558 известных цитат Марка Твена

Ниже 558 цитат Марка Твена — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Никто не потворствует дьяволу, все осуждают его, но делают это без дерзости, с долей почтения.

   Никто не потворствует дьяволу, все осуждают его, но делают это без дерзости, с долей почтения.

   — Таинственный незнакомец · книга
2. «

   Кандалы становятся ненужными, когда узник падает духом.

   Кандалы становятся ненужными, когда узник падает духом.

   — Янки из Коннектикута при дворе короля Артура · книга
3. «

   Видели бы вы её лицо в это мгновение! Благодарность? Нельзя словами описать его выражения. Слова – всё равно что нарисованное пламя. А во взоре её было пламя живое. Она бросила пламенный взор и унесла его с собой в сокровищницу небес, где и надлежит быть всему неземному.

   Видели бы вы её лицо в это мгновение! Благодарность? Нельзя словами описать его выражения. Слова – всё равно что нарисованное пламя. А во взоре её было пламя живое. Она бросила пламенный взор и унесла его с собой в сокровищницу небес, где и надлежит быть всему неземному.

   — Янки из Коннектикута при дворе короля Артура · книга
4. «

   Если вы заметили, что вы на стороне большинства, это верный признак того, что пора меняться.

   Если вы заметили, что вы на стороне большинства, это верный признак того, что пора меняться.
5. «

   ... человек не должен критиковать других людей на той почве, на которой он сам не может стоять перпендикулярно.

   ... человек не должен критиковать других людей на той почве, на которой он сам не может стоять перпендикулярно.

   — Янки из Коннектикута при дворе короля Артура · книга
6. «

   Нет хуже дурака, чем старый дурак. Недаром говорится: «Старую собаку не выучишь новым фокусам».

   Нет хуже дурака, чем старый дурак. Недаром говорится: «Старую собаку не выучишь новым фокусам».

   — Полли · книга
7. «

   ...вы не знаете, обо что разбивается любая предусмотрительность? О человеческую тупость. Первый фехтовальщик в мире может не бояться второго фехтовальщика в мире, — он должен бояться невежды, который никогда не держал шпаги в руках: невежда сделает как раз то, чего не следует делать; и опытный фехтовальщик будет побежден.

   ...вы не знаете, обо что разбивается любая предусмотрительность? О человеческую тупость. Первый фехтовальщик в мире может не бояться второго фехтовальщика в мире, — он должен бояться невежды, который никогда не держал шпаги в руках: невежда сделает как раз то, чего не следует делать; и опытный фехтовальщик будет побежден.

   — Янки из Коннектикута при дворе короля Артура · книга
8. «

   Правда — величайшая драгоценность; нужно ее экономить.

   Правда — величайшая драгоценность; нужно ее экономить.
9. «

   Если нас не уважают, мы жестоко оскорблены; а ведь в глубине души никто по-настоящему себя не уважает.

   Если нас не уважают, мы жестоко оскорблены; а ведь в глубине души никто по-настоящему себя не уважает.

   — Календарь простофили Вильсона · книга
10. «

    Кому ни вручи власть, она непременно проявится в угнетении.

    Кому ни вручи власть, она непременно проявится в угнетении.

    — «Рыцари труда» - новая династия · книга
11. «

    – Бьюсь об заклад, что это был для него хороший урок. – Да, – сказал Том, – такой же, как многие другие уроки, которые человек получает. Толку от них все равно нет – ведь ничего такого никогда второй раз не случается, да и не может случиться. Помните, когда Хэн Сковил свалился с трубы и сломал себе спину, то все говорили, что это для него будет хороший урок. Что это за урок? Какая ему польза от такого урока? Он больше не мог лазать по трубам, ломать ему больше было нечего – второй-то спины ведь у него нету.

    – Бьюсь об заклад, что это был для него хороший урок. – Да, – сказал Том, – такой же, как многие другие уроки, которые человек получает. Толку от них все равно нет – ведь ничего такого никогда второй раз не случается, да и не может случиться. Помните, когда Хэн Сковил свалился с трубы и сломал себе спину, то все говорили, что это для него будет хороший урок. Что это за урок? Какая ему польза от такого урока? Он больше не мог лазать по трубам, ломать ему больше было нечего – второй-то спины ведь у него нету.

    — Том Сойер · книга
12. «

    Только молитва не шла у меня с языка. Да и как же иначе? Нечего было и стараться скрыть это от Бога. И от себя самого тоже. Я-то знал, почему у меня язык не поворачивается молиться. Потому что я кривил душой, не по-честному поступал — вот почему. Притворялся, будто хочу исправиться, а в самом главном грехе не покаялся. Вслух говорил, будто я хочу поступить как надо, по совести, будто хочу пойти и написать хозяйке этого негра, где он находится, а в глубине души знал, что все вру, и Бог это тоже знает. Нельзя врать, когда молишься, — это я понял.

    Только молитва не шла у меня с языка. Да и как же иначе? Нечего было и стараться скрыть это от Бога. И от себя самого тоже. Я-то знал, почему у меня язык не поворачивается молиться. Потому что я кривил душой, не по-честному поступал — вот почему. Притворялся, будто хочу исправиться, а в самом главном грехе не покаялся. Вслух говорил, будто я хочу поступить как надо, по совести, будто хочу пойти и написать хозяйке этого негра, где он находится, а в глубине души знал, что все вру, и Бог это тоже знает. Нельзя врать, когда молишься, — это я понял.

