42 цитаты Мэтта Хейга — избранное

Мэтт Хейг — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 42 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Вот что творит игра на фортепиано. Вот в чем ее опасность. Она делает тебя человеком.

   Вот что творит игра на фортепиано. Вот в чем ее опасность. Она делает тебя человеком.

   — Том Хазард · книга
2. «

   Не будь холоден к людям. Холода во Вселенной и так хватает. Важно то, что согревает.

   Не будь холоден к людям. Холода во Вселенной и так хватает. Важно то, что согревает.

   — Люди и я · книга
3. «

   Предаваться воспоминаниям – все равно что проживать их заново.

   Предаваться воспоминаниям – все равно что проживать их заново.

   — Как остановить время · книга
4. «

   Невозможно прожить все жизни, посмотреть все фильмы, прочитать все книги или побывать во всех уголках этой прекрасной планеты. Вместо того, чтобы впадать в ступор из-за своих ограничений, нам нужно скорректировать выбор, стоящий перед нами. Нам необходимо выяснить, что именно хорошо для нас, и отбросить то, что нам не подходит. Нам не нужен другой мир. В нашем мире есть все, что нам нужно, но только если мы перестанем думать, будто нам нужно сразу все.

   Невозможно прожить все жизни, посмотреть все фильмы, прочитать все книги или побывать во всех уголках этой прекрасной планеты. Вместо того, чтобы впадать в ступор из-за своих ограничений, нам нужно скорректировать выбор, стоящий перед нами. Нам необходимо выяснить, что именно хорошо для нас, и отбросить то, что нам не подходит. Нам не нужен другой мир. В нашем мире есть все, что нам нужно, но только если мы перестанем думать, будто нам нужно сразу все.

   — Планета нервных · книга
5. «

   Приверженец минимализма Фумио Сасаки сказал: «Счастье в том, чтобы владеть малым».

   Приверженец минимализма Фумио Сасаки сказал: «Счастье в том, чтобы владеть малым».

   — Планета нервных · книга
6. «

   Жизнь лгала ему. Лгала о том, что вещи не меняются. Что всё на свете так же неизменно и неподвижно. <...> В эту ложь легко было поверить, потому что жизни не свойственны резкие перемены. Каждый следующий понедельник похож на предыдущий, не считая мелких деталей. Каждый день — одни и те же лица, неделя за неделей — одна и та же еда, одни и те же дела. Но такая неизменность вещей играет злую шутку, из-за неё внезапные перемены пугают, как акула, вдруг выскочившая из моря перед носом у рыбака.

   Жизнь лгала ему. Лгала о том, что вещи не меняются. Что всё на свете так же неизменно и неподвижно. <...> В эту ложь легко было поверить, потому что жизни не свойственны резкие перемены. Каждый следующий понедельник похож на предыдущий, не считая мелких деталей. Каждый день — одни и те же лица, неделя за неделей — одна и та же еда, одни и те же дела. Но такая неизменность вещей играет злую шутку, из-за неё внезапные перемены пугают, как акула, вдруг выскочившая из моря перед носом у рыбака.

   — Быть котом · книга
7. «

   Люди, которых любишь, не умирают никогда. Это давным-давно сказал Омаи. Он был прав. Они не умирают. Вернее, не умирают полностью. Они продолжают жить в твоем сознании. Так было всегда. Ты хранишь в себе их свет. Если память о них жива в тебе, они тебя направляют – так сияние давно угасших звезд помогает кораблям не заблудиться в незнакомых водах. Перестань их оплакивать, начни к ним прислушиваться, и у них достанет сил изменить твою жизнь. Они могут от многого тебя уберечь.

   Люди, которых любишь, не умирают никогда. Это давным-давно сказал Омаи. Он был прав. Они не умирают. Вернее, не умирают полностью. Они продолжают жить в твоем сознании. Так было всегда. Ты хранишь в себе их свет. Если память о них жива в тебе, они тебя направляют – так сияние давно угасших звезд помогает кораблям не заблудиться в незнакомых водах. Перестань их оплакивать, начни к ним прислушиваться, и у них достанет сил изменить твою жизнь. Они могут от многого тебя уберечь.

   — Том Хазард · книга
8. «

   Вот ради этого и становишься учителем. Ради проблеска надежды там, где, казалось, ее нет и быть не может.

   Вот ради этого и становишься учителем. Ради проблеска надежды там, где, казалось, ее нет и быть не может.

   — Том Хазард · книга
9. «

   Когда тебе грустно, когда всё не так, Когда в твоем сердце лишь холод и мрак, Не стоит сдаваться, гляди веселей. Спой песенку, томте, и станет светлей.

   Когда тебе грустно, когда всё не так, Когда в твоем сердце лишь холод и мрак, Не стоит сдаваться, гляди веселей. Спой песенку, томте, и станет светлей.

   — Тенистый лес · книга
10. «

    Он скалился, но я понимал: годы раболепного подчинения двуногим гарантируют, что и ко мне он отнесется с некоторой долей почтения в силу того, что я тоже хожу на двух ногах.

    Он скалился, но я понимал: годы раболепного подчинения двуногим гарантируют, что и ко мне он отнесется с некоторой долей почтения в силу того, что я тоже хожу на двух ногах.

