151 цитата Мориса Дрюона про любовь, время и выбор

Ниже 151 цитата Мориса Дрюона — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Бог милосерд, мессир Ногарэ, Бог милосерд, — полным угрозы голосом сказала она на прощанье и вышла из комнаты.

   — Бог милосерд, мессир Ногарэ, Бог милосерд, — полным угрозы голосом сказала она на прощанье и вышла из комнаты.

   — Проклятые короли 1: Железный король · книга
2. «

   Комплимент художника звучал более чем буднично, ибо, когда неаполитанец заявляет женщине, будь она принцесса или служанка в захудалой харчевне, что, не видя её больше, он-де непременно зачахнет и умрет, он лишь выполняет самые элементарные правила галантности.

   Комплимент художника звучал более чем буднично, ибо, когда неаполитанец заявляет женщине, будь она принцесса или служанка в захудалой харчевне, что, не видя её больше, он-де непременно зачахнет и умрет, он лишь выполняет самые элементарные правила галантности.

   — Проклятые короли 2: Узница Шато-Гайара · книга
3. «

   Ненависть связывает людей такими прочными узами, что, когда порваны узы эти, на их место приходит печаль.

   Ненависть связывает людей такими прочными узами, что, когда порваны узы эти, на их место приходит печаль.

   — Проклятые короли 6: Лилия и лев · книга
4. «

   Дурные поступки всегда пытаются оправдать благовидными причинами.

   Дурные поступки всегда пытаются оправдать благовидными причинами.

   — Роджер Мортимер · книга
5. «

   Задушили налогами, а налог — это дьяволово изобретение.

   Задушили налогами, а налог — это дьяволово изобретение.

   — мэтр Анжельбер · книга
6. «

   Прошедшее отмериваешь годами, но будущее осмеливаешься мерить только месяцами или неделями.

   Прошедшее отмериваешь годами, но будущее осмеливаешься мерить только месяцами или неделями.

   — Проклятые короли 6: Лилия и лев · книга
7. «

   Одним покаянием не потушить порожденную тобою же ненависть.

   Одним покаянием не потушить порожденную тобою же ненависть.

   — Карл Валуа · книга
8. «

   Самому мудрому может не хватать решимости навязать другим свою волю, потому что он слишком хорошо понимает мнение каждого.

   Самому мудрому может не хватать решимости навязать другим свою волю, потому что он слишком хорошо понимает мнение каждого.

   — Фемида · книга
9. «

   Глупость отнюдь не мешает предприимчивости, наоборот, она затушевывает препятствия, и то, что для мало-мальски разумного человека было бы безнадежным предприятием, для глупца кажется легко достижимым.

   Глупость отнюдь не мешает предприимчивости, наоборот, она затушевывает препятствия, и то, что для мало-мальски разумного человека было бы безнадежным предприятием, для глупца кажется легко достижимым.

   — Проклятые короли 6: Лилия и лев · книга
10. «

    — Но этот неотступный страх перед старостью, граничащий, если можно так выразиться, с психозом, — произнёс он более отчётливо и громко, — счастье для тех, кто его испытывает, ибо он избавляет их от неотступного страха перед смертью, угнетающего столь многих.

    — Но этот неотступный страх перед старостью, граничащий, если можно так выразиться, с психозом, — произнёс он более отчётливо и громко, — счастье для тех, кто его испытывает, ибо он избавляет их от неотступного страха перед смертью, угнетающего столь многих.

    — Эмиль Лартуа · книга
11. «

    ... нигде так не открывает себя человек, как за столом.

    ... нигде так не открывает себя человек, как за столом.

    — Проклятые короли 2: Узница Шато-Гайара · книга
12. «

    ... Ненависть весьма часто выражает сожаление или боль от отсутствия чего-либо. И тогда стремятся уничтожить тот образ жизни, что сами бы хотели иметь, и тех, кем хотели бы быть.

    ... Ненависть весьма часто выражает сожаление или боль от отсутствия чего-либо. И тогда стремятся уничтожить тот образ жизни, что сами бы хотели иметь, и тех, кем хотели бы быть.

    — Дневники Зевса · книга
13. «

    Решения Судеб редко постижимы; их природа остается нам неведомой. Но без них ни вы, ни я не существовали бы. Они дают первоначальный толчок и отмечают предел любой траектории, которую каждый волен пройти хорошо или дурно, однако свернуть с которой не может.

    Решения Судеб редко постижимы; их природа остается нам неведомой. Но без них ни вы, ни я не существовали бы. Они дают первоначальный толчок и отмечают предел любой траектории, которую каждый волен пройти хорошо или дурно, однако свернуть с которой не может.

    — Зевс · книга
14. «

    Всякий поступок, который нам казался благоприятным или спасительным, когда мы его совершали, содержит зародыш боли или пагубных последствий.

    Всякий поступок, который нам казался благоприятным или спасительным, когда мы его совершали, содержит зародыш боли или пагубных последствий.

    — Зевс · книга
15. «

    Истинна только та власть, что осуществляется с общего согласия; любая другая случайна. Нет ни величия, ни спокойствия в том, чтобы править рабами.

    Истинна только та власть, что осуществляется с общего согласия; любая другая случайна. Нет ни величия, ни спокойствия в том, чтобы править рабами.

    — Зевс · книга
16. «

    Никакую энергию никогда нельзя высвобождать, кроме как для созидания или творения, иначе она послужит лишь уничтожению.

    Никакую энергию никогда нельзя высвобождать, кроме как для созидания или творения, иначе она послужит лишь уничтожению.

    — Зевс · книга
17. «

    Меланхолия всегда коренится в нашем недовольстве самим собой, причину которого нам надо отыскать, и упрек, который мы обращаем к самим себе, открывает ей дверь.

    Меланхолия всегда коренится в нашем недовольстве самим собой, причину которого нам надо отыскать, и упрек, который мы обращаем к самим себе, открывает ей дверь.

    — Зевс · книга
18. «

    Тебе слишком легко и хорошо живется, мой мальчик, и поэтому ты не умеешь ценить удачи.

    Тебе слишком легко и хорошо живется, мой мальчик, и поэтому ты не умеешь ценить удачи.

    — Спинелло Толомеи · книга
19. «

    Одна жизнь исчезает с земли, а все другие продолжаются. Нет на свете ничего обычнее смерти.

    Одна жизнь исчезает с земли, а все другие продолжаются. Нет на свете ничего обычнее смерти.

    — Проклятые короли 6: Лилия и лев · книга
20. «

    В трагическую годину История возносит на гребень великих людей; но сами трагедии – дело рук посредственностей.

    В трагическую годину История возносит на гребень великих людей; но сами трагедии – дело рук посредственностей.

    — Проклятые короли 7: Когда король губит Францию · книга