Мартин Эмис — 59 цитат с глубоким смыслом

Подборка из 59 цитат Мартина Эмиса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Что бы тебе ни причиталось, ты получишь, но не тогда, когда тебе это нужно.

   Что бы тебе ни причиталось, ты получишь, но не тогда, когда тебе это нужно.

   — Информация · книга
2. «

   Юмор, в конце концов, помогает удержаться на ногах, даже когда на голову валится хрен знает что.

   Юмор, в конце концов, помогает удержаться на ногах, даже когда на голову валится хрен знает что.

   — Стрела времени, или Природа преступления · книга
3. «

   Он продолжал сидеть под небесами, успевшими одуреть от звезд — звезд в таком диком изобилии, что ночь понятия не имела, что с ними со всеми делать. На самом деле имела. На самом деле, конечно, имела. Мы не понимаем звезд, мы не понимаем галактики... Ночь умнее нас — на много Эйнштейнов умнее. Итак, он продолжал сидеть под умом ночи.

   Он продолжал сидеть под небесами, успевшими одуреть от звезд — звезд в таком диком изобилии, что ночь понятия не имела, что с ними со всеми делать. На самом деле имела. На самом деле, конечно, имела. Мы не понимаем звезд, мы не понимаем галактики... Ночь умнее нас — на много Эйнштейнов умнее. Итак, он продолжал сидеть под умом ночи.

   — Беременная вдова · книга
4. «

   Когда-то имелись классовая система, и расовая система, и половая система. Этих трех систем больше нет или скоро не будет. А теперь у нас имеется возрастная система. Те, кому от двадцати восьми до тридцати пяти, идеально свежие — это супер элита, цари и царицы; те, кому от восемнадцати до двадцати восьми, плюс те, кому от тридцати пяти до сорока пяти, — это бояре, аристократия; все остальные, кому меньше шестидесяти, составляют буржуазию; все, кому от шестидесяти до семидесяти, представляют собой пролетариат, массы; а все, кто еще старше, — это крепостные и призраки рабов.

   Когда-то имелись классовая система, и расовая система, и половая система. Этих трех систем больше нет или скоро не будет. А теперь у нас имеется возрастная система. Те, кому от двадцати восьми до тридцати пяти, идеально свежие — это супер элита, цари и царицы; те, кому от восемнадцати до двадцати восьми, плюс те, кому от тридцати пяти до сорока пяти, — это бояре, аристократия; все остальные, кому меньше шестидесяти, составляют буржуазию; все, кому от шестидесяти до семидесяти, представляют собой пролетариат, массы; а все, кто еще старше, — это крепостные и призраки рабов.

   — Беременная вдова · книга
5. «

   Счастье не более относительно, чем страдание. Никто не испытывает благодарности за то, что его жизнь не хуже, чем есть. Боли... всегда достаточно. И богатый ребенок орет ничуть не тише, чем бедный.

   Счастье не более относительно, чем страдание. Никто не испытывает благодарности за то, что его жизнь не хуже, чем есть. Боли... всегда достаточно. И богатый ребенок орет ничуть не тише, чем бедный.

   — Лондонские поля · книга
6. «

   По-моему, деньги вообще неконтролируемы. Даже тем из нас, кто при деньгах, это не под силу.

   По-моему, деньги вообще неконтролируемы. Даже тем из нас, кто при деньгах, это не под силу.

   — Деньги · книга
7. «

   Невозможно проявить организованность, пока вас не организуют.

   Невозможно проявить организованность, пока вас не организуют.

   — Терри · книга
8. «

   Никогда не забуду выражение лица привратника иерусалимской мечети Купол Скалы, когда я легкомысленно предложил, чтобы он пренебрег каким-то календарным запретом и пустил меня внутрь. Его лицо, до этого прохладно-приветливое, превратилось в маску, и эта маска заявляла, что он теперь имеет полное право убить и меня, и мою жену, и моих детей. Я понял тогда, что выражение «глубоко верующий» — грубое надругательство над понятием глубины. Нельзя назвать что-то глубоким только потому, что это единственное, что есть в наличии; скорее это глянец, прикрывающий пустоту.

   Никогда не забуду выражение лица привратника иерусалимской мечети Купол Скалы, когда я легкомысленно предложил, чтобы он пренебрег каким-то календарным запретом и пустил меня внутрь. Его лицо, до этого прохладно-приветливое, превратилось в маску, и эта маска заявляла, что он теперь имеет полное право убить и меня, и мою жену, и моих детей. Я понял тогда, что выражение «глубоко верующий» — грубое надругательство над понятием глубины. Нельзя назвать что-то глубоким только потому, что это единственное, что есть в наличии; скорее это глянец, прикрывающий пустоту.
9. «

   Почему мы позволяем им так мучить нас? Почему мы так ласковы с ними? Почему?

