106 коротких цитат Мориса Дрюона

Ниже 106 цитат Мориса Дрюона — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   С возрастом человек, как это ни странно, начинает обращаться с молодыми, как с детьми, забывая, каков был сам в такие годы.

   С возрастом человек, как это ни странно, начинает обращаться с молодыми, как с детьми, забывая, каков был сам в такие годы.

   — Кардинал Перигорский · книга
2. «

   Обычно случается так, что к концу связи, когда любовники начинают искать ссоры или устали друг от друга, они обязательно выдают свою тайну.

   Обычно случается так, что к концу связи, когда любовники начинают искать ссоры или устали друг от друга, они обязательно выдают свою тайну.

   — Проклятые короли 1: Железный король · книга
3. «

   Когда на смену желанию приходит ненависть, любые претензии не более чем выдумки, и один злится на другого только за то, что тот такой, какой есть.

   Когда на смену желанию приходит ненависть, любые претензии не более чем выдумки, и один злится на другого только за то, что тот такой, какой есть.

   — Дневники Зевса · книга
4. «

   Чувство сострадания так естественно охватывает народ при виде беззащитного, несчастного, но смелого человека…

   Чувство сострадания так естественно охватывает народ при виде беззащитного, несчастного, но смелого человека…

   — Проклятые короли 1: Железный король · книга
5. «

   … как известно, существуют женщины, чей взгляд говорит: «Я твоя, твоя с первой минуты, как тебя увидела» — но все это обман, просто у них такой взгляд от природы; с тем же точно выражением глядят они на стул, на дерево, и, в конце концов, от них не добьешься даже поцелуя.

   … как известно, существуют женщины, чей взгляд говорит: «Я твоя, твоя с первой минуты, как тебя увидела» — но все это обман, просто у них такой взгляд от природы; с тем же точно выражением глядят они на стул, на дерево, и, в конце концов, от них не добьешься даже поцелуя.

   — Проклятые короли 1: Железный король · книга
6. «

   Мы являемся жертвами тех чувств, которые испытывают к нам другие.

   Мы являемся жертвами тех чувств, которые испытывают к нам другие.

   — Сладострастие бытия · книга
7. «

   Ненависть связывает людей такими прочными узами, что, когда порваны узы эти, на их место приходит печаль.

   Ненависть связывает людей такими прочными узами, что, когда порваны узы эти, на их место приходит печаль.

   — Проклятые короли 6: Лилия и лев · книга
8. «

   …Не умирает нация со смертью одного человека, как бы велик он ни был: иные законы определяют рождение и упадок государств.

   …Не умирает нация со смертью одного человека, как бы велик он ни был: иные законы определяют рождение и упадок государств.

   — Проклятые короли 2: Узница Шато-Гайара · книга
9. «

   Не велика заслуга служить всем сердцем хорошему королю; следуя за ним, вы выполняете долг ваш, и сопряжённые с этим трудности вам нипочём, ибо вы знаете, чувствуете, что дела ваши ведут к высшему благу. Трудно другое — хорошо служить плохому монарху...

   Не велика заслуга служить всем сердцем хорошему королю; следуя за ним, вы выполняете долг ваш, и сопряжённые с этим трудности вам нипочём, ибо вы знаете, чувствуете, что дела ваши ведут к высшему благу. Трудно другое — хорошо служить плохому монарху...

   — Проклятые короли 7: Когда король губит Францию · книга
10. «

    Старуха, видевшая, как вышел Люлю, высокомерно посмотрела на девушку: в её взгляде презрение простого человека к низости сочеталось с почтительным отношением к деньгам.

    Старуха, видевшая, как вышел Люлю, высокомерно посмотрела на девушку: в её взгляде презрение простого человека к низости сочеталось с почтительным отношением к деньгам.

    — Сильные мира сего · книга
11. «

    Крушение последних надежд для узника куда страшнее, чем бесконечное ожидание.

    Крушение последних надежд для узника куда страшнее, чем бесконечное ожидание.

    — Проклятые короли 2: Узница Шато-Гайара · книга
12. «

    Его издавна восхищало и удивляло, какими неисповедимо таинственными путями идут человеческие судьбы.

    Его издавна восхищало и удивляло, какими неисповедимо таинственными путями идут человеческие судьбы.

    — Проклятые короли 2: Узница Шато-Гайара · книга
13. «

    Пытая братьев д'Онэ, Ногарэ верил, что действует так ради блага государства; и теперь он глядел на Готье и Филиппа, лица которых уже потеряли человеческие черты, и не видел в них людей; бессознательно он загородил от света эти искаженные мукой лица; для него они были лишь признаком непорядка; он победил.

