Михаил Веллер: 209 высказываний о главном

Подборка из 209 цитат Михаила Веллера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Она права. Я не благодетель. Во мне, наверное, пропал мелкий тиран. Люблю устраивать все по своему вкусу. Ненавижу несчастных, неприкаянных, бестолковых. Ненавижу их слабость, незадачливость, неумелость. Ненавижу, когда человек не знает, чего он хочет. Ненавижу, когда не умеют добиваться своего. Ненавижу примирившихся с поражением. Если человек не любит бороться, как он может рассчитывать на счастье в жизни?

   Она права. Я не благодетель. Во мне, наверное, пропал мелкий тиран. Люблю устраивать все по своему вкусу. Ненавижу несчастных, неприкаянных, бестолковых. Ненавижу их слабость, незадачливость, неумелость. Ненавижу, когда человек не знает, чего он хочет. Ненавижу, когда не умеют добиваться своего. Ненавижу примирившихся с поражением. Если человек не любит бороться, как он может рассчитывать на счастье в жизни?

   — Приключения майора Звягина · книга
2. «

   Банальность — это когда давно известное оставляет тебя равнодушным. Когда давно известное заставляет сжиматься сердце — это называется истиной.

   Банальность — это когда давно известное оставляет тебя равнодушным. Когда давно известное заставляет сжиматься сердце — это называется истиной.

   — Моё дело · книга
3. «

   Вот Лимонов надрывался шокировать, как он негру минет на помойке делал — ошарашил: уровень откровенности непривычный; у всех метро продавали. Европейская культура... Хотя французскую любовь придумали, сами они полагают, французы, но если бы Бодлер описал на уличном арго, как он делает минет Рембо, французы бы сильно удивились.

   Вот Лимонов надрывался шокировать, как он негру минет на помойке делал — ошарашил: уровень откровенности непривычный; у всех метро продавали. Европейская культура... Хотя французскую любовь придумали, сами они полагают, французы, но если бы Бодлер описал на уличном арго, как он делает минет Рембо, французы бы сильно удивились.

   — Сергей Саульский · книга
4. «

   Есть муж — плачут, нет — плачут. Плаксы.

   Есть муж — плачут, нет — плачут. Плаксы.

   — Ворожея · книга
5. «

   Успокойтесь. Никакой демократии у нас нет. И ничего похожего. И никто сверху вам ее не собирается устраивать, потому что тогда наверху могут смениться обитатели и вообще хлопот и неприятностей серьезным людям будет много.

   Успокойтесь. Никакой демократии у нас нет. И ничего похожего. И никто сверху вам ее не собирается устраивать, потому что тогда наверху могут смениться обитатели и вообще хлопот и неприятностей серьезным людям будет много.

   — К последнему шансу · книга
6. «

   Любовь моя, осень. <...> Когда приходит знание и покой, весна раздражает, пора беспокойства, и я жду сентября.

   Любовь моя, осень. <...> Когда приходит знание и покой, весна раздражает, пора беспокойства, и я жду сентября.

   — Осуждение · книга
7. «

   В общем, я давно понял: примешь то, что тебе уготовили другие, — всю жизнь они будут тобой помыкать. Откажешься — получишь главное: будешь хозяином своей судьбы. И их судеб.

   В общем, я давно понял: примешь то, что тебе уготовили другие, — всю жизнь они будут тобой помыкать. Откажешься — получишь главное: будешь хозяином своей судьбы. И их судеб.

   — Сантехник · книга
8. «

   Имейте свое собственное суждение. Не бойтесь. Имеете право! Вы можете выглядеть дураком. Можете выглядеть неучем. Но зато вы честны сами с собой! А это большое, знаете, дело. Потому что когда человек врет сам себе, то ничего хорошего он наисследовать и напонимать, разумеется, не может.

   Имейте свое собственное суждение. Не бойтесь. Имеете право! Вы можете выглядеть дураком. Можете выглядеть неучем. Но зато вы честны сами с собой! А это большое, знаете, дело. Потому что когда человек врет сам себе, то ничего хорошего он наисследовать и напонимать, разумеется, не может.

   — Перпендикуляр · книга
9. «

   ... не умеешь летать сам — не мешай шмелю.

   ... не умеешь летать сам — не мешай шмелю.

   — Ножик Сережи Довлатова · книга
10. «

    ... меня когда-то поразила фраза, обычно приписываемая раби Акиве: «Если бы существовал некий дом, куда можно было бы пойти и оставить свою судьбу, обменяв её на любую другую, то каждый вернулся бы восвояси со своей собственной, ужаснувшись чужим страданиям».

