тебя? — И они меня любят. Я знал, что это неправда. Никому до этого мальчика не было дела. Его сестра думала лишь о том, как бы скорее выскочить замуж. Мать — как угодить мужу, чтобы тот не злился. А отец ни о ком, кроме себя, не думал. Я положил руку ему на плечо. — Ты хороший мальчик. Он отвёл взгляд — не поверил.

   — Теперь ты расскажи мне про себя, — попросил я. — У меня всё хорошо, — выпалил он. — У меня есть сестра, мама и папа. Отец скоро вернётся из моря. Я их очень люблю. — А они тебя? — И они меня любят. Я знал, что это неправда. Никому до этого мальчика не было дела. Его сестра думала лишь о том, как бы скорее выскочить замуж. Мать — как угодить мужу, чтобы тот не злился. А отец ни о ком, кроме себя, не думал. Я положил руку ему на плечо. — Ты хороший мальчик. Он отвёл взгляд — не поверил.

   — Мария Фариса · книга
5. «

   Я помчался к своим, чтобы скорее обнять жену и детей, но дома в обычном месте не обнаружил. Уже тогда меня пронзила догадка, но я отмахнулся: «Нет, быть такого не может». Всё же, чтобы удостовериться, решил пойти к дому моих родителей, который давно разобран. Шагал через яблоневый сад, и все деревья в нём были молодые, как в моём детстве. Вдруг замер: родительский дом стоял на прежнем месте. На окнах были знакомые шторы, горшки с цветами. Я подкрался ближе и в просвет между занавесками увидел свою сестру. Она наливала кипящую воду в бочку. На табуретке лежали зелёное мыло и полотенце. Ей было семнадцать, и она улыбалась. В то время она была влюблена в гробовщика с тонкими усами. Ещё не знала, что скоро выйдет за него замуж, растолстеет, родит двоих, а потом он ей изменит с трактирщицей и заразится дурной болезнью.

   Я помчался к своим, чтобы скорее обнять жену и детей, но дома в обычном месте не обнаружил. Уже тогда меня пронзила догадка, но я отмахнулся: «Нет, быть такого не может». Всё же, чтобы удостовериться, решил пойти к дому моих родителей, который давно разобран. Шагал через яблоневый сад, и все деревья в нём были молодые, как в моём детстве. Вдруг замер: родительский дом стоял на прежнем месте. На окнах были знакомые шторы, горшки с цветами. Я подкрался ближе и в просвет между занавесками увидел свою сестру. Она наливала кипящую воду в бочку. На табуретке лежали зелёное мыло и полотенце. Ей было семнадцать, и она улыбалась. В то время она была влюблена в гробовщика с тонкими усами. Ещё не знала, что скоро выйдет за него замуж, растолстеет, родит двоих, а потом он ей изменит с трактирщицей и заразится дурной болезнью.

   — Мария Фариса · книга
6. «

   У кого нет своего угла, тому и не положено ковра счастья.

   У кого нет своего угла, тому и не положено ковра счастья.

   — Мария Фариса · книга
7. «

   В школе жён мои ноги усмирили в маленьких узких туфлях. Сняли с меня свободный костюм и спрятали в халат с широким поясом, в котором не то что ходить — дышать сложно. — Терпи, это и есть быть супругой, — сказала женщина, которая меня одевала.

   В школе жён мои ноги усмирили в маленьких узких туфлях. Сняли с меня свободный костюм и спрятали в халат с широким поясом, в котором не то что ходить — дышать сложно. — Терпи, это и есть быть супругой, — сказала женщина, которая меня одевала.

   — Мария Фариса · книга
8. «

   У меня не было денег на выкуп, потому я бесплатно работал в лавке её отца — разливал по узорным флаконам ароматное масло. После трёх вечеров с невестой я понял, что спрятанные волосы — единственная её тайна, и попал в тюрьму за нарушенную клятву жениться.

   У меня не было денег на выкуп, потому я бесплатно работал в лавке её отца — разливал по узорным флаконам ароматное масло. После трёх вечеров с невестой я понял, что спрятанные волосы — единственная её тайна, и попал в тюрьму за нарушенную клятву жениться.

   — Мария Фариса · книга
9. «

   Перевязать раны предкам — значит самой от их боли освободиться.

   Перевязать раны предкам — значит самой от их боли освободиться.

   — Мария Фариса · книга
10. «

    Чем больше старалась разобраться в своей дороге, тем больше находила закономерностей с историей моего рода. Раз за разом с моими предками повторялось одно и то же. Одно поколение у другого перенимало ошибки.

    Чем больше старалась разобраться в своей дороге, тем больше находила закономерностей с историей моего рода. Раз за разом с моими предками повторялось одно и то же. Одно поколение у другого перенимало ошибки.

