302 цитаты Марка Туллого Цицерона — коротко и по делу

Подборка из 302 цитаты Марка Туллого Цицерона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ни одно изобретение не может сразу стать совершенным.

   Ни одно изобретение не может сразу стать совершенным.
2. «

   Обязанность общественного деятеля – помнить, что он представляет государство, что ему поручено охранять славу и достоинство последнего, поддерживать законы, оказывать всем справедливость и сохранять вверенные ему права гражданина.

   Обязанность общественного деятеля – помнить, что он представляет государство, что ему поручено охранять славу и достоинство последнего, поддерживать законы, оказывать всем справедливость и сохранять вверенные ему права гражданина.

   — Мысли и высказывания · книга
3. «

   Среди оружия законы молчат.

   Среди оружия законы молчат.
4. «

   Никто не может дать тебе совет лучше, чем ты сам.

   Никто не может дать тебе совет лучше, чем ты сам.
5. «

   Сострадание есть горе о чужом несчастье, зависть — есть горе о чужом счастье.

   Сострадание есть горе о чужом несчастье, зависть — есть горе о чужом счастье.

   — Тускуланские беседы · книга
6. «

   Но Сципион — ведь я часто возвращаюсь к нему, так как он постоянно говорил с нами о дружбе, — сетовал на то, что люди, по его мнению, во всех прочих делах проявляют больше внимания, чем при выборе друзей: сколько у него коз и овец, может сказать каждый, а вот сколько у него друзей, он сказать не может; приобретая коз и овец, люди проявляют заботу, а при выборе друзей небрежны и упускают из виду, так сказать, признаки и приметы, по которым можно было бы судить о том, насколько тот или иной человек подходит для дружеских отношений. Итак, надо выбирать людей верных, надежных и стойких; таких людей очень мало. О них трудно судить, пока их не испытаешь; но испытывать их приходится, уже находясь в дружеских отношениях с ними. Таким образом, дружба предшествует суждению и устраняет возможность испытания.

   Но Сципион — ведь я часто возвращаюсь к нему, так как он постоянно говорил с нами о дружбе, — сетовал на то, что люди, по его мнению, во всех прочих делах проявляют больше внимания, чем при выборе друзей: сколько у него коз и овец, может сказать каждый, а вот сколько у него друзей, он сказать не может; приобретая коз и овец, люди проявляют заботу, а при выборе друзей небрежны и упускают из виду, так сказать, признаки и приметы, по которым можно было бы судить о том, насколько тот или иной человек подходит для дружеских отношений. Итак, надо выбирать людей верных, надежных и стойких; таких людей очень мало. О них трудно судить, пока их не испытаешь; но испытывать их приходится, уже находясь в дружеских отношениях с ними. Таким образом, дружба предшествует суждению и устраняет возможность испытания.

   — Лелий · книга
7. «

   Не причиняй зла никому и делай добро всем людям, хотя бы только потому, что это люди.

   Не причиняй зла никому и делай добро всем людям, хотя бы только потому, что это люди.
8. «

   Насколько кто сам себя ценит, настолько и друзья его ценят.

   Насколько кто сам себя ценит, настолько и друзья его ценят.
9. «

   Превосходно, если мы сами в состоянии управлять собой.

   Превосходно, если мы сами в состоянии управлять собой.
10. «

    Из всех видов несправедливости все же наиболее преступна несправедливость со стороны тех, кто, прибегая к обману, стараются казаться честными людьми.

    Из всех видов несправедливости все же наиболее преступна несправедливость со стороны тех, кто, прибегая к обману, стараются казаться честными людьми.

    — Об обязанностях. О старости. О дружбе · книга
11. «

    Затаенная вражда опасней явной.

    Затаенная вражда опасней явной.
12. «

    Человек должен научиться подчиняться самому себе и повиноваться своим решениям.

    Человек должен научиться подчиняться самому себе и повиноваться своим решениям.
13. «

    Войну же надо начинать так, чтобы казалось, что мы не ищем ничего другого, кроме мира.

    Войну же надо начинать так, чтобы казалось, что мы не ищем ничего другого, кроме мира.

    — Об обязанностях. О старости. О дружбе · книга
14. «

    Аргументы следует не считать, а взвешивать.

    Аргументы следует не считать, а взвешивать.
15. «

    Тот, кто повелевает, должен иногда повиноваться, и тот, кто повинуется с достоинством, заслуживает того, чтобы повелевать в будущем.

    Тот, кто повелевает, должен иногда повиноваться, и тот, кто повинуется с достоинством, заслуживает того, чтобы повелевать в будущем.

    — Мысли и высказывания · книга
16. «

    Порядок больше всего помогает ясному усвоению.

    Порядок больше всего помогает ясному усвоению.
17. «

    Твердость и постоянство в принципах и традициях, испытанная верность, безупречная честность, суровая справедливость, неспособность увлекаться страстями, дерзкой смелостью, корыстью, эти качества людей будут всегда признаваться достойными, и не нам оспаривать у них этот титул. Насколько дозволяет наша слабость, они избрали в руководители природу; а кто может лучше самой природы направлять ваше поведение?

    Твердость и постоянство в принципах и традициях, испытанная верность, безупречная честность, суровая справедливость, неспособность увлекаться страстями, дерзкой смелостью, корыстью, эти качества людей будут всегда признаваться достойными, и не нам оспаривать у них этот титул. Насколько дозволяет наша слабость, они избрали в руководители природу; а кто может лучше самой природы направлять ваше поведение?

    — Мысли и высказывания · книга
18. «

    А наши философы? Сочиняя книги о презрении к смерти, ни один не забывает надписать на них свое имя.

    А наши философы? Сочиняя книги о презрении к смерти, ни один не забывает надписать на них свое имя.

    — Тускуланские беседы · книга
19. «

    ... Доколе же ты, Катилина, будешь злоупотреблять нашим терпением? Как долго еще ты, в своем бешенстве, будешь издеваться над нами? До каких пределов ты будешь кичиться своей дерзостью, не знающей узды? ... О, времена! О, нравы! Сенат все это понимает, консул видит, а этот человек все еще жив. Да разве только жив? Нет, даже приходит в сенат, участвует в обсуждении государственных дел, намечает и указывает своим взглядом тех из нас, кто должен быть убит, а мы, храбрые мужи, воображаем, что выполняем свой долг перед государством, уклоняясь от его бешенства и увертываясь от его оружия. Казнить тебя, Катилина, уже давно следовало бы...

    ... Доколе же ты, Катилина, будешь злоупотреблять нашим терпением? Как долго еще ты, в своем бешенстве, будешь издеваться над нами? До каких пределов ты будешь кичиться своей дерзостью, не знающей узды? ... О, времена! О, нравы! Сенат все это понимает, консул видит, а этот человек все еще жив. Да разве только жив? Нет, даже приходит в сенат, участвует в обсуждении государственных дел, намечает и указывает своим взглядом тех из нас, кто должен быть убит, а мы, храбрые мужи, воображаем, что выполняем свой долг перед государством, уклоняясь от его бешенства и увертываясь от его оружия. Казнить тебя, Катилина, уже давно следовало бы...
20. «

    Любовь следует измерять не так, как измеряют ее молодые, то есть по силе страсти, но по ее верности и прочности.

    Любовь следует измерять не так, как измеряют ее молодые, то есть по силе страсти, но по ее верности и прочности.