    — Трудно быть человеком · книга
11. «

    Добропорядочность без знаний слаба и бессмысленна, а знания без добропорядочности опасны.

    Добропорядочность без знаний слаба и бессмысленна, а знания без добропорядочности опасны.

    — доктор Джонсон · книга
12. «

    Вся жизнь такова. Не стоит бояться перемен, но не стоит и горячо их приветствовать, во всяком случае, если вам от них ни жарко ни холодно. Перемены — суть жизни. Они — единственная известная мне постоянная величина.

    Вся жизнь такова. Не стоит бояться перемен, но не стоит и горячо их приветствовать, во всяком случае, если вам от них ни жарко ни холодно. Перемены — суть жизни. Они — единственная известная мне постоянная величина.

    — Том Хазард · книга
13. «

    Иногда решение, которое кажется плохим, на самом деле оказывается самым лучшим.

    Иногда решение, которое кажется плохим, на самом деле оказывается самым лучшим.

    — отец Барни · книга
14. «

    Люди, как правило, не любят сумасшедших, если только те не умеют красиво рисовать. Хотя и тогда безумцев признают лишь посмертно.

    Люди, как правило, не любят сумасшедших, если только те не умеют красиво рисовать. Хотя и тогда безумцев признают лишь посмертно.

    — Трудно быть человеком · книга
15. «

    У нас родилась дочка. Мы назвали ее Мэрион. Я с пеленок носил ее на руках; когда она плакала, пел ей французские песенки, и она затихала. Я полюбил ее сразу, едва увидев. Разумеется, большинство родителей проникаются любовью к своим детям с первого взгляда. Но я упоминаю об этом потому, что и по сей день не устаю себе удивляться. Где эта любовь была прежде? Откуда она взялась? Что ни говори, но она возникает внезапно, абсолютная и всеобъемлющая; она приходит к тебе нежданно, как беда, но только это не беда, а одно из самых волшебных чудес в жизни человека.

    У нас родилась дочка. Мы назвали ее Мэрион. Я с пеленок носил ее на руках; когда она плакала, пел ей французские песенки, и она затихала. Я полюбил ее сразу, едва увидев. Разумеется, большинство родителей проникаются любовью к своим детям с первого взгляда. Но я упоминаю об этом потому, что и по сей день не устаю себе удивляться. Где эта любовь была прежде? Откуда она взялась? Что ни говори, но она возникает внезапно, абсолютная и всеобъемлющая; она приходит к тебе нежданно, как беда, но только это не беда, а одно из самых волшебных чудес в жизни человека.

    — Том Хазард · книга
16. «

    Вот какая штука с нашей психикой: так много вещей дарят нам сиюминутное счастье, но эти же вещи играют с нами злую шутку в отдаленной перспективе. Мы отвлекаемся, хотя на самом деле то, что нам нужно, — это познать себя.

    Вот какая штука с нашей психикой: так много вещей дарят нам сиюминутное счастье, но эти же вещи играют с нами злую шутку в отдаленной перспективе. Мы отвлекаемся, хотя на самом деле то, что нам нужно, — это познать себя.

    — Планета нервных · книга
17. «

    — Тебе доводилось убивать? — Чтоб тебя! Гони телефон и бумажник. Или я тебе глотку перережу. — А мне доводилось. — Я сказал чистую правду. — Это жуть. Тебе точно не понравится. Чужая смерть как будто вселяется в тебя. И сводит тебя с ума. Покойника носишь в себе всю жизнь, до самого конца...

    — Тебе доводилось убивать? — Чтоб тебя! Гони телефон и бумажник. Или я тебе глотку перережу. — А мне доводилось. — Я сказал чистую правду. — Это жуть. Тебе точно не понравится. Чужая смерть как будто вселяется в тебя. И сводит тебя с ума. Покойника носишь в себе всю жизнь, до самого конца...

    — Том Хазард · книга
18. «

    Свободную душу не спрячешь в тюрьме, Где бы я ни был, счастье — во мне. Пусть здесь нет солнца, нет облаков — Мое сердце свободно от тяжких оков.

    Свободную душу не спрячешь в тюрьме, Где бы я ни был, счастье — во мне. Пусть здесь нет солнца, нет облаков — Мое сердце свободно от тяжких оков.

    — Тенистый лес · книга
19. «

    Прошлое и будущее — лишь миф. Прошлое есть не что иное, как мертвое настоящее, а будущего все равно не существует, потому что к тому времени, как мы добираемся до будущего, оно превращается в настоящее. Настоящее — это все, что у нас есть. Вечно движущееся, вечно меняющееся настоящее. Оно ускользает из рук. Его можно поймать, только отпустив.

    Прошлое и будущее — лишь миф. Прошлое есть не что иное, как мертвое настоящее, а будущего все равно не существует, потому что к тому времени, как мы добираемся до будущего, оно превращается в настоящее. Настоящее — это все, что у нас есть. Вечно движущееся, вечно меняющееся настоящее. Оно ускользает из рук. Его можно поймать, только отпустив.

    — Трудно быть человеком · книга
20. «

    Теперь я понял, почему после смерти отца моя мать ходила, опираясь о стену. Горе кренит к земле.

    Теперь я понял, почему после смерти отца моя мать ходила, опираясь о стену. Горе кренит к земле.

    — Том Хазард · книга