Милан Кундера: 294 цитаты на каждый день

Милан Кундера — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 294 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Культ оргазма: пуританская утилитарность, просочившаяся в половую жизнь; деловитость взамен праздности, сведение полового акта к препятствию, которое надлежит как можно скорей преодолеть, чтобы достичь экстатического взрыва, единственной цели любви, да и всей Вселенной.

   Культ оргазма: пуританская утилитарность, просочившаяся в половую жизнь; деловитость взамен праздности, сведение полового акта к препятствию, которое надлежит как можно скорей преодолеть, чтобы достичь экстатического взрыва, единственной цели любви, да и всей Вселенной.

   — Неспешность · книга
2. «

   Если партнёр слабее нас, мы находим повод, чтобы оскорбить его, — так студент оскорбил студентку, когда та поплыла слишком быстро. Если партнер сильнее, нам ничего не остается, как избрать какой-либо окольный путь мщения, пощёчину рикошетом, убийство посредством самоубийства. Мальчик так долго выводит на скрипке фальшивый звук, что учитель не выдерживает и выкидывает его из окна. Мальчик падает и на протяжении всего полета радуется, что злой учитель будет обвинен в убийстве. Это две классические реакции человека, и если первая реакция сплошь и рядом встречается в жизни любовников и супругов, вторая, присущая так называемой великой Истории человечества, являет собой бесчисленное количество примеров другого порядка. Вероятно, все то, что наши наставники называли героизмом, было нечем иным, как формой литости, проиллюстрированной мною на примере мальчика и учителя по классу скрипки.

   Если партнёр слабее нас, мы находим повод, чтобы оскорбить его, — так студент оскорбил студентку, когда та поплыла слишком быстро. Если партнер сильнее, нам ничего не остается, как избрать какой-либо окольный путь мщения, пощёчину рикошетом, убийство посредством самоубийства. Мальчик так долго выводит на скрипке фальшивый звук, что учитель не выдерживает и выкидывает его из окна. Мальчик падает и на протяжении всего полета радуется, что злой учитель будет обвинен в убийстве. Это две классические реакции человека, и если первая реакция сплошь и рядом встречается в жизни любовников и супругов, вторая, присущая так называемой великой Истории человечества, являет собой бесчисленное количество примеров другого порядка. Вероятно, все то, что наши наставники называли героизмом, было нечем иным, как формой литости, проиллюстрированной мною на примере мальчика и учителя по классу скрипки.

   — Книга смеха и забвения · книга
3. «

   — Почему ты никогда не воспользуешься своей силой против меня? — Потому что любить — значит отказаться от силы, — ответил Франц тихо.

   — Почему ты никогда не воспользуешься своей силой против меня? — Потому что любить — значит отказаться от силы, — ответил Франц тихо.

   — Сабина · книга
4. «

   От тех, кто считает коммунистические режимы в Центральной Европе исключительно делом рук преступников, ускользает основная истина: преступные режимы были созданы не преступниками, а энтузиастами, убежденными, что открыли единственную дорогу в рай. И эту дорогу они так доблестно защищали, что обрекли на смерть многих людей. Однако со временем выяснилось, что никакого рая нет и в помине, и так энтузиасты оказались убийцами.

   От тех, кто считает коммунистические режимы в Центральной Европе исключительно делом рук преступников, ускользает основная истина: преступные режимы были созданы не преступниками, а энтузиастами, убежденными, что открыли единственную дорогу в рай. И эту дорогу они так доблестно защищали, что обрекли на смерть многих людей. Однако со временем выяснилось, что никакого рая нет и в помине, и так энтузиасты оказались убийцами.

   — Невыносимая лёгкость бытия · книга
5. «

   Нет ничего более тяжкого, чем сочувствие. Даже собственная боль не столь тяжела. Как боль сочувствия к кому-то, боль за кого-то, боль, многажды помноженная фантазией, продолженная сотней отголосков.

   Нет ничего более тяжкого, чем сочувствие. Даже собственная боль не столь тяжела. Как боль сочувствия к кому-то, боль за кого-то, боль, многажды помноженная фантазией, продолженная сотней отголосков.

   — Томаш · книга
6. «

   Скажем об этом ещё иначе: всякая любовная связь основывается на неписаном соглашении, которое любовники необдуманно заключают в первые недели любви. Они ещё витают в облаках, но одновременно, даже не сознавая того, составляют, точно неуступчивые юристы, подробные условия договора. О, любовники, будьте осмотрительны в эти опасные первые дни! Если станете приносить своему партнеру завтрак в постель, вам придется делать это вечно, а не то вас обвинят в нелюбви и измене!

