Что говорил Милорад Павич: 60 цитат

Милорад Павич — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 60 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Чудо, которого человек за свой долгий век не дождется, – стать другим, а при этом остаться тем же, кем был и кем больше не являешься..вроде вывернутой перчатки.

   Чудо, которого человек за свой долгий век не дождется, – стать другим, а при этом остаться тем же, кем был и кем больше не являешься..вроде вывернутой перчатки.

   — Вывернутая перчатка · книга
2. «

   Ты говоришь — язык. Во сне мы понимаем все языки. Сон — наша родина времен Вавилонской башни. Во сне мы говорим одним, единым и великим праязыком, общим для всех нас, живых и мертвых... Зачем тогда войны? Почему нужно двигаться в истории назад. Каждое убийство — это отчасти и самоубийство.

   Ты говоришь — язык. Во сне мы понимаем все языки. Сон — наша родина времен Вавилонской башни. Во сне мы говорим одним, единым и великим праязыком, общим для всех нас, живых и мертвых... Зачем тогда войны? Почему нужно двигаться в истории назад. Каждое убийство — это отчасти и самоубийство.

   — Ерисена Тенецкая · книга
3. «

   В древнем Ханаане неподалеку от храма стоял круглый жертвенник, вокруг которого были устроены сиденья. Это были места для наблюдения за концом света. С них можно было наилучшим образом увидеть Судный: день. Таким образом, они ожидали конца света в одной-единственной точке. Для них это был конец времени, а не пространства. Ибо если конец света можно увидеть в одной-единственной точке, это означает, что на этом месте перестанет существовать именно время. Это и есть конец света. Пространство освобождается от времени. – Я ему о любви, а он мне о конце света. – Так ведь и я, и ты говорим о любви. В сердце не существует пространства, в душе не существует времени…

   В древнем Ханаане неподалеку от храма стоял круглый жертвенник, вокруг которого были устроены сиденья. Это были места для наблюдения за концом света. С них можно было наилучшим образом увидеть Судный: день. Таким образом, они ожидали конца света в одной-единственной точке. Для них это был конец времени, а не пространства. Ибо если конец света можно увидеть в одной-единственной точке, это означает, что на этом месте перестанет существовать именно время. Это и есть конец света. Пространство освобождается от времени. – Я ему о любви, а он мне о конце света. – Так ведь и я, и ты говорим о любви. В сердце не существует пространства, в душе не существует времени…

   — Страшные любовные истории · книга
4. «

   Человеческая жизнь — странная гонка: цель не в конце пути, а где-то посередине, и ты бежишь, бежишь, может быть, давно уже мимо пробежал, да сам того не знаешь, не заметил, когда это произошло. Так никогда и не узнаешь. Поэтому бежишь дальше.

   Человеческая жизнь — странная гонка: цель не в конце пути, а где-то посередине, и ты бежишь, бежишь, может быть, давно уже мимо пробежал, да сам того не знаешь, не заметил, когда это произошло. Так никогда и не узнаешь. Поэтому бежишь дальше.

   — Конвоир · книга
5. «

   Дорога, как и все дороги, думала за них, прежде чем они успели на неё ступить.

   Дорога, как и все дороги, думала за них, прежде чем они успели на неё ступить.

   — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
6. «

   Всё моё поколение — одиночки, мы глухи друг к другу, словно птица нырок; занятые своим делом, ничего не слышим вокруг; укрывшись в спокойных браках, грезим о той единственной, присужденные к одинокой тарелке и обеду в безмолвии; мы видели города, а не людей в них.

   Всё моё поколение — одиночки, мы глухи друг к другу, словно птица нырок; занятые своим делом, ничего не слышим вокруг; укрывшись в спокойных браках, грезим о той единственной, присужденные к одинокой тарелке и обеду в безмолвии; мы видели города, а не людей в них.

   — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
7. «

   Каждый должен, как дождевой червяк, сам прогрызть себе дорогу вперед.

   Каждый должен, как дождевой червяк, сам прогрызть себе дорогу вперед.

