556 фраз Марка Твена, которые запоминаются

Ниже 556 цитат Марка Твена — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Выходит, своя собственная рука — смертельный враг! Подумать только — на руке остаются следы самых глубоких, можно сказать, роковых тайн, и эта рука-предательница готова выдать их первому встречному, промышляющему черной магией!

   Выходит, своя собственная рука — смертельный враг! Подумать только — на руке остаются следы самых глубоких, можно сказать, роковых тайн, и эта рука-предательница готова выдать их первому встречному, промышляющему черной магией!

   — Том Дрисколл · книга
2. «

   Но ничего не поделаешь – раз вы начали с ошибки, беды не исправишь, и никто вам не скажет, чем вы кончите.

   Но ничего не поделаешь – раз вы начали с ошибки, беды не исправишь, и никто вам не скажет, чем вы кончите.

   — Янки из Коннектикута при дворе короля Артура · книга
3. «

   Нет такой школы во всей нашей стране, где юные девицы не считали бы своим долгом заканчивать свои сочинения религиозной проповедью. И чем распущеннее какая-нибудь великовозрастная школьница, чем меньше в ней религиозного чувства, тем набожнее, длиннее и строже мораль её классных сочинений.

   Нет такой школы во всей нашей стране, где юные девицы не считали бы своим долгом заканчивать свои сочинения религиозной проповедью. И чем распущеннее какая-нибудь великовозрастная школьница, чем меньше в ней религиозного чувства, тем набожнее, длиннее и строже мораль её классных сочинений.

   — Приключения Тома Сойера · книга
4. «

   Будь у меня собака, такая назойливая, как совесть, я бы её отравил. Места она занимает больше, чем все прочие внутренности, а толку от неё никакого.

   Будь у меня собака, такая назойливая, как совесть, я бы её отравил. Места она занимает больше, чем все прочие внутренности, а толку от неё никакого.

   — Приключения Гекльберри Финна · книга
5. «

   Духовенство и церковь обездоливают народ, распространяя невежество, суеверие и раболепие, а затем обожествляют себя за свой благородный труд, заключающийся в том, что они раздают крохи помощи, извлекая их не из собственных сундуков, а из карманов тех нищих, которых они же и создали.

   Духовенство и церковь обездоливают народ, распространяя невежество, суеверие и раболепие, а затем обожествляют себя за свой благородный труд, заключающийся в том, что они раздают крохи помощи, извлекая их не из собственных сундуков, а из карманов тех нищих, которых они же и создали.

   — Размышления о религии · книга
6. «

   Казалось бы, пустяковая вещь — стекло, но когда его нет, оно перестает быть пустяком.

   Казалось бы, пустяковая вещь — стекло, но когда его нет, оно перестает быть пустяком.

   — Янки из Коннектикута при дворе короля Артура · книга
7. «

   Каждый, подобно луне, имеет свою тёмную сторону, которую не показывает никому.

   Каждый, подобно луне, имеет свою тёмную сторону, которую не показывает никому.
8. «

   Человек — религиозное животное; единственное животное, которое любит ближнего своего, как самого себя, и перерезает ему глотку, если расходится с ним в богословских вопросах.

   Человек — религиозное животное; единственное животное, которое любит ближнего своего, как самого себя, и перерезает ему глотку, если расходится с ним в богословских вопросах.
9. «

   Человек — единственное животное, способное краснеть. Впрочем, только ему и приходится.

   Человек — единственное животное, способное краснеть. Впрочем, только ему и приходится.
10. «

    В этой жизни Вам нужны только невежество и уверенность в себе - и успех Вам обеспечен.

    В этой жизни Вам нужны только невежество и уверенность в себе - и успех Вам обеспечен.
11. «

    Не рассказывайте историй о пойманной вами рыбе там, где вас знают, а особенно — там, где знают эту рыбу.

    Не рассказывайте историй о пойманной вами рыбе там, где вас знают, а особенно — там, где знают эту рыбу.
12. «

    Власть, которая может заставить человека забыть и предать друга детства, будет естественно всесильна над людьми, у которых на первом плане стоит вопрос о хлебе насущном – вопрос жизни и смерти, и для которых во всем этом не играют никакой роли ни дружба, ни любовь, ни чувство чести.

