202 цитаты Мориса Дрюона

Ниже 202 цитаты Мориса Дрюона — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Самым богатым, — произнесла она, — становятся за счет чужой бедности, а самым могущественным — за счет чужого унижения.

   Самым богатым, — произнесла она, — становятся за счет чужой бедности, а самым могущественным — за счет чужого унижения.

   — Дневники Зевса · книга
2. «

   Молодости свойственно быстро обретать вновь не только свои силы, но и свои иллюзии.

   Молодости свойственно быстро обретать вновь не только свои силы, но и свои иллюзии.

   — Проклятые короли 1: Железный король · книга
3. «

   — Справедливость зависит только от короля, — воскликнул Сварливый в приступе внезапной ярости, охватывавшей его в те минуты, когда он чувствовал себя неправым. — Нет, государь, — спокойно возразил тот, кому суждено было стать Филиппом Длинным, — король зависит от справедливости, он обязан быть её выразителем, и благодаря ему она торжествует.

   — Справедливость зависит только от короля, — воскликнул Сварливый в приступе внезапной ярости, охватывавшей его в те минуты, когда он чувствовал себя неправым. — Нет, государь, — спокойно возразил тот, кому суждено было стать Филиппом Длинным, — король зависит от справедливости, он обязан быть её выразителем, и благодаря ему она торжествует.

   — Людовик Сварливый · книга
4. «

   Вам случалось когда-нибудь избавиться от несчастья или бедствия, не найдя при этом нового средства порабощать или уничтожать друг друга? Когда вы будете способны выдумать рычаг, не сделав из него тот час же катапульту?

   Вам случалось когда-нибудь избавиться от несчастья или бедствия, не найдя при этом нового средства порабощать или уничтожать друг друга? Когда вы будете способны выдумать рычаг, не сделав из него тот час же катапульту?

   — Зевс · книга
5. «

   В лесной глуши он поговорил с человеком, и человек этот свободен и счастлив благодаря ему, Филиппу. Тяжелое бремя власти и прожитых лет сразу стало легким.

   В лесной глуши он поговорил с человеком, и человек этот свободен и счастлив благодаря ему, Филиппу. Тяжелое бремя власти и прожитых лет сразу стало легким.

   — Проклятые короли 1: Железный король · книга
6. «

   Вы, бесконечно ничтожные бациллы в гигантском теле Вселенной, видите очень мало. Ибо то, что вы полагаете слепящим светом, — всего лишь тусклая коптилка или свечной огарок, с которыми вы на ощупь обследуете ваш уголок темноты.

   Вы, бесконечно ничтожные бациллы в гигантском теле Вселенной, видите очень мало. Ибо то, что вы полагаете слепящим светом, — всего лишь тусклая коптилка или свечной огарок, с которыми вы на ощупь обследуете ваш уголок темноты.

   — Зевс · книга
7. «

   Приближенные и друзья томившихся в заточении принцесс спешили сплести невидимую сеть интриг, пустить в ход всё своё влияние, лишь бы отречься от вчерашней дружбы, которой они так кичились прежде. Задвигались, засновали челноки страха, честолюбия и притязаний, спеша затянуть, скрыть под новым узором грубо разорванную ткань.

   Приближенные и друзья томившихся в заточении принцесс спешили сплести невидимую сеть интриг, пустить в ход всё своё влияние, лишь бы отречься от вчерашней дружбы, которой они так кичились прежде. Задвигались, засновали челноки страха, честолюбия и притязаний, спеша затянуть, скрыть под новым узором грубо разорванную ткань.

   — Проклятые короли 1: Железный король · книга
8. «

   Когда происходит что-либо неприятное, нужно всегда спросить себя: сколько времени понадобится для того, чтобы случившееся потеряло всякое значение?

   Когда происходит что-либо неприятное, нужно всегда спросить себя: сколько времени понадобится для того, чтобы случившееся потеряло всякое значение?

   — Сильные мира сего · книга
9. «

   Тебе слишком легко и хорошо живется, мой мальчик, и поэтому ты не умеешь ценить удачи.

   Тебе слишком легко и хорошо живется, мой мальчик, и поэтому ты не умеешь ценить удачи.