    — Гекльберри Финн · книга
13. «

    Человека нельзя упрекать за то, что он такой, как есть. Он не сам себя создал. У него нет над собой никакой власти. Эта власть передана его темпераменту (который он не создавал) и окружающим его с колыбели до могилы обстоятельствам, которые не он придумал и которые он не может изменить по своей воле.

    Человека нельзя упрекать за то, что он такой, как есть. Он не сам себя создал. У него нет над собой никакой власти. Эта власть передана его темпераменту (который он не создавал) и окружающим его с колыбели до могилы обстоятельствам, которые не он придумал и которые он не может изменить по своей воле.

    — Дневник Адама · книга
14. «

    Бывают же такие люди – начнет он ходить вокруг, глотая слюнки, когда у тебя появилось яблоко, и выпрашивать огрызок, но уж если яблоко попалось ему, а ты попросил огрызок у него и напомнил, как однажды тоже давал ему огрызок, он тебе такую рожу состроит, да еще и скажет, что век будет тебя помнить, но вот только огрызка ты не получишь. Но, между прочим, я заметил, что им всегда за это воздается.

    Бывают же такие люди – начнет он ходить вокруг, глотая слюнки, когда у тебя появилось яблоко, и выпрашивать огрызок, но уж если яблоко попалось ему, а ты попросил огрызок у него и напомнил, как однажды тоже давал ему огрызок, он тебе такую рожу состроит, да еще и скажет, что век будет тебя помнить, но вот только огрызка ты не получишь. Но, между прочим, я заметил, что им всегда за это воздается.

    — Гекльберри Финн · книга
15. «

    ... Непоколебимая вера христианина, у которого на руках четыре туза.

    ... Непоколебимая вера христианина, у которого на руках четыре туза.
16. «

    Легче снести десяток порицаний, чем выслушать одну сомнительную похвалу.

    Легче снести десяток порицаний, чем выслушать одну сомнительную похвалу.
17. «

    Настоящий друг с тобой, когда ты не прав. Когда ты прав, всякий будет с тобой.

    Настоящий друг с тобой, когда ты не прав. Когда ты прав, всякий будет с тобой.
18. «

    Одна дама таяла день ото дня и под конец дошла до такого состояния, когда ей уже не помогали никакие лекарства. Я сказал, что за неделю поставлю ее на ноги. Мои слова подбодрили ее и окрылили надеждой, и она согласилась во всем меня слушаться. Тогда я посоветовал ей на четыре дня бросить курить, сквернословить, пить и объедаться и обещал, что она тотчас выздоровеет. Не сомневаюсь, что так бы оно и было, но больная сказала, что не может бросить пить, курить и сквернословить, потому что никогда ничем таким не занималась. Вот так штука! Она не позаботилась вовремя запастись дурными привычками, у нее их не было. Теперь, когда они могли ей пригодиться, их не оказалось. Ей не на что было опереться. Она походила на тонущее судно, не имеющее балласта, и ей нечего было выбросить за борт. Да, какие-нибудь две-три дурные мелкие привычки, наверное, спасли бы ее, но она была моральным банкротом. Обзавестись такими привычками в молодые годы ей помешали родители – невежественные люди, хоть и вращались в лучшем обществе; а теперь было уже поздно. Какая жалость, право; но чем я мог помочь? О таких вещах надо думать смолоду, иначе на старости лет вам нечем будет бороться с болезнями.

    Одна дама таяла день ото дня и под конец дошла до такого состояния, когда ей уже не помогали никакие лекарства. Я сказал, что за неделю поставлю ее на ноги. Мои слова подбодрили ее и окрылили надеждой, и она согласилась во всем меня слушаться. Тогда я посоветовал ей на четыре дня бросить курить, сквернословить, пить и объедаться и обещал, что она тотчас выздоровеет. Не сомневаюсь, что так бы оно и было, но больная сказала, что не может бросить пить, курить и сквернословить, потому что никогда ничем таким не занималась. Вот так штука! Она не позаботилась вовремя запастись дурными привычками, у нее их не было. Теперь, когда они могли ей пригодиться, их не оказалось. Ей не на что было опереться. Она походила на тонущее судно, не имеющее балласта, и ей нечего было выбросить за борт. Да, какие-нибудь две-три дурные мелкие привычки, наверное, спасли бы ее, но она была моральным банкротом. Обзавестись такими привычками в молодые годы ей помешали родители – невежественные люди, хоть и вращались в лучшем обществе; а теперь было уже поздно. Какая жалость, право; но чем я мог помочь? О таких вещах надо думать смолоду, иначе на старости лет вам нечем будет бороться с болезнями.
19. «

    Никто из нас не обделен силой воображения, благодаря которой мы можем исцелить свое тело или усугубить болезнь. Этим даром был наделен первый человек, им будет владеть последний из людей.

    Никто из нас не обделен силой воображения, благодаря которой мы можем исцелить свое тело или усугубить болезнь. Этим даром был наделен первый человек, им будет владеть последний из людей.

    — Христианская наука · книга
20. «

    Мы не привыкли считаться с бесформенной, загадочной и косной массой, которую зовем «народом», придавая этому слову оттенок презрения. Это странно, потому что в душе мы отлично знаем: прочна лишь та власть, которую поддерживает народ; стоит убрать эту опору — ничто в мире не спасет трон от падения.

    Мы не привыкли считаться с бесформенной, загадочной и косной массой, которую зовем «народом», придавая этому слову оттенок презрения. Это странно, потому что в душе мы отлично знаем: прочна лишь та власть, которую поддерживает народ; стоит убрать эту опору — ничто в мире не спасет трон от падения.

    — Личные воспоминания о Жанне д'Арк сьера Луи де Конта, её пажа и секретаря · книга