31 цитата Милорада Павича — коротко и по делу

Милорад Павич — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 31 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   В темноте быстро думаешь, а живешь медленно.

   В темноте быстро думаешь, а живешь медленно.

   — Стеклянная улитка · книга
2. «

   Вам всё кажется, что за вас кто-то что-то решит, что ваше время ещё придёт. А ведь от вашего будущего одни рожки да ножки остались.

   Вам всё кажется, что за вас кто-то что-то решит, что ваше время ещё придёт. А ведь от вашего будущего одни рожки да ножки остались.

   — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
3. «

   Более тридцати лет я был поваром, день за днем я готовил и наконец приготовил то блюдо, каким я стал; я сам был пекарем и тестом, я сам из себя замесил такой хлеб, какой хотел...

   Более тридцати лет я был поваром, день за днем я готовил и наконец приготовил то блюдо, каким я стал; я сам был пекарем и тестом, я сам из себя замесил такой хлеб, какой хотел...

   — Хазарский словарь · книга
4. «

   Критики похожи на студентов-медиков: они всегда считают, что писатель страдает той самой болезнью, которую они в данное время изучают. Писатель же всегда болеет одной болезнью: болезнью крестословицы. Скрещивать слова. Умножать их на два. Что такое, по сути дела, книга, как не собрание хорошо скрещенных слов?

   Критики похожи на студентов-медиков: они всегда считают, что писатель страдает той самой болезнью, которую они в данное время изучают. Писатель же всегда болеет одной болезнью: болезнью крестословицы. Скрещивать слова. Умножать их на два. Что такое, по сути дела, книга, как не собрание хорошо скрещенных слов?

   — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
5. «

   Лил дождь, стояла тоскливая пора, когда женщины из одного сна уходят в другой, чтобы там кого-то убить.

   Лил дождь, стояла тоскливая пора, когда женщины из одного сна уходят в другой, чтобы там кого-то убить.

   — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
6. «

   Настоящее — это остановившаяся часть времени. Жизнь существует лишь в настоящем, где оно стоит. Хочешь доказательств? Пожалуйста: моё настоящее не может быть ничьим будущим.

   Настоящее — это остановившаяся часть времени. Жизнь существует лишь в настоящем, где оно стоит. Хочешь доказательств? Пожалуйста: моё настоящее не может быть ничьим будущим.

   — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
7. «

   Им случалось говорить по-коптски и по-еврейски, по-гречески и на латыни, по-грузински и по-сирийски или же молчать на всех этих языках.

   Им случалось говорить по-коптски и по-еврейски, по-гречески и на латыни, по-грузински и по-сирийски или же молчать на всех этих языках.

   — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
8. «

   Дорога, как и все дороги, думала за них, прежде чем они успели на неё ступить.

   Дорога, как и все дороги, думала за них, прежде чем они успели на неё ступить.

   — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
9. «

   Все вы, дорогие мои, попали в трагедию. Потому что в этой книге — трагедия. Но там, снаружи, в жизни, вам придется потяжелее. Там властвует комедия... А в комедии больно.

   Все вы, дорогие мои, попали в трагедию. Потому что в этой книге — трагедия. Но там, снаружи, в жизни, вам придется потяжелее. Там властвует комедия... А в комедии больно.

   — Уникальный роман · книга
10. «

    Она из тех, кто сердцем способен раскалить печь.

    Она из тех, кто сердцем способен раскалить печь.

    — Уникальный роман · книга
11. «

    Видишь, наверху, на горах, лежит снег. И ты думаешь, что там лишь один снег. Но это не так. Там три снега, причем это можно ясно увидеть и различить даже отсюда. Один снег — прошлогодний, второй, тот, что виднеется под ним, позапрошлогодний, а верхний — снег этого года. Снег всегда белый, но каждый год разный. Также и с любовью. Не важно, сколько ей лет, важно, меняется она или нет. Если скажешь: моя любовь уже три года одинакова, знай, что твоя любовь умерла. Любовь жива до тех пор, пока она изменяется. Стоит ей перестать изменяться — это конец.

