178 цитат Михаила Юрьевича Лермонтова о смысле жизни

Подборка из 178 цитат Михаила Юрьевича Лермонтова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Поверь мне — счастье только там, Где любят нас, где верят нам!

   Поверь мне — счастье только там, Где любят нас, где верят нам!
2. «

   Он скептик и материалист, как все почти медики, а вместе с этим поэт, и не на шутку, — поэт на деле всегда и часто на словах, хотя в жизнь свою не написал двух стихов.

   Он скептик и материалист, как все почти медики, а вместе с этим поэт, и не на шутку, — поэт на деле всегда и часто на словах, хотя в жизнь свою не написал двух стихов.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
3. «

   Все хочешь ты иметь, а жертвовать не знаешь; Людей без гордости и сердца презираешь, А сам игрушка тех людей.

   Все хочешь ты иметь, а жертвовать не знаешь; Людей без гордости и сердца презираешь, А сам игрушка тех людей.

   — Маскарад · книга
4. «

   Музыка после обеда усыпляет, а спать после обеда здорово: следовательно, я люблю музыку в медицинском отношении.

   Музыка после обеда усыпляет, а спать после обеда здорово: следовательно, я люблю музыку в медицинском отношении.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
5. «

   Мой смех тяжел мне как свинец: Он плод сердечной пустоты.

   Мой смех тяжел мне как свинец: Он плод сердечной пустоты.
6. «

   — Нас могут слышать!.. — Мы одне. — А Бог! — На нас не кинет взгляда: Он занят небом, не землей!

   — Нас могут слышать!.. — Мы одне. — А Бог! — На нас не кинет взгляда: Он занят небом, не землей!

   — Тамара · книга
7. «

   Что страсти? — ведь рано иль поздно их сладкий недуг Исчезнет при слове рассудка...

   Что страсти? — ведь рано иль поздно их сладкий недуг Исчезнет при слове рассудка...
8. «

   — Всё... Только говорите правду. <...> Знайте, я всем могу пожертвовать ради человека, которого люблю... Отвечайте скорее, сжальтесь... Вы меня презираете? <...> — Я вам скажу всю истину, — отвечал я княжне, — не буду оправдываться, ни объяснять своих поступков; я вас не люблю. Её губы слегка побледнели... — Оставьте меня, — сказала она едва внятно. Я пожал плечами, повернулся и ушел.

   — Всё... Только говорите правду. <...> Знайте, я всем могу пожертвовать ради человека, которого люблю... Отвечайте скорее, сжальтесь... Вы меня презираете? <...> — Я вам скажу всю истину, — отвечал я княжне, — не буду оправдываться, ни объяснять своих поступков; я вас не люблю. Её губы слегка побледнели... — Оставьте меня, — сказала она едва внятно. Я пожал плечами, повернулся и ушел.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
9. «

   Быть для кого-нибудь причиною страданий и радостей, не имея на то никакого положительного права, — не самая ли это сладкая пища нашей гордости? А что такое счастие? Насыщенная гордость.

   Быть для кого-нибудь причиною страданий и радостей, не имея на то никакого положительного права, — не самая ли это сладкая пища нашей гордости? А что такое счастие? Насыщенная гордость.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
10. «

    Частная известность уж есть острый нож для общества, вы заставили об себе говорить два дня. — Страдайте ж двадцать лет за это.

    Частная известность уж есть острый нож для общества, вы заставили об себе говорить два дня. — Страдайте ж двадцать лет за это.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
11. «

    Женщины! женщины! кто их поймет? Их улыбки противоречат их взорам, их слова обещают и манят, а звук их голоса отталкивает… То они в минуту постигают и угадывают самую потаенную нашу мысль, то не понимают самых ясных намеков…

    Женщины! женщины! кто их поймет? Их улыбки противоречат их взорам, их слова обещают и манят, а звук их голоса отталкивает… То они в минуту постигают и угадывают самую потаенную нашу мысль, то не понимают самых ясных намеков…

    — Грушницкий · книга
12. «

    Странная вещь сердце человеческое вообще, и женское в особенности!

    Странная вещь сердце человеческое вообще, и женское в особенности!

    — Печорин Григорий Александрович · книга
13. «

    Взгляд его — непродолжительный, но проницательный и тяжелый, оставлял по себе неприятное впечатление нескромного вопроса и мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно спокоен.

    Взгляд его — непродолжительный, но проницательный и тяжелый, оставлял по себе неприятное впечатление нескромного вопроса и мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно спокоен.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
14. «

    Я трус – да вам не испугать и труса.

    Я трус – да вам не испугать и труса.

    — Арбенин · книга
15. «

    Я к вам пишу случайно; право, Не знаю как и для чего. Я потерял уж это право, И что скажу вам? — ничего! Что помню вас? — но, Боже правый, Вы это знаете давно; И вам, конечно, всё равно.

    Я к вам пишу случайно; право, Не знаю как и для чего. Я потерял уж это право, И что скажу вам? — ничего! Что помню вас? — но, Боже правый, Вы это знаете давно; И вам, конечно, всё равно.
16. «

    Мне хотелось вас заставить рассказать что-нибудь; во-первых, потому что слушать менее утомительно; во-вторых, нельзя проговориться; в-третьих, можно узнать чужую тайну; в-четвертых, потому что такие умные люди, как вы, лучше любят слушателей, чем рассказчиков.

    Мне хотелось вас заставить рассказать что-нибудь; во-первых, потому что слушать менее утомительно; во-вторых, нельзя проговориться; в-третьих, можно узнать чужую тайну; в-четвертых, потому что такие умные люди, как вы, лучше любят слушателей, чем рассказчиков.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
17. «

    Любить... но кого же?... на время — не стоит труда, А вечно любить невозможно...

    Любить... но кого же?... на время — не стоит труда, А вечно любить невозможно...
18. «

    Умереть так умереть! потеря для мира небольшая; да и мне самому порядочно уж скучно. Я — как человек, зевающий на бале, который не едет спать только потому, что еще нет его кареты. Но карета готова… прощайте!..

    Умереть так умереть! потеря для мира небольшая; да и мне самому порядочно уж скучно. Я — как человек, зевающий на бале, который не едет спать только потому, что еще нет его кареты. Но карета готова… прощайте!..

    — Печорин Григорий Александрович · книга
19. «

    До самого дома она говорила и смеялась поминутно. В её движениях было что-то лихорадочное; на меня не взглянула ни разу. Все заметили эту необыкновенную веселость. И княгиня внутренно радовалась, глядя на свою дочку; а у дочки просто нервический припадок: она проведет всю ночь без сна и будет плакать.

    До самого дома она говорила и смеялась поминутно. В её движениях было что-то лихорадочное; на меня не взглянула ни разу. Все заметили эту необыкновенную веселость. И княгиня внутренно радовалась, глядя на свою дочку; а у дочки просто нервический припадок: она проведет всю ночь без сна и будет плакать.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
20. «

    Поверьте, благородство не в бумагах, А в сердце.

    Поверьте, благородство не в бумагах, А в сердце.

    — Эмилия · книга