28 цитат Мирры Александровны Лохвицкой — коротко и по делу

Мирра Александровна Лохвицкая — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 28 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   В моем безумьи — так много счастья, Восторгов жадных, могучих сил, Что сердцу страшен покой бесстрастья, Как мертвый холод немых могил.

   В моем безумьи — так много счастья, Восторгов жадных, могучих сил, Что сердцу страшен покой бесстрастья, Как мертвый холод немых могил.
2. «

   Когда в тебе клеймят и женщину, и мать - За миг, один лишь миг, украденный у счастья, Безмолвствуя, храни покой бесстрастия, Умей молчать!

   Когда в тебе клеймят и женщину, и мать - За миг, один лишь миг, украденный у счастья, Безмолвствуя, храни покой бесстрастия, Умей молчать!
3. «

   Я хочу быть любимой тобой Не для знойного сладкого сна, Но — чтоб связаны с вечной судьбой Были наши навек имена.

   Я хочу быть любимой тобой Не для знойного сладкого сна, Но — чтоб связаны с вечной судьбой Были наши навек имена.
4. «

   Там я царица! Я владею Толпою рифм, моих рабов; Мой стих, как бич, висит над нею И беспощаден, и суров.

   Там я царица! Я владею Толпою рифм, моих рабов; Мой стих, как бич, висит над нею И беспощаден, и суров.
5. «

   В моем молчаньи — мое призванье, Мое безумье — любовь моя.

   В моем молчаньи — мое призванье, Мое безумье — любовь моя.
6. «

   Избрав свой путь, я шествую спокойно. Ты хочешь слез моих? Мой стих звучит уверенно и стройно. — Ты не увидишь их.

   Избрав свой путь, я шествую спокойно. Ты хочешь слез моих? Мой стих звучит уверенно и стройно. — Ты не увидишь их.
7. «

   Земная жизнь моя — звенящий, Невнятный шорох камыша. Им убаюкан лебедь спящий, Моя тревожная душа.

   Земная жизнь моя — звенящий, Невнятный шорох камыша. Им убаюкан лебедь спящий, Моя тревожная душа.
8. «

   Все та же я; но, избранный отныне, Тернист мой путь земной. Тернист мой путь, затерянный в пустыне, — Ты не пойдешь за мной.

   Все та же я; но, избранный отныне, Тернист мой путь земной. Тернист мой путь, затерянный в пустыне, — Ты не пойдешь за мной.
9. «

   Вижу я, ветра дыхание вешнее Гнет молодую траву. Что-то великое, что-то нездешнее Скоро блеснет наяву.

   Вижу я, ветра дыхание вешнее Гнет молодую траву. Что-то великое, что-то нездешнее Скоро блеснет наяву.
10. «

    Твои уста — два лепестка граната, Но в них пчела услады не найдет. Я жадно выпила когда-то Их пряный хмель, их крепкий мед.

    Твои уста — два лепестка граната, Но в них пчела услады не найдет. Я жадно выпила когда-то Их пряный хмель, их крепкий мед.
11. «

    Да, это был лишь сон! Минутное виденье Блеснуло мне, как светлый метеор... Зачем же столько грез, блаженства и мученья Зажег во мне неотразимый взор?

    Да, это был лишь сон! Минутное виденье Блеснуло мне, как светлый метеор... Зачем же столько грез, блаженства и мученья Зажег во мне неотразимый взор?
12. «

    В душу закралось чувство неясное, Будто во сне я живу. Что-то чудесное, что-то прекрасное Грезится мне наяву.

    В душу закралось чувство неясное, Будто во сне я живу. Что-то чудесное, что-то прекрасное Грезится мне наяву.
13. «

    Так проходи же! Прочь с дороги! Рассудку слабому внемли: Где свой алтарь воздвигли боги, Не место призракам земли!

    Так проходи же! Прочь с дороги! Рассудку слабому внемли: Где свой алтарь воздвигли боги, Не место призракам земли!
14. «

    Да, верю я, она прекрасна, Но и с небесной красотой Она пыталась бы напрасно Затмить венец мой золотой.

    Да, верю я, она прекрасна, Но и с небесной красотой Она пыталась бы напрасно Затмить венец мой золотой.
15. «

    Хотела б я свои мечты, Желанья тайные и грезы В живые обратить цветы, — Но… слишком ярки были б розы!

    Хотела б я свои мечты, Желанья тайные и грезы В живые обратить цветы, — Но… слишком ярки были б розы!
16. «

    В моем незнаньи — так много веры В расцвет весенних грядущих дней, Мои надежды, мои химеры, Тем ярче светят, чем мрак темней.

    В моем незнаньи — так много веры В расцвет весенних грядущих дней, Мои надежды, мои химеры, Тем ярче светят, чем мрак темней.
17. «

    Что блещу я царицей в нарядных стихах С диадемой на пышных моих волосах, Что из рифм я себе ожерелье плету, Что пою я любовь, что пою красоту.

    Что блещу я царицей в нарядных стихах С диадемой на пышных моих волосах, Что из рифм я себе ожерелье плету, Что пою я любовь, что пою красоту.
18. «

    То не дева-краса от глубокого сна Поцелуем любви пробудилась. То проснулась она — молодая весна, И улыбкой земля озарилась. Словно эхо прошло, — прозвучала волна, По широким полям прокатилась: «К нам вернулась она, молодая весна, Молодая весна возвратилась!» Смело вдаль я гляжу, упованьем полна, — Тихим счастием жизнь осветилась. Это снова она, молодая весна, Молодая весна возвратилась!

    То не дева-краса от глубокого сна Поцелуем любви пробудилась. То проснулась она — молодая весна, И улыбкой земля озарилась. Словно эхо прошло, — прозвучала волна, По широким полям прокатилась: «К нам вернулась она, молодая весна, Молодая весна возвратилась!» Смело вдаль я гляжу, упованьем полна, — Тихим счастием жизнь осветилась. Это снова она, молодая весна, Молодая весна возвратилась!
19. «

    Я не знаю, где правда, где ложь, Я затеряна в мёртвой глуши. Что мне жизнь, если ты оттолкнёшь Этот крик наболевшей души?

    Я не знаю, где правда, где ложь, Я затеряна в мёртвой глуши. Что мне жизнь, если ты оттолкнёшь Этот крик наболевшей души?
20. «

    Хотела б я в минутном сне Изведать сладость наслаждения, — Но… умереть пришлось бы мне, Чтоб не дождаться пробуждения!

    Хотела б я в минутном сне Изведать сладость наслаждения, — Но… умереть пришлось бы мне, Чтоб не дождаться пробуждения!