55 фраз Марии Семеновы, которые запоминаются

Ниже 55 цитат Марии Семеновы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   ... Тот, кто задумывает предательство, сам вечно подозревает других.

   ... Тот, кто задумывает предательство, сам вечно подозревает других.

   — Волкодав. Знамение пути · книга
2. «

   Смерть — последний поступок, а то нередко и главный. Люди не помнят всего, что совершил воин, но и через сто лет про каждого расскажут, как умер.

   Смерть — последний поступок, а то нередко и главный. Люди не помнят всего, что совершил воин, но и через сто лет про каждого расскажут, как умер.

   — Зима · книга
3. «

   Всякая кажущаяся случайность имеет свой смысл, — однажды сказала мама. — Надо только суметь её правильно истолковать...

   Всякая кажущаяся случайность имеет свой смысл, — однажды сказала мама. — Надо только суметь её правильно истолковать...

   — Волкодав. Истовик-камень · книга
4. «

   Ты думал: вот-вот полечу, только крылья оперил! А крылья сломались — и мир не заметил потери.

   Ты думал: вот-вот полечу, только крылья оперил! А крылья сломались — и мир не заметил потери.

   — Волкодав · книга
5. «

   Тот, кого я всегда жду, он был... что каменная скала, при которой надежно расти маленькому вьюнку. Твердый камень, теплый от солнца. И не бывает такого, чтобы скала отворачивалась, стряхивая чьи-то слабые корни. Если рушится, значит, рушится мир. Весь мир маленького вьюнка.

   Тот, кого я всегда жду, он был... что каменная скала, при которой надежно расти маленькому вьюнку. Твердый камень, теплый от солнца. И не бывает такого, чтобы скала отворачивалась, стряхивая чьи-то слабые корни. Если рушится, значит, рушится мир. Весь мир маленького вьюнка.

   — Зимка · книга
6. «

   Все мужья спрашивают с жены сыновей, а сами баловать дочек рады-радешеньки. А уж деды внучек — втройне.

   Все мужья спрашивают с жены сыновей, а сами баловать дочек рады-радешеньки. А уж деды внучек — втройне.

   — Валькирия (Тот, кого я всегда жду) · книга
7. «

   Заставь что-нибудь делать — не сделают, с подзатыльниками будут делать и плакать, но запрети — в узел свяжутся, а достигнут.

   Заставь что-нибудь делать — не сделают, с подзатыльниками будут делать и плакать, но запрети — в узел свяжутся, а достигнут.

   — Зимка · книга
8. «

   Даром в этом мире не дается вообще ничего, кроме родительской любви.

   Даром в этом мире не дается вообще ничего, кроме родительской любви.

   — Волкодав · книга
9. «

   Дом!... он и есть дом, ничто его не заменит. Почему-то вблизи этого не разглядеть, только издалека. Когда утратишь.

   Дом!... он и есть дом, ничто его не заменит. Почему-то вблизи этого не разглядеть, только издалека. Когда утратишь.

   — Зима · книга
10. «

    Зачем кому-то в битвах погибать? Как влажно дышит пашня под ногами, Какое небо щедрое над нами! Зачем под этим небом враждовать?.. Над яблоней гудит пчелиный рой, Смеются дети в зарослях малины. В краю, где не сражаются мужчины, Где властно беззащитное добро, Где кроткого достоинства полны Прекрасных женщин ласковые лица.

    Зачем кому-то в битвах погибать? Как влажно дышит пашня под ногами, Какое небо щедрое над нами! Зачем под этим небом враждовать?.. Над яблоней гудит пчелиный рой, Смеются дети в зарослях малины. В краю, где не сражаются мужчины, Где властно беззащитное добро, Где кроткого достоинства полны Прекрасных женщин ласковые лица.

    — Волкодав · книга
11. «

    Мгновения, отмеченные мученичеством многих сот жизней, остаются узлами в ткани былого, продолжая взывать к отнятому у них будущему.

