208 мыслей Милана Кундеры без воды

Милан Кундера — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 208 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Меня похоронили. Меня уже давно похоронили. Ты ходил ко мне каждую неделю. Ты всегда стучал в могилу, и я выходила оттуда. Глаза у меня были полны земли. Ты говорил: «Ты же так ничего не видишь» — и вынимал из глаз землю. А я тебе говорила: «Я всё равно не вижу. У меня ведь вместо глаз дыры».

   Меня похоронили. Меня уже давно похоронили. Ты ходил ко мне каждую неделю. Ты всегда стучал в могилу, и я выходила оттуда. Глаза у меня были полны земли. Ты говорил: «Ты же так ничего не видишь» — и вынимал из глаз землю. А я тебе говорила: «Я всё равно не вижу. У меня ведь вместо глаз дыры».

   — Тереза (Teresa) · книга
2. «

   Конфликт, драма, трагедия, по её мнению, ровно ничего не значат; в них нет никакой ценности, ничего, что заслуживало бы уважения или восторга.

   Конфликт, драма, трагедия, по её мнению, ровно ничего не значат; в них нет никакой ценности, ничего, что заслуживало бы уважения или восторга.

   — Невыносимая лёгкость бытия · книга
3. «

   … — Как бы твой роман не был скучен. — Разве всё, что не есть безумный бег за конечной развязкой, скука? Когда ты наслаждаешься этим прелестным окорочком, разве ты скучаешь? Торопишься к цели? Напротив, ты хочешь, чтобы утка входила в тебя как можно медленнее и чтобы её вкус никогда не кончался. Роман должен походить не на велогонки, а на пиршество со множеством блюд…

   … — Как бы твой роман не был скучен. — Разве всё, что не есть безумный бег за конечной развязкой, скука? Когда ты наслаждаешься этим прелестным окорочком, разве ты скучаешь? Торопишься к цели? Напротив, ты хочешь, чтобы утка входила в тебя как можно медленнее и чтобы её вкус никогда не кончался. Роман должен походить не на велогонки, а на пиршество со множеством блюд…

   — Бессмертие · книга
4. «

   Я понял, в чем состоит единственный смысл дружбы — такой, как она понимается в наши дни. Дружба необходима человеку для того, чтобы у него как следует работала память. Помнить о своём прошлом, вечно хранить его в душе — таково необходимое условие, позволяющее нам сберечь цельность нашего «я». Чтобы это «я» не съёживалось, не утрачивало своей полноты, его нужно орошать воспоминаниями, как горшок с цветами, а такая поливка невозможна без постоянного общения со свидетелями прошлого, то есть с друзьями. Они — наше зеркало, наша память; от них требуется лишь одно — хотя бы время от времени протирать это зеркало, чтобы мы могли в него смотреться.

   Я понял, в чем состоит единственный смысл дружбы — такой, как она понимается в наши дни. Дружба необходима человеку для того, чтобы у него как следует работала память. Помнить о своём прошлом, вечно хранить его в душе — таково необходимое условие, позволяющее нам сберечь цельность нашего «я». Чтобы это «я» не съёживалось, не утрачивало своей полноты, его нужно орошать воспоминаниями, как горшок с цветами, а такая поливка невозможна без постоянного общения со свидетелями прошлого, то есть с друзьями. Они — наше зеркало, наша память; от них требуется лишь одно — хотя бы время от времени протирать это зеркало, чтобы мы могли в него смотреться.

   — Подлинность · книга
5. «

   Без искусства двусмысленности нет подлинного эротизма. Чем двусмысленность сильнее, тем напряжённее возбуждение.

   Без искусства двусмысленности нет подлинного эротизма. Чем двусмысленность сильнее, тем напряжённее возбуждение.

   — Бессмертие · книга
6. «

   — Любовь есть борьба. Я буду бороться долго. До самого конца. — Любовь — борьба? У меня нет ни малейшего желания бороться.

   — Любовь есть борьба. Я буду бороться долго. До самого конца. — Любовь — борьба? У меня нет ни малейшего желания бороться.

   — Франц · книга
7. «

   Там, где говорит сердце, разуму возражать не пристало.

   Там, где говорит сердце, разуму возражать не пристало.

   — Невыносимая лёгкость бытия · книга
8. «

   Человек ведомый чувством красоты, превращает случайное событие (музыку Бетховена, смерть на вокзале) в мотив, который навсегда останется в композиции его жизни.

   Человек ведомый чувством красоты, превращает случайное событие (музыку Бетховена, смерть на вокзале) в мотив, который навсегда останется в композиции его жизни.

   — Невыносимая лёгкость бытия · книга
9. «

   Но не становится ли событие тем значительнее и исключительнее, чем большее число случайностей приводит к нему? Лишь случайность может предстать перед нами как послание. Все, что происходит по необходимости, что ожидаемо, что повторяется всякий день, то немо. Лишь случайность о чем-то говорит нам. Мы стремимся прочесть ее, как читают цыганки по узорам, начертанным кофейной гущей на дне чашки.

   Но не становится ли событие тем значительнее и исключительнее, чем большее число случайностей приводит к нему? Лишь случайность может предстать перед нами как послание. Все, что происходит по необходимости, что ожидаемо, что повторяется всякий день, то немо. Лишь случайность о чем-то говорит нам. Мы стремимся прочесть ее, как читают цыганки по узорам, начертанным кофейной гущей на дне чашки.