    Видишь, наверху, на горах, лежит снег. И ты думаешь, что там лишь один снег. Но это не так. Там три снега, причем это можно ясно увидеть и различить даже отсюда. Один снег — прошлогодний, второй, тот, что виднеется под ним, позапрошлогодний, а верхний — снег этого года. Снег всегда белый, но каждый год разный. Также и с любовью. Не важно, сколько ей лет, важно, меняется она или нет. Если скажешь: моя любовь уже три года одинакова, знай, что твоя любовь умерла. Любовь жива до тех пор, пока она изменяется. Стоит ей перестать изменяться — это конец.

    — Ящик для письменных принадлежностей · книга
12. «

    Приходи в пять тридцать. Куда угодно, только не опаздывай.

    Приходи в пять тридцать. Куда угодно, только не опаздывай.

    — Ящик для письменных принадлежностей · книга
13. «

    Если такой заплачет в июле, плач будет слышен и в августе.

    Если такой заплачет в июле, плач будет слышен и в августе.

    — Внутренняя сторона ветра · книга
14. «

    ... я заглянул ему в глаза и не понял в них ничего. Он смотрел на меня на чистейшем венгерском языке.

    ... я заглянул ему в глаза и не понял в них ничего. Он смотрел на меня на чистейшем венгерском языке.

    — Хазарский словарь · книга
15. «

    Поцелуи похожи на любовные письма. Их можно прочесть, а можно выбросить непрочитанными. Поцелуй может означать — «здравствуй»! Или «спокойной ночи», или «прощай», или «доброе утро»! Он может означать «до свидания», может нести предательство и смерть или болезнь, сказать «добро пожаловать», «вспоминай меня» или «счастливого пути»! ... Через поцелуй одно наше тело переходит в наше другое тело.

    Поцелуи похожи на любовные письма. Их можно прочесть, а можно выбросить непрочитанными. Поцелуй может означать — «здравствуй»! Или «спокойной ночи», или «прощай», или «доброе утро»! Он может означать «до свидания», может нести предательство и смерть или болезнь, сказать «добро пожаловать», «вспоминай меня» или «счастливого пути»! ... Через поцелуй одно наше тело переходит в наше другое тело.

    — Лиза Свифт · книга
16. «

    Всё моё поколение — одиночки, мы глухи друг к другу, словно птица нырок; занятые своим делом, ничего не слышим вокруг; укрывшись в спокойных браках, грезим о той единственной, присужденные к одинокой тарелке и обеду в безмолвии; мы видели города, а не людей в них.

    Всё моё поколение — одиночки, мы глухи друг к другу, словно птица нырок; занятые своим делом, ничего не слышим вокруг; укрывшись в спокойных браках, грезим о той единственной, присужденные к одинокой тарелке и обеду в безмолвии; мы видели города, а не людей в них.

    — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
17. «

    Никогда не остается времени на вечность!

    Никогда не остается времени на вечность!

    — Пахомий Тенецкий · книга
18. «

    В двадцать лет мужчины еще грудные младенцы, в тридцать — дети, в сорок у них начинается половое созревание, а после этого они больше не пригодны ни к какому употреблению.

    В двадцать лет мужчины еще грудные младенцы, в тридцать — дети, в сорок у них начинается половое созревание, а после этого они больше не пригодны ни к какому употреблению.

    — София Андросович · книга
19. «

    Тот, кто всегда думает только о врагах, обретет их, но погубит друзей.

    Тот, кто всегда думает только о врагах, обретет их, но погубит друзей.

    — Ящик для письменных принадлежностей · книга
20. «

    Даже если вы сами несуеверны и не боитесь, что вам перешла дорогу черная кошка, никогда нельзя точно знать, не была ли суеверной сама эта черная кошка…

    Даже если вы сами несуеверны и не боитесь, что вам перешла дорогу черная кошка, никогда нельзя точно знать, не была ли суеверной сама эта черная кошка…

    — Внутренняя сторона ветра · книга