    Мгновения, отмеченные мученичеством многих сот жизней, остаются узлами в ткани былого, продолжая взывать к отнятому у них будущему.

    — Андарх · книга
12. «

    Доброй души на торгу не прикупишь.

    Доброй души на торгу не прикупишь.

    — Зима · книга
13. «

    Слово, произнесённое умело и ко времени, может стать выкупом за осуждённую голову, лекарством от смертельной болезни... Или смертельным ударом! И всё это смотря по тому, как его сказать.

    Слово, произнесённое умело и ко времени, может стать выкупом за осуждённую голову, лекарством от смертельной болезни... Или смертельным ударом! И всё это смотря по тому, как его сказать.

    — Лебединая дорога · книга
14. «

    Самый пакостный возраст: женское уже пробудилось, сил, как у годовалой телушки, а ума нет и впомине.

    Самый пакостный возраст: женское уже пробудилось, сил, как у годовалой телушки, а ума нет и впомине.

    — Валькирия (Тот, кого я всегда жду) · книга
15. «

    Мелькают недели, и месяцы мчатся бегом... Мы вечно спешим к миражу послезавтрашней славы, А нынешней глупости, сделавшей друга врагом, Уже не исправить, мой милый, уже не исправить.

    Мелькают недели, и месяцы мчатся бегом... Мы вечно спешим к миражу послезавтрашней славы, А нынешней глупости, сделавшей друга врагом, Уже не исправить, мой милый, уже не исправить.

    — Волкодав · книга
16. «

    Велик ли труд вымолвить слово? Открыть рот, пошевелить языком. Вот только мужества иногда надо больше, чем в битве. И даже верный меч не помощник.

    Велик ли труд вымолвить слово? Открыть рот, пошевелить языком. Вот только мужества иногда надо больше, чем в битве. И даже верный меч не помощник.

    — Валькирия (Тот, кого я всегда жду) · книга
17. «

    И почему мы пристальнее вглядываемся в ближних и начинаем по-настоящему ценить их только когда судьба готовится разлучить нас навеки?... Почему только у последнего края вспоминаем всё недосказанное, спохватываемся о доброте и участии, которых не проявили, пока времени было в достатке?... А если несчастья всё-таки не происходит, почему мы тут же забываем собственные горячечные обеты и начинаем вести себя совершенно по-прежнему?..

    И почему мы пристальнее вглядываемся в ближних и начинаем по-настоящему ценить их только когда судьба готовится разлучить нас навеки?... Почему только у последнего края вспоминаем всё недосказанное, спохватываемся о доброте и участии, которых не проявили, пока времени было в достатке?... А если несчастья всё-таки не происходит, почему мы тут же забываем собственные горячечные обеты и начинаем вести себя совершенно по-прежнему?..

    — Эврих · книга
18. «

    …а где-то глубоко внутри себя я давно уже знала: он не придёт. Тот, кто смог бы взять у меня всё и отдать сторицей. Он не придёт никогда, его нет на этой земле. Пора уже мне научиться жить без него.

    …а где-то глубоко внутри себя я давно уже знала: он не придёт. Тот, кто смог бы взять у меня всё и отдать сторицей. Он не придёт никогда, его нет на этой земле. Пора уже мне научиться жить без него.

    — Зима · книга
19. «

    Наверное, следовало одёрнуть молодцов, заставить чтить того, кого поставили над ними старейшины. Но в том-то и беда, что не заставишь уважать человека, который ничем этого не заслужил.

    Наверное, следовало одёрнуть молодцов, заставить чтить того, кого поставили над ними старейшины. Но в том-то и беда, что не заставишь уважать человека, который ничем этого не заслужил.

    — Волкодав · книга
20. «

    Кто хочет что-то сделать, тот делает. А кто не хочет, придумывает отговорки.

    Кто хочет что-то сделать, тот делает. А кто не хочет, придумывает отговорки.

    — Кан-Кендарат · книга