137 цитат от Марка Туллого Цицерона

Подборка из 137 цитат Марка Туллого Цицерона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Если боль мучительна, она непродолжительна, а если продолжительна, то не мучительна.

   Если боль мучительна, она непродолжительна, а если продолжительна, то не мучительна.
2. «

   Хотите заслужить доверие и уважение? Присоедините справедливость к умелости. Справедливость без осторожности, сама по себе, будет еще обладать большою силою. Осторожность без справедливости не годится ни к чему.

   Хотите заслужить доверие и уважение? Присоедините справедливость к умелости. Справедливость без осторожности, сама по себе, будет еще обладать большою силою. Осторожность без справедливости не годится ни к чему.

   — Мысли и высказывания · книга
3. «

   Дружба дана нам природой, как помощница в доблестях, а не как спутница в пороках.

   Дружба дана нам природой, как помощница в доблестях, а не как спутница в пороках.
4. «

   Самое лучшее для человека — совсем не родиться, а после этого самое лучшее — скорее умереть.

   Самое лучшее для человека — совсем не родиться, а после этого самое лучшее — скорее умереть.
5. «

   Прилагайте больше старания, чтобы выразить любовь и уважение к тем, с кем вы беседуете.

   Прилагайте больше старания, чтобы выразить любовь и уважение к тем, с кем вы беседуете.

   — Мысли и высказывания · книга
6. «

   Поэтому (ведь говорить это надо почаще) нужно себе составить мнение о человеке, прежде чем его полюбить, а не полюбить его до того, как составишь себе мнение о нем.

   Поэтому (ведь говорить это надо почаще) нужно себе составить мнение о человеке, прежде чем его полюбить, а не полюбить его до того, как составишь себе мнение о нем.

   — Лелий · книга
7. «

   Если, во времена Тарквиния, Рим не имел еще писаного закона против изнасилования, то Секст Тарквиний, насилуя Лукрецию, разве не нарушил вечного закона? Разве не было достаточно вложенного в нас природою разума, чтобы побудить к добру и отвратить от преступления? Он получил законную силу не только в ту минуту, когда был написан, но с самого момента своего появления он являлся образцом законов, а появился он вместе с божественным разумом.

   Если, во времена Тарквиния, Рим не имел еще писаного закона против изнасилования, то Секст Тарквиний, насилуя Лукрецию, разве не нарушил вечного закона? Разве не было достаточно вложенного в нас природою разума, чтобы побудить к добру и отвратить от преступления? Он получил законную силу не только в ту минуту, когда был написан, но с самого момента своего появления он являлся образцом законов, а появился он вместе с божественным разумом.

   — Мысли и высказывания · книга
8. «

   Часто, когда дело идет даже о малых деньгах, обнаруживается, сколь ненадежны некоторые люди; однако цену другим, которых малые деньги совратить не смогли, мы узнаем, когда дело идет о больших. Но если и найдутся люди, в чьих глазах предпочесть деньги дружбе — подлость, то где найдем мы таких, которые выше дружбы не поставят почестей, магистратур, империя, власти, влияния, так что они, когда перед ними, с одной стороны, будет все упомянутое, а с другой — долг дружбы, решительно не предпочтут всего названного мною? Ведь чересчур слаба природа наша, чтобы пренебречь могуществом. И даже если человек достиг его, презрев дружбу, то он думает, что его проступок забудется, так как он презрел дружбу не без важных на то оснований.

   Часто, когда дело идет даже о малых деньгах, обнаруживается, сколь ненадежны некоторые люди; однако цену другим, которых малые деньги совратить не смогли, мы узнаем, когда дело идет о больших. Но если и найдутся люди, в чьих глазах предпочесть деньги дружбе — подлость, то где найдем мы таких, которые выше дружбы не поставят почестей, магистратур, империя, власти, влияния, так что они, когда перед ними, с одной стороны, будет все упомянутое, а с другой — долг дружбы, решительно не предпочтут всего названного мною? Ведь чересчур слаба природа наша, чтобы пренебречь могуществом. И даже если человек достиг его, презрев дружбу, то он думает, что его проступок забудется, так как он презрел дружбу не без важных на то оснований.

   — Лелий · книга
9. «

   Вот что все должны делать и вот чему подражать: если они достигли какого-то превосходства в доблести, в уме, в богатстве, то они должны делиться этим с родными, приобщать к этому своих близких; например, если их родители — люди скромного положения, если их родственники — люди недалекие или малосостоятельные, то надо увеличивать их достаток, содействовать их избранию на магистратуры и достижению ими высокого положения.

