380 мудрых мыслей Михаила Булгакова

Михаил Булгаков — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 380 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — ... Принимается, товарищи? Кто против? — спросил секретарь у своей чернильницы. Та ничего не имела против, и секретарь написал на листе: «Принято единогласно». И сам же себя похвалил: — Браво, Макушкин!

   — ... Принимается, товарищи? Кто против? — спросил секретарь у своей чернильницы. Та ничего не имела против, и секретарь написал на листе: «Принято единогласно». И сам же себя похвалил: — Браво, Макушкин!

   — Макушкин · книга
2. «

   Богиня Венера послала любовь. Прильни, мой любовник, вспени мою кровь.

   Богиня Венера послала любовь. Прильни, мой любовник, вспени мою кровь.

   — Арманда · книга
3. «

   Приятно слышать, что вы так вежливо обращаетесь с котом. Котам обычно почему-то говорят «ты», хотя ни один кот никогда ни с кем не пил брудершафта.

   Приятно слышать, что вы так вежливо обращаетесь с котом. Котам обычно почему-то говорят «ты», хотя ни один кот никогда ни с кем не пил брудершафта.

   — Кот Бегемот · книга
4. «

   В истории человечества отмечены многие казнокрады. Но одним из самых блистательных, несомненно, был Никола Фуке, занимавший в описываемое время должность главного управляющего финансами Франции. Учинить такой грабеж государственной казны, какой учинил Фуке, редко кому удавалось. В конце концов Фуке совершенно потерял представление о том, где кончаются казенные деньги и начинаются его собственные.

   В истории человечества отмечены многие казнокрады. Но одним из самых блистательных, несомненно, был Никола Фуке, занимавший в описываемое время должность главного управляющего финансами Франции. Учинить такой грабеж государственной казны, какой учинил Фуке, редко кому удавалось. В конце концов Фуке совершенно потерял представление о том, где кончаются казенные деньги и начинаются его собственные.

   — Жизнь господина де Мольера · книга
5. «

   Самому лучшему из братьев через месяц уже надоедает кормить своего брата.

   Самому лучшему из братьев через месяц уже надоедает кормить своего брата.

   — д,Ассуси · книга
6. «

   Вообще наш дом удивительный. Я по двору прохожу и содрогаюсь. Все окна раскрыты, все на подоконниках лежат и рассказывают такую ерунду, которую рассказывать неудобно.

   Вообще наш дом удивительный. Я по двору прохожу и содрогаюсь. Все окна раскрыты, все на подоконниках лежат и рассказывают такую ерунду, которую рассказывать неудобно.

   — Бунша · книга
7. «

   Булгаков так описывал жене свои мучения по поводу постановки «Мольера» у Станиславского: — Представь себе, что на твоих глазах Сереже (сыну Елены от предыдущего брака) начинают щипцами уши завивать и уверяют, что это так и надо, что чеховской дочке тоже завивали, и что ты это полюбить должна.

   Булгаков так описывал жене свои мучения по поводу постановки «Мольера» у Станиславского: — Представь себе, что на твоих глазах Сереже (сыну Елены от предыдущего брака) начинают щипцами уши завивать и уверяют, что это так и надо, что чеховской дочке тоже завивали, и что ты это полюбить должна.
8. «

   Антракт, негодяи!

   Антракт, негодяи!

   — Мастер и Маргарита · книга
9. «

   — Не спорю, наши возможности довольно велики, они гораздо больше, чем полагают некоторые, не очень зоркие люди... — Да, уж гораздо больше, — не утерпел и вставил кот, видимо гордящийся этими возможностями. — Молчи, черт тебя возьми! — Сказал ему Воланд и продолжал, обращаясь к Маргарите: — но просто, какой смысл в том, чтобы сделать то, что полагается делать другому, как я выразился, ведомству? Итак, я этого делать не буду, а вы сделайте сами. — А разве по-моему исполнится? Азазелло иронически скосил кривой глаз на Маргариту и незаметно покрутил рыжей головой и фыркнул. — Да делайте же, вот мучение, — пробормотал Воланд и, повернув глобус, стал всматриваться в какую-то деталь на нем, по-видимому, занимаясь и другим делом во время разговора с Маргаритой.

