83 цитаты от Михаила Шолохова

Подборка из 83 цитаты Михаила Шолохова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Что-то жалко стало Иринку и детишек, а потом жаль эта утихла и стал я собираться с духом, чтобы глянуть в дырку пистолета бесстрашно, как и подобает солдату, чтобы враги не увидали в последнюю мою минуту, что мне с жизнью расставаться все-таки трудно...

   Что-то жалко стало Иринку и детишек, а потом жаль эта утихла и стал я собираться с духом, чтобы глянуть в дырку пистолета бесстрашно, как и подобает солдату, чтобы враги не увидали в последнюю мою минуту, что мне с жизнью расставаться все-таки трудно...

   — Андрей Соколов · книга
2. «

   Нужда — не родная матушка, а людей роднит...

   Нужда — не родная матушка, а людей роднит...

   — старик портной · книга
3. «

   — А что же тебе снится, герой? — Постные сны вижу, всякая дрянь снится, вроде твоей каши.

   — А что же тебе снится, герой? — Постные сны вижу, всякая дрянь снится, вроде твоей каши.

   — Они сражались за родину · книга
4. «

   Ты не вылетывай вперёд других, а то горячих смерть метит!

   Ты не вылетывай вперёд других, а то горячих смерть метит!

   — Петро Мелехов · книга
5. «

   Горько и обидно, что какие-то слизняки правят страной. Безволие, слабохарактерность, неумение, нерешительность, зачастую простая подлость — вот что руководит действиями этого, с позволения сказать, «правительства».

   Горько и обидно, что какие-то слизняки правят страной. Безволие, слабохарактерность, неумение, нерешительность, зачастую простая подлость — вот что руководит действиями этого, с позволения сказать, «правительства».

   — Лавр Георгиевич Корнилов · книга
6. «

   Идёшь ты к дому, к семье... Мать небось ждёт: сынок-кормилец вернётся, старость её пригреет, а ты, должно, близко к сердцу не принимаешь того, что она, мать твоя, белым днём чахнет по тебе, а ночьми слезами материнскими исходит... Все вы, сынки, таковские... Пока не нажил своего приплоду, до тех пор и не лежит у вас душа к родительским страданьям.

   Идёшь ты к дому, к семье... Мать небось ждёт: сынок-кормилец вернётся, старость её пригреет, а ты, должно, близко к сердцу не принимаешь того, что она, мать твоя, белым днём чахнет по тебе, а ночьми слезами материнскими исходит... Все вы, сынки, таковские... Пока не нажил своего приплоду, до тех пор и не лежит у вас душа к родительским страданьям.

   — Донские рассказы · книга
7. «

   Мы, в сущности, пешки на шахматном поле, а пешки ведь не знают, куда пошлёт их рука игрока...

   Мы, в сущности, пешки на шахматном поле, а пешки ведь не знают, куда пошлёт их рука игрока...

   — Тихий Дон · книга
8. «

   Человек своей надеждой живёт.

   Человек своей надеждой живёт.

   — Петро Мелехов · книга
9. «

   Не лазоревым алым цветом, а собачьей бесилой, дурнопьяном придорожным цветет поздняя бабья любовь.

   Не лазоревым алым цветом, а собачьей бесилой, дурнопьяном придорожным цветет поздняя бабья любовь.

   — Тихий Дон · книга
10. «

    Травой зарастают могилы, — давностью зарастает боль. Ветер зализал следы ушедших, — время залижет и кровяную боль, и память тех, кто не дождался родимых и не дождётся, потому что коротка человеческая жизнь и не много всем нам суждено истоптать травы...

    Травой зарастают могилы, — давностью зарастает боль. Ветер зализал следы ушедших, — время залижет и кровяную боль, и память тех, кто не дождался родимых и не дождётся, потому что коротка человеческая жизнь и не много всем нам суждено истоптать травы...

    — Тихий Дон · книга
11. «

    Удивительно! Как только в бой, так у вас открываются старые раны.

    Удивительно! Как только в бой, так у вас открываются старые раны.

    — прапорщик Беликов · книга
12. «

    Спроси у любого пожилого человека, приметил он, как жизнь прожил? Ни черта он не приметил!

    Спроси у любого пожилого человека, приметил он, как жизнь прожил? Ни черта он не приметил!

    — Андрей Соколов · книга
13. «

    Жизнь заставит разобраться, и не только заставит, но и силком толкнет на какую-нибудь сторону.

    Жизнь заставит разобраться, и не только заставит, но и силком толкнет на какую-нибудь сторону.

    — Ефимов Изварин · книга
14. «

    Надо биться с тем, кто хочет отнять жизнь, право на нее; надо биться крепко, не качаясь, — как в стенке, — а накал ненависти, твердость даст борьба. Надо только не взнуздывать чувств, дать простор им, как бешенству, — и все.

    Надо биться с тем, кто хочет отнять жизнь, право на нее; надо биться крепко, не качаясь, — как в стенке, — а накал ненависти, твердость даст борьба. Надо только не взнуздывать чувств, дать простор им, как бешенству, — и все.

    — Тихий Дон · книга
15. «

    На развилках, попросту говоря, ниже мотни, безнадежно порвались брюки, репнули; как переспелый задонский арбуз. Надежда на то, что шов будет держаться, — призрачна. С таким же успехом можно сшить и арбуз.

    На развилках, попросту говоря, ниже мотни, безнадежно порвались брюки, репнули; как переспелый задонский арбуз. Надежда на то, что шов будет держаться, — призрачна. С таким же успехом можно сшить и арбуз.

    — Тихий Дон · книга
16. «

    А то ить мы, знаешь, как? Пока под сердце не кольнет — ходим и округ себя ничего не видим...

    А то ить мы, знаешь, как? Пока под сердце не кольнет — ходим и округ себя ничего не видим...

    — Дарья Дмитриевна · книга
17. «

    Мне ить уж под сто пошло. Да, под сто… Прожил — не видал. Кубыть вчера ходил я с русым чубом, молодой да здоровый. А ноне проснулся — и вот она, одна ветхость… Мельканула жизня, как летний всполох, и нету ее.

    Мне ить уж под сто пошло. Да, под сто… Прожил — не видал. Кубыть вчера ходил я с русым чубом, молодой да здоровый. А ноне проснулся — и вот она, одна ветхость… Мельканула жизня, как летний всполох, и нету ее.

    — дед Гришака Коршунов · книга
18. «

    Как пахнут волосы у этих детишек! Солнцем, травою, теплой подушкой и еще чем-то бесконечно родным. И сами они — эта плоть от плоти его, — как крохотные степные птицы…

    Как пахнут волосы у этих детишек! Солнцем, травою, теплой подушкой и еще чем-то бесконечно родным. И сами они — эта плоть от плоти его, — как крохотные степные птицы…

    — Тихий Дон · книга
19. «

    Коли такое прозвище ты, тетушка, даёшь всем, кто на войне был, тогда все мы душегубы. Все дело в том, за что души губить и какие.

    Коли такое прозвище ты, тетушка, даёшь всем, кто на войне был, тогда все мы душегубы. Все дело в том, за что души губить и какие.

    — Мишка Кошевой · книга
20. «

    В годину смуты и разврата Не осудите, братья, брата.

    В годину смуты и разврата Не осудите, братья, брата.

    — Тихий Дон · книга