   — Спинелло Толомеи · книга
10. «

    Певучий голос придворной дамы терялся под сводами залы, слишком просторной, чтобы женщина могла здесь чувствовать себя счастливой.

    Певучий голос придворной дамы терялся под сводами залы, слишком просторной, чтобы женщина могла здесь чувствовать себя счастливой.

    — Проклятые короли 1: Железный король · книга
11. «

    Так игра воображения направляет наши судьбы, и стоит человеку облечь в слова свои еще почти не осознанные желания, как он чувствует себя обязанным воплотить их в жизнь.

    Так игра воображения направляет наши судьбы, и стоит человеку облечь в слова свои еще почти не осознанные желания, как он чувствует себя обязанным воплотить их в жизнь.

    — Проклятые короли 2: Узница Шато-Гайара · книга
12. «

    Я уж думал, что настал мой последний час, и решил исповедоваться перед господом богом в своих грехах. По счастью, их оказалось так много, что я не успел перебрать и половины, как показалась земля. Остальные я приберег для обратного пути.

    Я уж думал, что настал мой последний час, и решил исповедоваться перед господом богом в своих грехах. По счастью, их оказалось так много, что я не успел перебрать и половины, как показалась земля. Остальные я приберег для обратного пути.

    — Робер Артуа · книга
13. «

    Не может человек устоять, когда про него хорошо говорят, а нам, деловым людям, льстец хуже вора.

    Не может человек устоять, когда про него хорошо говорят, а нам, деловым людям, льстец хуже вора.

    — Проклятые короли 1: Железный король · книга
14. «

    Силой заткнуть рот дерзкому — это не значит ещё снять с себя оскорбления, изречённые дерзскими устами.

    Силой заткнуть рот дерзкому — это не значит ещё снять с себя оскорбления, изречённые дерзскими устами.

    — Проклятые короли 6: Лилия и лев · книга
15. «

    С детства Людовик питал лютую ненависть к собакам: однажды он забавы ради пробил гвоздем ухо какого-то пса и был укушен непочтительным животным.

    С детства Людовик питал лютую ненависть к собакам: однажды он забавы ради пробил гвоздем ухо какого-то пса и был укушен непочтительным животным.

    — Проклятые короли 2: Узница Шато-Гайара · книга
16. «

    Свобода никогда не умирает в глубине темниц.

    Свобода никогда не умирает в глубине темниц.

    — Зевс · книга
17. «

    Когда уже превзойдён предел безумия, вряд ли стоит гневаться на человека, если он перегибает палку, что, впрочем, вполне в его натуре.

    Когда уже превзойдён предел безумия, вряд ли стоит гневаться на человека, если он перегибает палку, что, впрочем, вполне в его натуре.

    — Проклятые короли 6: Лилия и лев · книга
18. «

    Женщину всегда гложет тревога, когда она в тягости, а глаза ее мужа слишком часто ищут чужого взгляда.

    Женщину всегда гложет тревога, когда она в тягости, а глаза ее мужа слишком часто ищут чужого взгляда.

    — Проклятые короли 6: Лилия и лев · книга
19. «

    Проходя через ваши города и толпы, я не видел, чтобы пятая раса была действительно счастлива или по-настоящему добра. У нее случались мгновения счастья, порывы доброты, но я замечал, как насилие, воровство, скупость, зависть, — все прежние пороки, все прежние несчастья — снова появляются в ваших обществах, снова въедаются в вашу плоть и кровь.

    Проходя через ваши города и толпы, я не видел, чтобы пятая раса была действительно счастлива или по-настоящему добра. У нее случались мгновения счастья, порывы доброты, но я замечал, как насилие, воровство, скупость, зависть, — все прежние пороки, все прежние несчастья — снова появляются в ваших обществах, снова въедаются в вашу плоть и кровь.

    — Зевс · книга
20. «

    Клио желала блистать, нравиться, а потому старалась польстить сильным мира сего и заворожить толпы.

    Клио желала блистать, нравиться, а потому старалась польстить сильным мира сего и заворожить толпы.

    — Зевс · книга