    Власть, которая может заставить человека забыть и предать друга детства, будет естественно всесильна над людьми, у которых на первом плане стоит вопрос о хлебе насущном – вопрос жизни и смерти, и для которых во всем этом не играют никакой роли ни дружба, ни любовь, ни чувство чести.

    — Принц и нищий · книга
13. «

    Он начал медицинскую практику год назад и имел двух пациентов — или, пожалуй, трех; да, трех: я был на их похоронах.

    Он начал медицинскую практику год назад и имел двух пациентов — или, пожалуй, трех; да, трех: я был на их похоронах.
14. «

    Лучше держать рот на замке и позволить людям думать, что вы дурак, чем открыть рот и развеять все сомнения.

    Лучше держать рот на замке и позволить людям думать, что вы дурак, чем открыть рот и развеять все сомнения.
15. «

    Человек, схвативший хоть раз кошку за хвост, знает о котах значительно больше, чем тот, кто только читал о них, но никогда не видел.

    Человек, схвативший хоть раз кошку за хвост, знает о котах значительно больше, чем тот, кто только читал о них, но никогда не видел.
16. «

    Эмблемой критики должна быть кукушка; она подбрасывает свои яйца в чужие гнезда, потому что иначе не сможет их высидеть.

    Эмблемой критики должна быть кукушка; она подбрасывает свои яйца в чужие гнезда, потому что иначе не сможет их высидеть.
17. «

    Все говорят. «Как тяжко, что мы должны умереть». Не странно ли слышать это из уст тех, кто испытал тяготы жизни?

    Все говорят. «Как тяжко, что мы должны умереть». Не странно ли слышать это из уст тех, кто испытал тяготы жизни?

    — Простофиля Вильсон · книга
18. «

    Свет плохо устроен: королям следовало бы время от времени на себе испытывать свои законы и учиться милосердию.

    Свет плохо устроен: королям следовало бы время от времени на себе испытывать свои законы и учиться милосердию.

    — Эдуард VI · книга
19. «

    — Паук убивает муху и поедает ее. Птица убивает паука и поедает его. Рысь убивает гуся, а... короче говоря, они все убивают друг друга. Одни убийства, куда ни глянь. Все они убийцы. И все они безвинны, о Божественный? — Они безвинны. Таков закон природы. А закон природы всегда — закон Бога.

    — Паук убивает муху и поедает ее. Птица убивает паука и поедает его. Рысь убивает гуся, а... короче говоря, они все убивают друг друга. Одни убийства, куда ни глянь. Все они убийцы. И все они безвинны, о Божественный? — Они безвинны. Таков закон природы. А закон природы всегда — закон Бога.

    — Сатана · книга
20. «

    В тишине и мраке воображение моё заработало. Само по себе знание факта бледно; но, когда вы начинаете представлять себе этот факт, он обретает яркие краски. Совсем разные вещи: услышать о том, что человека пырнули ножом в сердце, и самому увидеть это. В тишине и мраке сознание того, что я нахожусь в смертельной опасности, становилось всё глубже и глубже; понимание этой опасности вершок за вершком проникало в мои жилы и леденило в них кровь. Но благословенная природа устроила так, что ртуть в термометре человеческой души, упав ниже определённой точки, снова начинает подниматься. Возникает надежда, а вместе с надеждой и бодрость, и человек снова получает способность помогать самому себе, если ещё возможно помочь.

    В тишине и мраке воображение моё заработало. Само по себе знание факта бледно; но, когда вы начинаете представлять себе этот факт, он обретает яркие краски. Совсем разные вещи: услышать о том, что человека пырнули ножом в сердце, и самому увидеть это. В тишине и мраке сознание того, что я нахожусь в смертельной опасности, становилось всё глубже и глубже; понимание этой опасности вершок за вершком проникало в мои жилы и леденило в них кровь. Но благословенная природа устроила так, что ртуть в термометре человеческой души, упав ниже определённой точки, снова начинает подниматься. Возникает надежда, а вместе с надеждой и бодрость, и человек снова получает способность помогать самому себе, если ещё возможно помочь.

    — Янки из Коннектикута при дворе короля Артура · книга