   Скажем об этом ещё иначе: всякая любовная связь основывается на неписаном соглашении, которое любовники необдуманно заключают в первые недели любви. Они ещё витают в облаках, но одновременно, даже не сознавая того, составляют, точно неуступчивые юристы, подробные условия договора. О, любовники, будьте осмотрительны в эти опасные первые дни! Если станете приносить своему партнеру завтрак в постель, вам придется делать это вечно, а не то вас обвинят в нелюбви и измене!

   — Книга смеха и забвения · книга
7. «

   Нет ничего более тяжкого, чем сочувствие. Даже собственная боль не столь тяжела, как боль сочувствия к кому-то, боль за кого-то, ради кого-то, боль, многажды помноженная фантазией, продолженная сотней отголосков.

   Нет ничего более тяжкого, чем сочувствие. Даже собственная боль не столь тяжела, как боль сочувствия к кому-то, боль за кого-то, ради кого-то, боль, многажды помноженная фантазией, продолженная сотней отголосков.

   — Невыносимая лёгкость бытия · книга
8. «

   Кто не думает о теле, тот ещё скорее становится его жертвой.

   Кто не думает о теле, тот ещё скорее становится его жертвой.

   — Невыносимая лёгкость бытия · книга
9. «

   Концентрационный лагерь — это мир, где люди живут бок о бок постоянно, денно и нощно. Жестокость и насилие лишь второстепенная (и вовсе необязательная) его черта. Концентрационный лагерь — это полное уничтожение личной жизни.

   Концентрационный лагерь — это мир, где люди живут бок о бок постоянно, денно и нощно. Жестокость и насилие лишь второстепенная (и вовсе необязательная) его черта. Концентрационный лагерь — это полное уничтожение личной жизни.

   — Тереза (Teresa) · книга
10. «

    Жажда порядка – это желание превратить человеческий мир в мир неорганический, где всё налажено, всё действует, подчиняясь надличностному уставу. Жажда порядки есть одновременно и жажда смерти, ибо жизнь – извечное нарушение порядка. Или можно сказать иначе: жажда порядка являет собой добродетельный предлог, с помощью которого ненависть к людям прощает себе свои бесчинства.

    Жажда порядка – это желание превратить человеческий мир в мир неорганический, где всё налажено, всё действует, подчиняясь надличностному уставу. Жажда порядки есть одновременно и жажда смерти, ибо жизнь – извечное нарушение порядка. Или можно сказать иначе: жажда порядка являет собой добродетельный предлог, с помощью которого ненависть к людям прощает себе свои бесчинства.

    — Вальс на прощание · книга
11. «

    Забудьте на минуту, что вы американец, и пораскиньте мозгами: тот, кого нет, не может присутствовать. Неужто это так сложно? В миг, когда я умер, я ушёл отовсюду и полностью. Ушёл я и из своих книг. Эти книги живут на свете без меня. Никто в них меня уже не найдёт. Поскольку нельзя найти того, кого нет.

    Забудьте на минуту, что вы американец, и пораскиньте мозгами: тот, кого нет, не может присутствовать. Неужто это так сложно? В миг, когда я умер, я ушёл отовсюду и полностью. Ушёл я и из своих книг. Эти книги живут на свете без меня. Никто в них меня уже не найдёт. Поскольку нельзя найти того, кого нет.

    — Бессмертие · книга
12. «

    До чего мы беззащитны против лести!

    До чего мы беззащитны против лести!

    — Невыносимая лёгкость бытия · книга
13. «

    Einmal ist keinmal, повторяет Томаш немецкую поговорку. Единожды — всё равно что никогда. Если нам суждено проживать одну-единственную жизнь — это значит, мы не жили вовсе.

    Einmal ist keinmal, повторяет Томаш немецкую поговорку. Единожды — всё равно что никогда. Если нам суждено проживать одну-единственную жизнь — это значит, мы не жили вовсе.

    — Томаш · книга
14. «

    Принимать жизнь во всех её проявлениях означает принимать непредвиденное. А ребёнок – это концентрация непредвиденного. Ребёнок – сама непредвиденность. Вам не надо знать, что из него получится, что он принесет вам, и именно потому вы должны принять его. Иначе вы живёте лишь вполовину, живёте как человек, не умеющий плавать и плещущийся у берега, тогда как настоящее море только там, где оно глубоко.

    Принимать жизнь во всех её проявлениях означает принимать непредвиденное. А ребёнок – это концентрация непредвиденного. Ребёнок – сама непредвиденность. Вам не надо знать, что из него получится, что он принесет вам, и именно потому вы должны принять его. Иначе вы живёте лишь вполовину, живёте как человек, не умеющий плавать и плещущийся у берега, тогда как настоящее море только там, где оно глубоко.

