200 цитат Марселя Пруста о смысле жизни

Ниже 200 цитат Марселя Пруста — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Не бойтесь зайти слишком далеко, потому что истина всегда ещё дальше.

   Не бойтесь зайти слишком далеко, потому что истина всегда ещё дальше.
2. «

   Счастье благотворно для тела, но только горе развивает способности духа.

   Счастье благотворно для тела, но только горе развивает способности духа.
3. «

   Хотеть не думать о ней — это уже означало всё ещё думать о ней.

   Хотеть не думать о ней — это уже означало всё ещё думать о ней.

   — По направлению к Свану · книга
4. «

   Чтобы исцелить страдание, нужно пережить его полностью.

   Чтобы исцелить страдание, нужно пережить его полностью.
5. «

   Можно сделать весьма ценные открытия как в «Мыслях» Паскаля, так и в рекламе мыла.

   Можно сделать весьма ценные открытия как в «Мыслях» Паскаля, так и в рекламе мыла.
6. «

   Как мыслящее существо может не понимать, что, посмеиваясь над человеком, который искренне к нему расположен, оно скатывается в болото, откуда его никакими силами не вытащишь?

   Как мыслящее существо может не понимать, что, посмеиваясь над человеком, который искренне к нему расположен, оно скатывается в болото, откуда его никакими силами не вытащишь?

   — Сван · книга
7. «

   Ясными мы называем мысли, которые мутны в точно такой же степени, как и наши собственные.

   Ясными мы называем мысли, которые мутны в точно такой же степени, как и наши собственные.
8. «

   ... мы говорим друг другу, что расстанемся друзьями. Но расстаться друзьями удаётся чрезвычайно редко, потому что если с кем-то тебе хорошо, то, значит, и незачем расставаться.

   ... мы говорим друг другу, что расстанемся друзьями. Но расстаться друзьями удаётся чрезвычайно редко, потому что если с кем-то тебе хорошо, то, значит, и незачем расставаться.

   — Беглянка · книга
9. «

   Удовольствия – это все равно что фотографии. То, что мы воспринимаем в присутствии любимого существа, – это всего лишь негатив. Проявляем же мы его потом, у себя дома, когда обретаем внутреннюю темную комнату, куда для посторонних «вход воспрещен».

   Удовольствия – это все равно что фотографии. То, что мы воспринимаем в присутствии любимого существа, – это всего лишь негатив. Проявляем же мы его потом, у себя дома, когда обретаем внутреннюю темную комнату, куда для посторонних «вход воспрещен».

   — Под сенью девушек в цвету · книга
10. «

    Желая забыть человека, мы находимся в том состоянии, когда наша память делает все наперекор данному желанию.

    Желая забыть человека, мы находимся в том состоянии, когда наша память делает все наперекор данному желанию.
11. «

    В действительности же всякий читатель читает прежде всего самого себя. А произведения писателя — не более чем оптический прибор, врученный им читателю, позволяющий последнему различить в себе самом то, что без этой книги он, вероятно, не смог бы разглядеть.

    В действительности же всякий читатель читает прежде всего самого себя. А произведения писателя — не более чем оптический прибор, врученный им читателю, позволяющий последнему различить в себе самом то, что без этой книги он, вероятно, не смог бы разглядеть.

    — Обретённое время · книга
12. «

    Говорят, что молчание – сила; если ее могут применить те, кого мы любим, то это страшная сила. От нее растет тревога ожидающего. Ничто так не тянет к человеку, как то, что нас с ним разделяет, а существует ли менее преодолимая преграда, чем молчание? Говоря также, что молчание – пытка и что оно способно довести до безумия тех, кто обречен на молчание в тюрьмах. Но какая пытка – еще более жестокая, чем молчать самому, – терпеть молчание любимого человека!

    Говорят, что молчание – сила; если ее могут применить те, кого мы любим, то это страшная сила. От нее растет тревога ожидающего. Ничто так не тянет к человеку, как то, что нас с ним разделяет, а существует ли менее преодолимая преграда, чем молчание? Говоря также, что молчание – пытка и что оно способно довести до безумия тех, кто обречен на молчание в тюрьмах. Но какая пытка – еще более жестокая, чем молчать самому, – терпеть молчание любимого человека!

    — У Германтов · книга
13. «

    Самое нежное общение в мире бывает меж теми, кто не заинтересован в общении.

    Самое нежное общение в мире бывает меж теми, кто не заинтересован в общении.
14. «

    Оставим красивых женщин людям без воображения.

    Оставим красивых женщин людям без воображения.
15. «

    Мы наслаждаемся чудесной музыкой, прекрасными картинами, всем, что есть на свете изящного, но мы не знаем, что творцы расплачивались за это бессонницей, рыданиями, истерическим смехом, нервной лихорадкой, астмой, падучей, смертельной тоской.

    Мы наслаждаемся чудесной музыкой, прекрасными картинами, всем, что есть на свете изящного, но мы не знаем, что творцы расплачивались за это бессонницей, рыданиями, истерическим смехом, нервной лихорадкой, астмой, падучей, смертельной тоской.

    — У Германтов · книга
16. «

    Революция лучше войны, потому что когда провозглашают революцию, то сражаться за нее идут только желающие.

    Революция лучше войны, потому что когда провозглашают революцию, то сражаться за нее идут только желающие.

    — По направлению к Свану · книга
17. «

    Редко бывает так, чтобы люди, игравшие большую роль в нашей жизни, выпадали из нее внезапно и навсегда.

    Редко бывает так, чтобы люди, игравшие большую роль в нашей жизни, выпадали из нее внезапно и навсегда.

    — У Германтов · книга
18. «

    Даже женщины, будто бы составляющие суждение о мужчине только по его внешности, видят в этой внешности эманацию особенной жизни. Вот почему они любят военных, пожарных; форма позволяет им быть менее требовательными в отношении наружности; целуя их, женщины думают, что под кирасою бьется особенное сердце, более предприимчивое и более нежное; и молодой государь или наследный принц для одержания самых лестных побед в чужих странах, по которым он путешествует, не нуждается в правильном профиле, являющемся, пожалуй, необходимым для биржевого маклера.

    Даже женщины, будто бы составляющие суждение о мужчине только по его внешности, видят в этой внешности эманацию особенной жизни. Вот почему они любят военных, пожарных; форма позволяет им быть менее требовательными в отношении наружности; целуя их, женщины думают, что под кирасою бьется особенное сердце, более предприимчивое и более нежное; и молодой государь или наследный принц для одержания самых лестных побед в чужих странах, по которым он путешествует, не нуждается в правильном профиле, являющемся, пожалуй, необходимым для биржевого маклера.

    — По направлению к Свану · книга
19. «

    Жизнь лучше прожить в мечтах, чем в действительности.

    Жизнь лучше прожить в мечтах, чем в действительности.
20. «

    Я удивлялся тому, какими беспомощными оказываются наш разум, наш рассудок, наше сердце, когда нам нужно произвести малейшую перемену, развязать один какой-нибудь узел, который потом сама жизнь распутывает с непостижимой легкостью.

    Я удивлялся тому, какими беспомощными оказываются наш разум, наш рассудок, наше сердце, когда нам нужно произвести малейшую перемену, развязать один какой-нибудь узел, который потом сама жизнь распутывает с непостижимой легкостью.

    — Под сенью девушек в цвету · книга