   — Невыносимая лёгкость бытия · книга
10. «

    Заколдованный круг. Люди глохнут, потому что включают музыку всё громче и громче. Но поскольку они глохнут, им ничего не остаётся, как включать её ещё на большую громкость.

    Заколдованный круг. Люди глохнут, потому что включают музыку всё громче и громче. Но поскольку они глохнут, им ничего не остаётся, как включать её ещё на большую громкость.

    — Сабина · книга
11. «

    Правильно ли поднять свой голос в защиту того, кому затыкают рот? Несомненно.

    Правильно ли поднять свой голос в защиту того, кому затыкают рот? Несомненно.

    — Невыносимая лёгкость бытия · книга
12. «

    История столь же легка, как и отдельная человеческая жизнь, невыносимо легка, легка как пух, как вздымающаяся пыль, как то, чего завтра уже и в помине не будет.

    История столь же легка, как и отдельная человеческая жизнь, невыносимо легка, легка как пух, как вздымающаяся пыль, как то, чего завтра уже и в помине не будет.

    — Невыносимая лёгкость бытия · книга
13. «

    Шум имеет одно преимущество. В нём пропадают слова. Музыка — это отрицание фраз, музыка — это антислово!

    Шум имеет одно преимущество. В нём пропадают слова. Музыка — это отрицание фраз, музыка — это антислово!

    — Франц · книга
14. «

    — Я предпочёл бы погибнуть под звуки детского лепета, чем под звуки «Похоронного марша» Шопена. И скажу тебе вот что: в этом похоронном марше, прославляющем смерть, заключено всё зло. Кабым меньше было траурных маршей, было бы, возможно, и меньше смертей.

    — Я предпочёл бы погибнуть под звуки детского лепета, чем под звуки «Похоронного марша» Шопена. И скажу тебе вот что: в этом похоронном марше, прославляющем смерть, заключено всё зло. Кабым меньше было траурных маршей, было бы, возможно, и меньше смертей.

    — Поль · книга
15. «

    И эта женщина, это олицетворение абсолютной случайности, лежит теперь рядом с ним и глубоко дышит во сне.

    И эта женщина, это олицетворение абсолютной случайности, лежит теперь рядом с ним и глубоко дышит во сне.

    — Невыносимая лёгкость бытия · книга
16. «

    — Вся беда в том, — сказал Шкрета после долгого задумчивого молчания, — что ты окружён идиотами! Разве я могу у кого-нибудь в этом городе спросить совета? Интеллигентный человек рождается в абсолютном изгнании. В силу своей профессии я только и занят этой мыслью: человечество плодит невероятное количество идиотов. Чем глупее индивид, тем сильнее у него желание размножаться. Полноценные личности производят на свет не более одного ребёнка, а лучшие из них, вроде тебя, приходят к решению вообще не плодиться. Это катастрофа. А я постоянно мечтаю о мире, в котором человек рождался бы не в чужой среде, а в среде своих братьев.

    — Вся беда в том, — сказал Шкрета после долгого задумчивого молчания, — что ты окружён идиотами! Разве я могу у кого-нибудь в этом городе спросить совета? Интеллигентный человек рождается в абсолютном изгнании. В силу своей профессии я только и занят этой мыслью: человечество плодит невероятное количество идиотов. Чем глупее индивид, тем сильнее у него желание размножаться. Полноценные личности производят на свет не более одного ребёнка, а лучшие из них, вроде тебя, приходят к решению вообще не плодиться. Это катастрофа. А я постоянно мечтаю о мире, в котором человек рождался бы не в чужой среде, а в среде своих братьев.

    — Шкрета · книга
17. «

    Он вспомнил знаменитый миф из Платонова «Мира»: люди сначала были андрогинами, и Бог разделил их на две половинки, которые с тех пор блуждают по свету и ищут друг друга. Любовь — это мечта найти затерянную половину нас самих.

    Он вспомнил знаменитый миф из Платонова «Мира»: люди сначала были андрогинами, и Бог разделил их на две половинки, которые с тех пор блуждают по свету и ищут друг друга. Любовь — это мечта найти затерянную половину нас самих.

    — Невыносимая лёгкость бытия · книга
18. «

    Томаш тогда ещё не понимал, что метафора – опасная вещь. С метафорами шутки плохи. Даже из единственной метафоры может родиться любовь.

    Томаш тогда ещё не понимал, что метафора – опасная вещь. С метафорами шутки плохи. Даже из единственной метафоры может родиться любовь.

    — Невыносимая лёгкость бытия · книга
19. «

    И она думает о времени, когда жил Иоганн Себастьян Бах и когда музыка походила на розы, расцветшие на огромной снежной пустыне молчания.

    И она думает о времени, когда жил Иоганн Себастьян Бах и когда музыка походила на розы, расцветшие на огромной снежной пустыне молчания.

    — Сабина · книга
20. «

    Человек проживает настоящее с завязанными глазами. Ему дано лишь думать или догадываться, что он живёт. И только позднее, когда ему развязывают глаза, он, оглядываясь на прошлое, осознаёт, как он жил и в чем был смысл этой жизни.

    Человек проживает настоящее с завязанными глазами. Ему дано лишь думать или догадываться, что он живёт. И только позднее, когда ему развязывают глаза, он, оглядываясь на прошлое, осознаёт, как он жил и в чем был смысл этой жизни.

    — Смешные любови · книга