    — Мария Фариса · книга
11. «

    Я глядела на людей и теперь видела, какие они на самом деле: кто называл меня старой, тот сам старости боялся. Кто называл меня немощной, тот хотел почувствовать себя сильным. Кто говорил, что я некрасива, тот сам ненавидел свой облик.

    Я глядела на людей и теперь видела, какие они на самом деле: кто называл меня старой, тот сам старости боялся. Кто называл меня немощной, тот хотел почувствовать себя сильным. Кто говорил, что я некрасива, тот сам ненавидел свой облик.

    — Мария Фариса · книга
12. «

    Тогда стабильность охотилась на меня повсюду: просила подумать о себе маминым голосом из телефонной трубки.

    Тогда стабильность охотилась на меня повсюду: просила подумать о себе маминым голосом из телефонной трубки.

    — Мария Фариса · книга
13. «

    — Я испекла для тебя булочки пау-ди-кейжу. Муж сказал, ты их любишь, а печь ленишься. — Я не ленюсь, я не умею. — Я так и говорю: ленишься.

    — Я испекла для тебя булочки пау-ди-кейжу. Муж сказал, ты их любишь, а печь ленишься. — Я не ленюсь, я не умею. — Я так и говорю: ленишься.

    — Мария Фариса · книга
14. «

    Она знала, что настоящая тишина – она сейчас, когда собаки в будках ещё моргают в темноту. Потом покрывало ночи сползёт к кукурузным полям, а в окнах самых трудолюбивых зажжётся свет. За миг до того как запоёт первый петух, слышится настоящая тишина, цельная, звонкая, как арбуз.

    Она знала, что настоящая тишина – она сейчас, когда собаки в будках ещё моргают в темноту. Потом покрывало ночи сползёт к кукурузным полям, а в окнах самых трудолюбивых зажжётся свет. За миг до того как запоёт первый петух, слышится настоящая тишина, цельная, звонкая, как арбуз.

    — Мария Фариса · книга
15. «

    Иди спокойно и не позволяй новостям наполнять себя дрожью. Я была в самых опасных местах планеты, и люди там улыбались мне, пускали в дом, делились едой. Если бы я доверяла новостям, я бы посетила пятнадцать, а не восемьдесят стран. Хорошего в мире больше, просто хорошее молчаливо. Одна маленькая бомба гремит на весь мир, миллион добрых улыбок — беззвучен.

    Иди спокойно и не позволяй новостям наполнять себя дрожью. Я была в самых опасных местах планеты, и люди там улыбались мне, пускали в дом, делились едой. Если бы я доверяла новостям, я бы посетила пятнадцать, а не восемьдесят стран. Хорошего в мире больше, просто хорошее молчаливо. Одна маленькая бомба гремит на весь мир, миллион добрых улыбок — беззвучен.

    — Мария Фариса
16. «

    Благодарность — семечка, из которой растёт счастье.

    Благодарность — семечка, из которой растёт счастье.

    — Мария Фариса · книга
17. «

    — В пять вечера хозяин пьёт чай в библиотеке. Он попросил, чтобы ты всё время ему подавала. — Почему я? Дория пожала плечами. Так Жасинта узнала, что можно обмануть, не сказав ни слова.

    — В пять вечера хозяин пьёт чай в библиотеке. Он попросил, чтобы ты всё время ему подавала. — Почему я? Дория пожала плечами. Так Жасинта узнала, что можно обмануть, не сказав ни слова.

    — Мария Фариса · книга
18. «

    Живые вслух прощают мёртвых, чтобы груз плохих поступков не тянул к земле их души. Живые благодарят мёртвых, поют заупокойные песни: о боях, делах, подвигах и достоинствах прожитой жизни.

    Живые вслух прощают мёртвых, чтобы груз плохих поступков не тянул к земле их души. Живые благодарят мёртвых, поют заупокойные песни: о боях, делах, подвигах и достоинствах прожитой жизни.

    — Мария Фариса · книга
19. «

    Я подошёл к книжным полкам и сдвинул в сторону рамки с фотографиями счастливой пары. На них она обнимала ещё одного безумца, который решил связать с ней свою жизнь. Красивый, богатый, даром что не умел отличать гепардов от пятнистых кошек.

    Я подошёл к книжным полкам и сдвинул в сторону рамки с фотографиями счастливой пары. На них она обнимала ещё одного безумца, который решил связать с ней свою жизнь. Красивый, богатый, даром что не умел отличать гепардов от пятнистых кошек.

    — Мария Фариса · книга
20. «

    Когда ходишь по планете один, твоя привилегия – подслушивать разговоры.

    Когда ходишь по планете один, твоя привилегия – подслушивать разговоры.

    — Мария Фариса · книга