   Почему мы позволяем им так мучить нас? Почему мы так ласковы с ними? Почему?

   — Грегори · книга
10. «

    По тому, как выглядят некоторые люди, несложно угадать, как им живется.

    По тому, как выглядят некоторые люди, несложно угадать, как им живется.

    — Грегори · книга
11. «

    Когда на улице мой взгляд скользит по обитателям трущоб, жлобам, животным — существам, которых я раньше практически не замечал. — я беспомощно чувствую, как они меня вовлекают, и вижу персональный ад каждого из них. Я покинул свою скорлупу. Теперь я — один из вас.

    Когда на улице мой взгляд скользит по обитателям трущоб, жлобам, животным — существам, которых я раньше практически не замечал. — я беспомощно чувствую, как они меня вовлекают, и вижу персональный ад каждого из них. Я покинул свою скорлупу. Теперь я — один из вас.

    — Грегори · книга
12. «

    Почему мужчины плачут? Потому что им приходится сражаться и совершать подвиги, учавствовать в марафонских забегах по служебной лестнице, потому что им не хватает их матерей, потому что они, как слепые, блуждают во времени и им так трудно добиться эрекции. А еще из-за всего того, что они сделали. Оттого, что они разучились быть просто счастливыми и несчастными — они могут быть только пьяными в стельку и чокнутыми. И еще оттого, что они не знают, как им жить, когда они проснутся.

    Почему мужчины плачут? Потому что им приходится сражаться и совершать подвиги, учавствовать в марафонских забегах по служебной лестнице, потому что им не хватает их матерей, потому что они, как слепые, блуждают во времени и им так трудно добиться эрекции. А еще из-за всего того, что они сделали. Оттого, что они разучились быть просто счастливыми и несчастными — они могут быть только пьяными в стельку и чокнутыми. И еще оттого, что они не знают, как им жить, когда они проснутся.

    — Информация · книга
13. «

    Думаю, в наши дни все немного едут крышей.

    Думаю, в наши дни все немного едут крышей.

    — Терри · книга
14. «

    Тот, кого хоть раз в жизни угораздило вплотную познакомиться с фонарным столбом, по опыту знает, что любая скорость, превышающая ноль километров в час, уже опасна для жизни.

    Тот, кого хоть раз в жизни угораздило вплотную познакомиться с фонарным столбом, по опыту знает, что любая скорость, превышающая ноль километров в час, уже опасна для жизни.

    — Другие люди: Таинственная история · книга
15. «

    Убежденность в собственной безобразности на пороге среднего возраста — дело обычное и, возможно, даже повсеместно распространенное.

    Убежденность в собственной безобразности на пороге среднего возраста — дело обычное и, возможно, даже повсеместно распространенное.

    — Информация · книга
16. «

    Говорят, все задиры в глубине души трусы. Страх — задира, но что-то подсказывает мне: его не запугать. Полагаю, на самом деле страх невероятно отважен.

    Говорят, все задиры в глубине души трусы. Страх — задира, но что-то подсказывает мне: его не запугать. Полагаю, на самом деле страх невероятно отважен.

    — Деньги · книга
17. «

    Страданию нет дела до масштаба иных страданий. Оно лишено чувства коллективизма. Его ни с чем не соотнести.

    Страданию нет дела до масштаба иных страданий. Оно лишено чувства коллективизма. Его ни с чем не соотнести.

    — Деньги · книга
18. «

    Я всё жду, что в мире появится осмысленность. Но она не появляется. И не появится. Никогда.

    Я всё жду, что в мире появится осмысленность. Но она не появляется. И не появится. Никогда.

    — Стрела времени, или Природа преступления · книга
19. «

    Нет такого человека — если он достаточно взрослый, чтобы водить машину, — у которого не было бы забот.

    Нет такого человека — если он достаточно взрослый, чтобы водить машину, — у которого не было бы забот.

    — Информация · книга
20. «

    Облака вновь приобрели свой старый цвет, старый свой английский цвет — цвет яиц, сваренных всмятку и очищенных пальцами города.

    Облака вновь приобрели свой старый цвет, старый свой английский цвет — цвет яиц, сваренных всмятку и очищенных пальцами города.

    — Лондонские поля · книга