    — Вальс на прощание · книга
15. «

    Родить ребёнка — значит выразить своё абсолютное согласие с человеком. Если у меня появился ребёнок, то тем самым я как бы сказал: я родился, познал жизнь и убедился, что она настолько хороша, что заслуживает повторения.

    Родить ребёнка — значит выразить своё абсолютное согласие с человеком. Если у меня появился ребёнок, то тем самым я как бы сказал: я родился, познал жизнь и убедился, что она настолько хороша, что заслуживает повторения.

    — Якуб · книга
16. «

    ...в начале эротической жизни мужчины возбуждение бывает без наслаждения, а в конце — наслаждение без возбуждения.

    ...в начале эротической жизни мужчины возбуждение бывает без наслаждения, а в конце — наслаждение без возбуждения.

    — Книга смеха и забвения · книга
17. «

    Существует два метода культивирования исключительности «я»: метод сложения и метод вычитания. Аньес вычитает из своего «я» всё внешнее, наносное, дабы таким путём дойти до самой своей сути (не без риска того, что в результате подобного вычитания окажется на полном нуле). Метод Лоры прямо противоположен: чтобы её «я» стало более зримым, более ощутимым, уловимым, более объемным, она без конца прибавляет к нему новые и новые атрибуты, стремясь отождествится с ними (не без риска того, что под грузом прибавляемых атрибутов исчезнет сущность самого «я»).

    Существует два метода культивирования исключительности «я»: метод сложения и метод вычитания. Аньес вычитает из своего «я» всё внешнее, наносное, дабы таким путём дойти до самой своей сути (не без риска того, что в результате подобного вычитания окажется на полном нуле). Метод Лоры прямо противоположен: чтобы её «я» стало более зримым, более ощутимым, уловимым, более объемным, она без конца прибавляет к нему новые и новые атрибуты, стремясь отождествится с ними (не без риска того, что под грузом прибавляемых атрибутов исчезнет сущность самого «я»).

    — Бессмертие · книга
18. «

    Музыка — насос для надувания души.

    Музыка — насос для надувания души.

    — Бессмертие · книга
19. «

    Ей казалось, что она прячется в раковине, а издали шумит море враждебного мира.

    Ей казалось, что она прячется в раковине, а издали шумит море враждебного мира.

    — Невыносимая лёгкость бытия · книга
20. «

    Актёр — это тот, кто сызмальства и на всю жизнь соглашается выставлять себя на обозрение анонимной публики. Без этого исходного согласия, которое никак не связано с талантом, которое гораздо глубже, чем талант, нельзя стать актёром. Под стать тому и врач; он также соглашается всю жизнь заниматься человеческими телами и всем тем, что из этого следует. Это исходное согласие (а вовсе не талант и не умение) даёт ему возможность войти на первом курсе в прозекторскую, а спустя шесть лет стать врачом. Хирургия доводит основной императив профессии медика до самой крайней грани, где человеческое уже соприкасается с божественным. Если вы сильно трахнете кого-нибудь дубинкой по башке, он рухнет и испустит дух навсегда. Но ведь однажды он всё равно испустил бы дух. Такое убийство лишь несколько опережает то, что чуть позже Бог обстряпал бы сам. Бог, надо полагать, считался с убийством, но не рассчитывал на хирургию. Он и думать не думал, что кто-то дерзнет сунуть руку в нутро механизма, который он сотворил, тщательно завернул в кожу, запечатал и сокрыл от глаз человеческих.

    Актёр — это тот, кто сызмальства и на всю жизнь соглашается выставлять себя на обозрение анонимной публики. Без этого исходного согласия, которое никак не связано с талантом, которое гораздо глубже, чем талант, нельзя стать актёром. Под стать тому и врач; он также соглашается всю жизнь заниматься человеческими телами и всем тем, что из этого следует. Это исходное согласие (а вовсе не талант и не умение) даёт ему возможность войти на первом курсе в прозекторскую, а спустя шесть лет стать врачом. Хирургия доводит основной императив профессии медика до самой крайней грани, где человеческое уже соприкасается с божественным. Если вы сильно трахнете кого-нибудь дубинкой по башке, он рухнет и испустит дух навсегда. Но ведь однажды он всё равно испустил бы дух. Такое убийство лишь несколько опережает то, что чуть позже Бог обстряпал бы сам. Бог, надо полагать, считался с убийством, но не рассчитывал на хирургию. Он и думать не думал, что кто-то дерзнет сунуть руку в нутро механизма, который он сотворил, тщательно завернул в кожу, запечатал и сокрыл от глаз человеческих.

    — Невыносимая лёгкость бытия · книга