    ... меня когда-то поразила фраза, обычно приписываемая раби Акиве: «Если бы существовал некий дом, куда можно было бы пойти и оставить свою судьбу, обменяв её на любую другую, то каждый вернулся бы восвояси со своей собственной, ужаснувшись чужим страданиям».
11. «

    Мера верности — поступок, а не время.

    Мера верности — поступок, а не время.

    — О любви · книга
12. «

    ... то запредельное состояние изнеможения, когда махнешь на всё: «Будь что будет», опущены руки, неси течение к неминуемой развязке, истрачены вера и воля, и существу враждебны мучительные усилия к спасению, противоречащему всеподчиняющейся логике событий: блаженный наркоз засыпающего на морозе.

    ... то запредельное состояние изнеможения, когда махнешь на всё: «Будь что будет», опущены руки, неси течение к неминуемой развязке, истрачены вера и воля, и существу враждебны мучительные усилия к спасению, противоречащему всеподчиняющейся логике событий: блаженный наркоз засыпающего на морозе.

    — Колечко · книга
13. «

    Ирония — оружие бессильных.

    Ирония — оружие бессильных.

    — Глеб · книга
14. «

    Ты очень боялась раскрыться полностью, чтоб не смогли сделать тебе больно.

    Ты очень боялась раскрыться полностью, чтоб не смогли сделать тебе больно.

    — Чуча-муча, пегий ослик · книга
15. «

    Верный признак влюбленности: «он» на «нее» старается не смотреть и делает вид, что не обращает внимания. (Ох и нравится она ему! так нравится, что он боится показаться ей слишком доступным, слишком на все готовым, ведь тогда ей неинтересно будет, а кроме того, она ему кажется уж такой желанной, такой привлекательной, что он делается не уверен, что сможет ее добиться, а в таком случае гордость и самолюбие велят не показывать вида, что она для него много значит. И всё это только от волнения, от избытка желания. А в результате ее подклеивает развязный пошляк, которому она до фени, она ведь обыкновенная женщина, и он с ней спит и ей пренебрегает, а наш страдалец не спит ночи и выглядит аскетом, равнодушным к женщинам.)

    Верный признак влюбленности: «он» на «нее» старается не смотреть и делает вид, что не обращает внимания. (Ох и нравится она ему! так нравится, что он боится показаться ей слишком доступным, слишком на все готовым, ведь тогда ей неинтересно будет, а кроме того, она ему кажется уж такой желанной, такой привлекательной, что он делается не уверен, что сможет ее добиться, а в таком случае гордость и самолюбие велят не показывать вида, что она для него много значит. И всё это только от волнения, от избытка желания. А в результате ее подклеивает развязный пошляк, которому она до фени, она ведь обыкновенная женщина, и он с ней спит и ей пренебрегает, а наш страдалец не спит ночи и выглядит аскетом, равнодушным к женщинам.)

    — О любви · книга
16. «

    В жизни каждое лыко в строку.

    В жизни каждое лыко в строку.

    — О любви · книга
17. «

    Не крутись сам, заставляй вертеться других — ты один, а их много.

    Не крутись сам, заставляй вертеться других — ты один, а их много.

    — Легенды Невского проспекта · книга
18. «

    Брак полезен для успокоения чувственности, для успокоения любви он бесполезен.

    Брак полезен для успокоения чувственности, для успокоения любви он бесполезен.

    — Любовь зла · книга
19. «

    Любовь – это сильно «окультуренный» человеком половой инстинкт.

    Любовь – это сильно «окультуренный» человеком половой инстинкт.

    — Любовь зла · книга
20. «

    О покойниках — правду или ничего. Если кто что-то значил в твоей жизни, ты продолжаешь относиться к нему как к живому, просто отсутствующему. Продолжаешь говорить о нём, как и раньше, и шутить, и разговаривать с ним, и спорить. Только он уже не скажет тебе ничего нового. Поэтому оставлять за собой последнее слово в споре с тем, кто уже не сможет возразить, нехорошо.

    О покойниках — правду или ничего. Если кто что-то значил в твоей жизни, ты продолжаешь относиться к нему как к живому, просто отсутствующему. Продолжаешь говорить о нём, как и раньше, и шутить, и разговаривать с ним, и спорить. Только он уже не скажет тебе ничего нового. Поэтому оставлять за собой последнее слово в споре с тем, кто уже не сможет возразить, нехорошо.

    — Ножик Сережи Довлатова · книга