   Вот что все должны делать и вот чему подражать: если они достигли какого-то превосходства в доблести, в уме, в богатстве, то они должны делиться этим с родными, приобщать к этому своих близких; например, если их родители — люди скромного положения, если их родственники — люди недалекие или малосостоятельные, то надо увеличивать их достаток, содействовать их избранию на магистратуры и достижению ими высокого положения.

   — Лелий · книга
10. «

    Наука об исцелении души есть философия.

    Наука об исцелении души есть философия.
11. «

    Животные не знают никакого иного чувства, кроме наслаждения, и стремятся к нему всем своим существом, но человеческий ум питается учением и размышлением, всегда чего-нибудь ищет или что-либо обдумывает и руководствуется удовольствием, получаемым от возможности видеть и слышать. Более того, если кто-либо чересчур склонен к наслаждениям, — только бы он не принадлежал к породе домашних животных (ведь некоторые – люди не в действительности, а только по названию), — итак, если кто-нибудь движим сколько-нибудь возвышенными стремлениями, то он, хотя и находится во власти наслаждений, из чувства застенчивости всячески скрывает свою склонность к ним.

    Животные не знают никакого иного чувства, кроме наслаждения, и стремятся к нему всем своим существом, но человеческий ум питается учением и размышлением, всегда чего-нибудь ищет или что-либо обдумывает и руководствуется удовольствием, получаемым от возможности видеть и слышать. Более того, если кто-либо чересчур склонен к наслаждениям, — только бы он не принадлежал к породе домашних животных (ведь некоторые – люди не в действительности, а только по названию), — итак, если кто-нибудь движим сколько-нибудь возвышенными стремлениями, то он, хотя и находится во власти наслаждений, из чувства застенчивости всячески скрывает свою склонность к ним.

    — Об обязанностях. О старости. О дружбе · книга
12. «

    Иные думают, что старую любовь надо выбивать новой любовью, как клин клином.

    Иные думают, что старую любовь надо выбивать новой любовью, как клин клином.
13. «

    Поступки мудрых людей продиктованы умом, людей менее сообразительных — опытом, самых невежественных — необходимостью, животных — природою.

    Поступки мудрых людей продиктованы умом, людей менее сообразительных — опытом, самых невежественных — необходимостью, животных — природою.
14. «

    А если вы почитаете и послушаете о событиях в других странах, то узнаете, что величайшие государства рушились по вине людей молодых и охранялись и восстанавливались усилиями стариков.

    А если вы почитаете и послушаете о событиях в других странах, то узнаете, что величайшие государства рушились по вине людей молодых и охранялись и восстанавливались усилиями стариков.

    — Катон · книга
15. «

    Я никогда не бываю так занят, как в часы своего досуга.

    Я никогда не бываю так занят, как в часы своего досуга.
16. «

    Тот, кому она [услуга] оказана, должен о ней помнить, а оказавший — не напоминать о ней.

    Тот, кому она [услуга] оказана, должен о ней помнить, а оказавший — не напоминать о ней.
17. «

    В чем смысл старческой скупости — не понимаю. Никто не может избежать смерти.

    В чем смысл старческой скупости — не понимаю. Никто не может избежать смерти.
18. «

    Речь должна начинаться и завершаться самым сильным аргументом, поскольку необходимо овладеть умами в начале и победить их в конце.

    Речь должна начинаться и завершаться самым сильным аргументом, поскольку необходимо овладеть умами в начале и победить их в конце.
19. «

    Надо следить и за тем, чтобы тяжесть наказания не превышала тяжести проступка и чтобы не получалось так, что за одни и те же проступки одних людей постигала кара, а другие даже не были привлечены к ответственности. Но при наказании более всего надо удерживаться от гнева; ведь человек, в состоянии гнева приступающий к наказанию, никогда не сможет соблюсти середину между чрезмерным и малым.

    Надо следить и за тем, чтобы тяжесть наказания не превышала тяжести проступка и чтобы не получалось так, что за одни и те же проступки одних людей постигала кара, а другие даже не были привлечены к ответственности. Но при наказании более всего надо удерживаться от гнева; ведь человек, в состоянии гнева приступающий к наказанию, никогда не сможет соблюсти середину между чрезмерным и малым.

    — Об обязанностях. О старости. О дружбе · книга
20. «

    Знание законов заключается не в том, чтобы помнить их слова, а в том, чтобы постигать их смысл.

    Знание законов заключается не в том, чтобы помнить их слова, а в том, чтобы постигать их смысл.