    Пытая братьев д'Онэ, Ногарэ верил, что действует так ради блага государства; и теперь он глядел на Готье и Филиппа, лица которых уже потеряли человеческие черты, и не видел в них людей; бессознательно он загородил от света эти искаженные мукой лица; для него они были лишь признаком непорядка; он победил.

    — Проклятые короли 1: Железный король · книга
14. «

    …Великая ненависть требует себе равного противника.

    …Великая ненависть требует себе равного противника.

    — Проклятые короли 2: Узница Шато-Гайара · книга
15. «

    Человеку всегда нужно иметь рядом кого-нибудь, с кем он может быть самим собой.

    Человеку всегда нужно иметь рядом кого-нибудь, с кем он может быть самим собой.

    — Сильные мира сего · книга
16. «

    ... Там можно встретить лишь отдельных «путешественников» — исчезающий вид, который не следует путать с «туристом», этой перелетной саранчой, что налетает темной тучей, пожирая все вокруг и раздражая слух непрекращающимся скрежетом жующих челюстей, облепляет памятники, будто они съедобны, скрывая их цвет, ничего не видит, разве что единственным глазом своего фотоаппарата, и уносится прочь, оставляя место на разорение следующей стае. А вот путешественник, даже если у него в запасе всего несколько часов, перемещается неторопливо, разглядывает лица, ловит запахи, старается постичь биение самого сердца города; шагая по улицам, он думает, сравнивает, а для того, чтобы сравнивать, вспоминает; он находит даже время, чтобы помечтать. Он сливается с городом на те недолгие мгновения, что проводит в нем; его можно узнать по одежде, которая может вызвать любопытство, но никогда не будет оскорбительна. Турист же демонстрирует свои потные ляжки и рубахи карнавальных расцветок у дверей школ, сверкает никелем своих капотов на нищих улочках, провоцирует в душах местных жителей самые дурные чувства: ненависть, зависть, желание украсть. И вот путешественник находится на грани вымирания, а турист плодится и множится.

    ... Там можно встретить лишь отдельных «путешественников» — исчезающий вид, который не следует путать с «туристом», этой перелетной саранчой, что налетает темной тучей, пожирая все вокруг и раздражая слух непрекращающимся скрежетом жующих челюстей, облепляет памятники, будто они съедобны, скрывая их цвет, ничего не видит, разве что единственным глазом своего фотоаппарата, и уносится прочь, оставляя место на разорение следующей стае. А вот путешественник, даже если у него в запасе всего несколько часов, перемещается неторопливо, разглядывает лица, ловит запахи, старается постичь биение самого сердца города; шагая по улицам, он думает, сравнивает, а для того, чтобы сравнивать, вспоминает; он находит даже время, чтобы помечтать. Он сливается с городом на те недолгие мгновения, что проводит в нем; его можно узнать по одежде, которая может вызвать любопытство, но никогда не будет оскорбительна. Турист же демонстрирует свои потные ляжки и рубахи карнавальных расцветок у дверей школ, сверкает никелем своих капотов на нищих улочках, провоцирует в душах местных жителей самые дурные чувства: ненависть, зависть, желание украсть. И вот путешественник находится на грани вымирания, а турист плодится и множится.

    — Истоки и берега · книга
17. «

    Любовь, которая боится быть названной открыто, иной раз проявляет себя в самых странных поступках, желание идёт к своей цели самым извилистым путём.

    Любовь, которая боится быть названной открыто, иной раз проявляет себя в самых странных поступках, желание идёт к своей цели самым извилистым путём.

    — Проклятые короли 5: Французская волчица · книга
18. «

    В трагическую годину История возносит на гребень великих людей; но сами трагедии – дело рук посредственностей.

    В трагическую годину История возносит на гребень великих людей; но сами трагедии – дело рук посредственностей.

    — Проклятые короли 7: Когда король губит Францию · книга
19. «

    Бог снисходит к тем, кто нарушает Его святую волю, и оставляет все муки на долю более достойных.

    Бог снисходит к тем, кто нарушает Его святую волю, и оставляет все муки на долю более достойных.

    — мадам Бувилль · книга
20. «

    — А вы все хорошеете, кузина, — сказал он. — Не лгите так безбожно; откуда бы взяться красоте после двенадцатичасового пути, да еще по такой пыли? — возразила королева. — Если человек любил ваш образ, лелеял его в памяти в течение многих недель, он не замечает пыли, он видит лишь ваши глаза.

    — А вы все хорошеете, кузина, — сказал он. — Не лгите так безбожно; откуда бы взяться красоте после двенадцатичасового пути, да еще по такой пыли? — возразила королева. — Если человек любил ваш образ, лелеял его в памяти в течение многих недель, он не замечает пыли, он видит лишь ваши глаза.

    — Робер Артуа · книга