   — Не спорю, наши возможности довольно велики, они гораздо больше, чем полагают некоторые, не очень зоркие люди... — Да, уж гораздо больше, — не утерпел и вставил кот, видимо гордящийся этими возможностями. — Молчи, черт тебя возьми! — Сказал ему Воланд и продолжал, обращаясь к Маргарите: — но просто, какой смысл в том, чтобы сделать то, что полагается делать другому, как я выразился, ведомству? Итак, я этого делать не буду, а вы сделайте сами. — А разве по-моему исполнится? Азазелло иронически скосил кривой глаз на Маргариту и незаметно покрутил рыжей головой и фыркнул. — Да делайте же, вот мучение, — пробормотал Воланд и, повернув глобус, стал всматриваться в какую-то деталь на нем, по-видимому, занимаясь и другим делом во время разговора с Маргаритой.

   — Воланд · книга
10. «

    Мне, представьте, приходилось слышать утверждение, что первым является Пушкин.

    Мне, представьте, приходилось слышать утверждение, что первым является Пушкин.

    — Долгоруков · книга
11. «

    Борьба с цензурой, какая бы она ни была и при какой бы власти она ни существовала, — мой писательский долг, так же, как и призывы к свободе печати. Я горячий поклонник этой свободы и полагаю, что, если кто-нибудь из писателей задумал бы доказывать, что она ему не нужна, он уподобился бы рыбе, публично уверяющей, что ей не нужна вода.

    Борьба с цензурой, какая бы она ни была и при какой бы власти она ни существовала, — мой писательский долг, так же, как и призывы к свободе печати. Я горячий поклонник этой свободы и полагаю, что, если кто-нибудь из писателей задумал бы доказывать, что она ему не нужна, он уподобился бы рыбе, публично уверяющей, что ей не нужна вода.
12. «

    Кажется, у меня начинают плавиться мозги. Действительно, асфальт же плавится при жаркой температуре?

    Кажется, у меня начинают плавиться мозги. Действительно, асфальт же плавится при жаркой температуре?

    — Воспаление мозгов · книга
13. «

    Не думай, что горе сделали люди. Люди — орудие его (указывет вверх). Ежели тебе кажется, что кто-нибудь виноват перед тобой, забудь это и прости. Мы не имеем права наказывать.

    Не думай, что горе сделали люди. Люди — орудие его (указывет вверх). Ежели тебе кажется, что кто-нибудь виноват перед тобой, забудь это и прости. Мы не имеем права наказывать.

    — Марья Болконская · книга
14. «

    Кухарка, простонав, хотела поднять руку для крестного знамения, но Азазелло грозно закричал с седла: — Отрежу руку!

    Кухарка, простонав, хотела поднять руку для крестного знамения, но Азазелло грозно закричал с седла: — Отрежу руку!

    — Азазелло · книга
15. «

    Крупной ошибкой, которую сделал в этот период своей жизни Мольер, была следующая: он прислушивался к тому плохому, что о нем говорят, и оскорбления, которые ему следовало оставлять без всякого внимания, задевали его.

    Крупной ошибкой, которую сделал в этот период своей жизни Мольер, была следующая: он прислушивался к тому плохому, что о нем говорят, и оскорбления, которые ему следовало оставлять без всякого внимания, задевали его.

    — Жизнь господина де Мольера · книга
16. «

    ... Это не дневник, а история болезни...

    ... Это не дневник, а история болезни...

    — Лекарь Сергей Поляков · книга
17. «

    Каждое ведомство должно заниматься своими делами.

    Каждое ведомство должно заниматься своими делами.

    — Воланд · книга
18. «

    Рукописи не горят.

    Рукописи не горят.

    — Воланд · книга
19. «

    Ничего нет хуже, товарищи, чем малодушие и неуверенность в себе.

    Ничего нет хуже, товарищи, чем малодушие и неуверенность в себе.

    — Театральный роман · книга
20. «

    Провал сопровождался тем, чем сопровождается всякий провал драматурга, — дикою радостью недругов, плаксивым сочувствием друзей, которое во много раз хуже вражеской радости.

    Провал сопровождался тем, чем сопровождается всякий провал драматурга, — дикою радостью недругов, плаксивым сочувствием друзей, которое во много раз хуже вражеской радости.

    — Жизнь господина де Мольера · книга