44 афоризмов Мартена Пажа

Мартен Паж — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 44 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Ну и ну! Пишете научную работу по спиртным напиткам? — Нет, я...как бы вам сказать...собрался спиться. Но перед этим решил ознакомиться с предметом.

   — Ну и ну! Пишете научную работу по спиртным напиткам? — Нет, я...как бы вам сказать...собрался спиться. Но перед этим решил ознакомиться с предметом.

   — Как я стал идиотом · книга
2. «

   Ей необходимо было чувствовать почву под ногами. Чтобы выжить. Причем на искусственной почве фантазий и примитивных мифов она держалась куда увереннее, чем в объективной реальности.

   Ей необходимо было чувствовать почву под ногами. Чтобы выжить. Причем на искусственной почве фантазий и примитивных мифов она держалась куда увереннее, чем в объективной реальности.

   — Быть может, история любви · книга
3. «

   Характерная, навсегда въедающаяся в память смесь запахов дыма, кофе, спиртного и моющих средств, которая делает земляками всех пьяниц мира.

   Характерная, навсегда въедающаяся в память смесь запахов дыма, кофе, спиртного и моющих средств, которая делает земляками всех пьяниц мира.

   — Как я стал идиотом · книга
4. «

   Виргилий не очень понимал, зачем затевает розыски Клары. Возможно, пленился образом женщины, которая воплощала его мазохистские фантазии — потерпеть фиаско ещё до начала романа. А может, дело было в чём-то другом, пока неведомом, в тайне, требовавшей разгадки.

   Виргилий не очень понимал, зачем затевает розыски Клары. Возможно, пленился образом женщины, которая воплощала его мазохистские фантазии — потерпеть фиаско ещё до начала романа. А может, дело было в чём-то другом, пока неведомом, в тайне, требовавшей разгадки.

   — Виргилий · книга
5. «

   Чашка кофе — атрибут статуса, каждый настоящий трейдер обязательно держит в руке или под рукой недопитую чашку кофе.

   Чашка кофе — атрибут статуса, каждый настоящий трейдер обязательно держит в руке или под рукой недопитую чашку кофе.

   — Как я стал идиотом · книга
6. «

   Есть такая китайская поговорка, суть которой сводится примерно к тому, что рыба не может знать, когда она писает. Это вполне применимо к интеллектуалам, считающим себя умными потому, что они занимаются умственным трудом. Каменщик работает руками, но у него тоже есть разум, который говорит ему: «Э, стена-то вышла кривая, к тому же ты положил мало цемента». Происходит постоянное взаимодействие между его головой и руками. Интеллектуал работает только головой, которая ни с чем не взаимодействует, руки не говорят ему: 'Эй, чувак, опомнись! Земля-то круглая!' У интеллектуала не происходит такого внутреннего диалога, поэтому он воображает, будто способен судить обо всем на свете. Он как пианист, который, исходя из того, что виртуозно владеет руками, решил бы, что может с равным успехом быть и боксером, и нейрохирургом, и художником, и карточным шулером.

   Есть такая китайская поговорка, суть которой сводится примерно к тому, что рыба не может знать, когда она писает. Это вполне применимо к интеллектуалам, считающим себя умными потому, что они занимаются умственным трудом. Каменщик работает руками, но у него тоже есть разум, который говорит ему: «Э, стена-то вышла кривая, к тому же ты положил мало цемента». Происходит постоянное взаимодействие между его головой и руками. Интеллектуал работает только головой, которая ни с чем не взаимодействует, руки не говорят ему: 'Эй, чувак, опомнись! Земля-то круглая!' У интеллектуала не происходит такого внутреннего диалога, поэтому он воображает, будто способен судить обо всем на свете. Он как пианист, который, исходя из того, что виртуозно владеет руками, решил бы, что может с равным успехом быть и боксером, и нейрохирургом, и художником, и карточным шулером.

   — Как я стал идиотом · книга
7. «

   Широта его собственных вкусов и пристрастий закрывала для него доступ в группы, сплотившиеся на основе отторжения чего-либо. Он остерегался единодушия, замешенного на ненависти, и именно его любознательность и открытость, для которой не существовало ни границ, ни кланов, делали его чужим в родной стране.

   Широта его собственных вкусов и пристрастий закрывала для него доступ в группы, сплотившиеся на основе отторжения чего-либо. Он остерегался единодушия, замешенного на ненависти, и именно его любознательность и открытость, для которой не существовало ни границ, ни кланов, делали его чужим в родной стране.

   — Как я стал идиотом · книга
8. «

   Возраст теории еще не делает ее истиной — мало ли всякой чуши благополучно живет в веках.

   Возраст теории еще не делает ее истиной — мало ли всякой чуши благополучно живет в веках.

   — Виргилий · книга
9. «

   Государству следовало бы позаботиться о подготовке алкоголиков в масштабе страны, проводить соответствующий инструктаж, чтобы каждый знал свою норму, индивидуальные отклонения в восприятии времени и пространства, а также собственной персоны…

   Государству следовало бы позаботиться о подготовке алкоголиков в масштабе страны, проводить соответствующий инструктаж, чтобы каждый знал свою норму, индивидуальные отклонения в восприятии времени и пространства, а также собственной персоны…

   — Как я стал идиотом · книга
10. «

    «Макдональдс» — логово капитализма, где ничего не подозревающих людей обкармливают жирами и сахаром и которое является символом униформизации жизни.