   — Ящик для письменных принадлежностей · книга
8. «

   Все эти суеверия, которые бродят среди нас, суть не что иное, как явственный и вечный знак того, на сколь низкой ступени просвещения мы стоим…

   Все эти суеверия, которые бродят среди нас, суть не что иное, как явственный и вечный знак того, на сколь низкой ступени просвещения мы стоим…

   — Вывернутая перчатка · книга
9. «

   Смерть человека длится столько же лет, сколько и его жизнь, а может быть, и гораздо дольше...

   Смерть человека длится столько же лет, сколько и его жизнь, а может быть, и гораздо дольше...

   — старый Чихорич / отец Леандра · книга
10. «

    Каждый таскает за собой свою смерть до первого удобного случая.

    Каждый таскает за собой свою смерть до первого удобного случая.

    — Дед-ага Очуз · книга
11. «

    Никогда не выступай против тех, кто хуже тебя. С такими тебе не справиться. Такие всегда сильнее. Если уж ты и должен против кого-то выступить, то пусть это будет тот, кто лучше тебя. Такой с тобой не справится, такие не умеют побеждать тех, кто хуже их.

    Никогда не выступай против тех, кто хуже тебя. С такими тебе не справиться. Такие всегда сильнее. Если уж ты и должен против кого-то выступить, то пусть это будет тот, кто лучше тебя. Такой с тобой не справится, такие не умеют побеждать тех, кто хуже их.

    — Другое тело · книга
12. «

    Говорят, есть две бессонницы, они словно две сестры. Одна приходит, когда ты не можешь заснуть, а другая – когда просыпаешься среди ночи. Первая – мать лжи, вторая – мать правды.

    Говорят, есть две бессонницы, они словно две сестры. Одна приходит, когда ты не можешь заснуть, а другая – когда просыпаешься среди ночи. Первая – мать лжи, вторая – мать правды.

    — Тунисская белая клетка в форме пагоды · книга
13. «

    Хочешь быть услышанным – повтори два раза.

    Хочешь быть услышанным – повтори два раза.

    — Харлампий Опуич · книга
14. «

    Они были счастливы среди общего несчастья, им сопутствовал успех среди общего поражения. И это им не прошло даром.

    Они были счастливы среди общего несчастья, им сопутствовал успех среди общего поражения. И это им не прошло даром.

    — Последняя любовь в Константинополе · книга
15. «

    Слезы жгут не оттого, что они соленые, а оттого, что наполнены воспоминаниями.

    Слезы жгут не оттого, что они соленые, а оттого, что наполнены воспоминаниями.

    — Ферета Су · книга
16. «

    Человек, чье сердце полно молчания, совсем не таков, как тот, чье сердце полно тишины.

    Человек, чье сердце полно молчания, совсем не таков, как тот, чье сердце полно тишины.

    — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
17. «

    – Какая дорога правильная, отче? – спросил он наконец. – Как распознать ее среди других дорог? – Если движешься в том направлении, в котором твой страх растет, ты на правильном пути.

    – Какая дорога правильная, отче? – спросил он наконец. – Как распознать ее среди других дорог? – Если движешься в том направлении, в котором твой страх растет, ты на правильном пути.

    — Отшельник · книга
18. «

    Надень на каждого дурака белую шапку, сразу покажется, что всё вокруг снегом засыпано!

    Надень на каждого дурака белую шапку, сразу покажется, что всё вокруг снегом засыпано!

    — Страшные любовные истории · книга
19. «

    Наш голод — это мы сами, а наша сытость — это уже не мы.

    Наш голод — это мы сами, а наша сытость — это уже не мы.

    — Пейзаж, нарисованный чаем · книга
20. «

    Я амулет. Если ты меня истратишь, не сможешь мною больше пользоваться. Если научишься, как снова меня наполнить, я снова буду тебе полезна. Но смотри, если амулет не служит тебе, это не значит, что он не служит кому-то другому…

    Я амулет. Если ты меня истратишь, не сможешь мною больше пользоваться. Если научишься, как снова меня наполнить, я снова буду тебе полезна. Но смотри, если амулет не служит тебе, это не значит, что он не служит кому-то другому…

    — Ловцы снов · книга