93 известных цитаты Марии Семеновы

Ниже 93 цитаты Марии Семеновы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я почему-то сразу понял, что это был князь. Хотя никакого такого убранства на нём не заметил, ни гривны на шее, ни крашеного плаща. Гридень вроде и гридень, а по одёже так и не из первых. А есть же что-то, без языка величает, без слова рассказывает: князь!

   Я почему-то сразу понял, что это был князь. Хотя никакого такого убранства на нём не заметил, ни гривны на шее, ни крашеного плаща. Гридень вроде и гридень, а по одёже так и не из первых. А есть же что-то, без языка величает, без слова рассказывает: князь!

   — Твёрд · книга
2. «

   За что драться невольнику, если не манит свобода?

   За что драться невольнику, если не манит свобода?

   — Волкодав · книга
3. «

   Шел снег. Если сощуриться и долго смотреть вверх, покажется, что Небо с Землёй плывут навстречу, и уже не понять, то ли снежинки спускаются на лицо, то ли сам летишь, летишь вверх...

   Шел снег. Если сощуриться и долго смотреть вверх, покажется, что Небо с Землёй плывут навстречу, и уже не понять, то ли снежинки спускаются на лицо, то ли сам летишь, летишь вверх...

   — Валькирия (Тот, кого я всегда жду) · книга
4. «

   То, о чём совсем не хочется думать, знай упрямо лезет на ум.

   То, о чём совсем не хочется думать, знай упрямо лезет на ум.

   — Волкодав · книга
5. «

   Тот, кого я всегда жду, он был... что каменная скала, при которой надежно расти маленькому вьюнку. Твердый камень, теплый от солнца. И не бывает такого, чтобы скала отворачивалась, стряхивая чьи-то слабые корни. Если рушится, значит, рушится мир. Весь мир маленького вьюнка.

   Тот, кого я всегда жду, он был... что каменная скала, при которой надежно расти маленькому вьюнку. Твердый камень, теплый от солнца. И не бывает такого, чтобы скала отворачивалась, стряхивая чьи-то слабые корни. Если рушится, значит, рушится мир. Весь мир маленького вьюнка.

   — Зимка · книга
6. «

   Во все времена герои сами выращивали свою судьбу.

   Во все времена герои сами выращивали свою судьбу.

   — Орлиная круча · книга
7. «

   Каждый сам выращивает свою судьбу.

   Каждый сам выращивает свою судьбу.

   — Волкодав. Истовик-камень · книга
8. «

   Больше одного раза он всё равно меня не убьёт.

   Больше одного раза он всё равно меня не убьёт.

   — Зима · книга
9. «

   Кто горазд глумиться над беззащитным — редко сам являет достойную доблесть.

   Кто горазд глумиться над беззащитным — редко сам являет достойную доблесть.

   — Волкодав. Самоцветные горы · книга
10. «

    Сейчас взовьётся огонь и пожрёт, обратит в прах домовину со всем, что там внутри. Бедный мой разум по-прежнему отказывался понять, что внутри лежал Славомир, и ему не подняться, не встать, потягиваясь и улыбаясь, от этого сна, не выбраться из смерти назад. Вот так бросаются в погребальное пламя, безумно надеясь всё-таки разбудить, успеть за руку вывести обратно к живым...

    Сейчас взовьётся огонь и пожрёт, обратит в прах домовину со всем, что там внутри. Бедный мой разум по-прежнему отказывался понять, что внутри лежал Славомир, и ему не подняться, не встать, потягиваясь и улыбаясь, от этого сна, не выбраться из смерти назад. Вот так бросаются в погребальное пламя, безумно надеясь всё-таки разбудить, успеть за руку вывести обратно к живым...

    — Зима · книга
11. «

    Ночь последняя перед боем, перед смертью или перед свадьбой, нет её хуже, нет длинней.

    Ночь последняя перед боем, перед смертью или перед свадьбой, нет её хуже, нет длинней.

    — Пелко и волки · книга
12. «

    Всякое завтра рано или поздно превращается во вчера и ещё быстрее — в десять зим тому назад.

    Всякое завтра рано или поздно превращается во вчера и ещё быстрее — в десять зим тому назад.

    — Лебединая дорога · книга
13. «

    Судьбу не разжалобить уговорами, но с нею можно схватиться.

    Судьбу не разжалобить уговорами, но с нею можно схватиться.

    — Зима · книга
14. «

    Не строй дома у дороги. Дорога лишь тогда бывает доброй, когда ведет она домой.

    Не строй дома у дороги. Дорога лишь тогда бывает доброй, когда ведет она домой.

    — Волкодав. Право на поединок · книга
15. «

    В тот раз его отучили приписывать человеку благородство души на том основании, что его охотно слушается праведное оружие. Теперь вот удалось сообразить, что тысяча прочитанных книг сама по себе способна возвысить душу не более, чем тысяча отбитых ударов.

    В тот раз его отучили приписывать человеку благородство души на том основании, что его охотно слушается праведное оружие. Теперь вот удалось сообразить, что тысяча прочитанных книг сама по себе способна возвысить душу не более, чем тысяча отбитых ударов.

    — Волкодав. Знамение пути · книга
16. «

    Чего для живут праздники, если не для чудес. Не ради того, чтобы селилось в душе доверие и надежда: а вдруг?

    Чего для живут праздники, если не для чудес. Не ради того, чтобы селилось в душе доверие и надежда: а вдруг?

    — Зима · книга
17. «

    Предводители должны идти первыми, когда угрожает опасность.

    Предводители должны идти первыми, когда угрожает опасность.

    — Волкодав · книга
18. «

    Кому великая честь, с того немало и спросится.

    Кому великая честь, с того немало и спросится.

    — Зима · книга
19. «

    Женщины святы!

    Женщины святы!

    — Волкодав · книга
20. «

    Сгинет роскошная паволока, уступит медленной ржавчине закалённая сталь, рассыплется в прах благородно сверкающее серебро... И останется нетленным только одно. Слава. Добрая или худая. Смотря что сумеешь посеять в памяти тех, кто тебя знал.

    Сгинет роскошная паволока, уступит медленной ржавчине закалённая сталь, рассыплется в прах благородно сверкающее серебро... И останется нетленным только одно. Слава. Добрая или худая. Смотря что сумеешь посеять в памяти тех, кто тебя знал.

    — Лебединая дорога · книга