    «Макдональдс» — логово капитализма, где ничего не подозревающих людей обкармливают жирами и сахаром и которое является символом униформизации жизни.

    — Как я стал идиотом · книга
11. «

    Глупость — это не нехватка ума, а нехватка смелости.

    Глупость — это не нехватка ума, а нехватка смелости.

    — Как я стал идиотом · книга
12. «

    Что бы мы ни говорили, что бы ни делали, мораль всегда пасется на лугах нашей биографии.

    Что бы мы ни говорили, что бы ни делали, мораль всегда пасется на лугах нашей биографии.

    — Как я стал идиотом · книга
13. «

    Чтение великих авторов, усилия мысли, изучение трудов гениальных ученых не обязательно делают человека умным. Но риск чрезвычайно велик.

    Чтение великих авторов, усилия мысли, изучение трудов гениальных ученых не обязательно делают человека умным. Но риск чрезвычайно велик.

    — Как я стал идиотом · книга
14. «

    У вас нет специального пристрастия к пиву или к шотландскому виски, никакого сектантства: вы любите спиртное во всех его ипостасях. Вы влюблены в Алкоголь с большой буквы.

    У вас нет специального пристрастия к пиву или к шотландскому виски, никакого сектантства: вы любите спиртное во всех его ипостасях. Вы влюблены в Алкоголь с большой буквы.

    — Как я стал идиотом · книга
15. «

    Раз вы здесь, значит, у вас тоже рак — не важно, в организме или в душе, опухоль чувств, любовная лейкемия или социально-коммерческие метастазы.

    Раз вы здесь, значит, у вас тоже рак — не важно, в организме или в душе, опухоль чувств, любовная лейкемия или социально-коммерческие метастазы.

    — Как я стал идиотом · книга
16. «

    ...покупая одежду, он тщательно выяснял ее происхождение, чтобы не дай бог не участвовать в эксплуатации азиатских детей на фабриках компании «Nike» и других международных гигантов. Поскольку реклама есть покушение на свободу выбора, узурпация прав потребителя, вторжение в сферу его воображаемого и подсознательного, Антуан завел тетрадь, куда записывал названия всех торговых марок, участвующих в этой психологической войне, и не покупал их никогда. Кроме того, он вел список предприятий, которые занимаются сомнительным, с моральной точки зрения, бизнесом, заражают среду, инвестируют в экономику недемократических стран или проводят массовые увольнения при растущих прибылях. Не покупал он также продуктов со всякой химией, консервантами, красящими веществами, антиоксидантами и, когда финансы позволяли, предпочитал платить дороже за биологически чистую еду. Не то чтобы он был убежденным экологистом, пацифистом, интернационалистом, а просто делал то, что требовала совесть; его поведение диктовалось скорее нравственными идеями, нежели политическими взглядами. В общем, Антуан сильно смахивал на святого эпохи общества потребления.

    ...покупая одежду, он тщательно выяснял ее происхождение, чтобы не дай бог не участвовать в эксплуатации азиатских детей на фабриках компании «Nike» и других международных гигантов. Поскольку реклама есть покушение на свободу выбора, узурпация прав потребителя, вторжение в сферу его воображаемого и подсознательного, Антуан завел тетрадь, куда записывал названия всех торговых марок, участвующих в этой психологической войне, и не покупал их никогда. Кроме того, он вел список предприятий, которые занимаются сомнительным, с моральной точки зрения, бизнесом, заражают среду, инвестируют в экономику недемократических стран или проводят массовые увольнения при растущих прибылях. Не покупал он также продуктов со всякой химией, консервантами, красящими веществами, антиоксидантами и, когда финансы позволяли, предпочитал платить дороже за биологически чистую еду. Не то чтобы он был убежденным экологистом, пацифистом, интернационалистом, а просто делал то, что требовала совесть; его поведение диктовалось скорее нравственными идеями, нежели политическими взглядами. В общем, Антуан сильно смахивал на святого эпохи общества потребления.

    — Как я стал идиотом · книга
17. «

    Смерть — это не воля случая, это скрытая воля общества, которое травит нас выхлопными газами, морит в войнах и катастрофах...

    Смерть — это не воля случая, это скрытая воля общества, которое травит нас выхлопными газами, морит в войнах и катастрофах...

    — Как я стал идиотом · книга
18. «

    Легче всего подкупить самого себя.

    Легче всего подкупить самого себя.

    — Как я стал идиотом · книга
19. «

    Честность и точность — помехи для риторики, они не годятся для дебатов.

    Честность и точность — помехи для риторики, они не годятся для дебатов.

    — Как я стал идиотом · книга
20. «

    Почему я не такой, как все? Я хочу жить обычной жизнью, хочу пошлого мещанского счастья, хочу быть обывателем. Муравьем в муравейнике.

    Почему я не такой, как все? Я хочу жить обычной жизнью, хочу пошлого мещанского счастья, хочу быть обывателем. Муравьем в муравейнике.

    — Антуан · книга