27 цитат Мосяна Тунсю, которые захочется сохранить

Мосян Тунсю — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 27 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Ещё не поздно спасти тебя. Но я плохо знаком с тем, что пытаюсь сделать, и, если случайно убью тебя... я всё же старался. Поэтому не вини меня.

   Ещё не поздно спасти тебя. Но я плохо знаком с тем, что пытаюсь сделать, и, если случайно убью тебя... я всё же старался. Поэтому не вини меня.

   — Шень Цинцю · книга
2. «

   Выгоднее собирать мусор, чем вознестись на небеса.

   Выгоднее собирать мусор, чем вознестись на небеса.

   — Се Лянь · книга
3. «

   Не хватит и десятка тысяч слов, лишь громкий смех ответом и объятия.

   Не хватит и десятка тысяч слов, лишь громкий смех ответом и объятия.

   — Магистр дьявольского культа · книга
4. «

   Видя, что тот по-прежнему полон враждебности и не собирается опускать лук, Ши Цинсюань тяжко вздохнул и внезапно толкнулся в его плечо.

   Видя, что тот по-прежнему полон враждебности и не собирается опускать лук, Ши Цинсюань тяжко вздохнул и внезапно толкнулся в его плечо.

   — Фэн Синь · книга
5. «

   Когда кому-то на пути встречаются страдания, в первую очередь он всегда думает о своём самом любимом человеке. И для Се Ляня таким человеком, вне всяких сомнений, являлась его матушка. Возможно, это совсем ничем бы не помогло, но пережив несколько мучительных дней, когда каждая секунда резала ножом, сейчас принц правда очень захотел вернуться в детство, когда ему было десять, броситься в объятия матери и вдоволь наплакаться.

   Когда кому-то на пути встречаются страдания, в первую очередь он всегда думает о своём самом любимом человеке. И для Се Ляня таким человеком, вне всяких сомнений, являлась его матушка. Возможно, это совсем ничем бы не помогло, но пережив несколько мучительных дней, когда каждая секунда резала ножом, сейчас принц правда очень захотел вернуться в детство, когда ему было десять, броситься в объятия матери и вдоволь наплакаться.

   — Благословение небожителей · книга
6. «

   Что правильно, а что нет — я решу сам. Как оценить меня, пусть решают другие. О потерях и победах говорить не стану. Как следует поступить я сам способен понять.

   Что правильно, а что нет — я решу сам. Как оценить меня, пусть решают другие. О потерях и победах говорить не стану. Как следует поступить я сам способен понять.

   — Вей Ин · книга
7. «

   Когда ты станешь Главой Ордена, я стану твоим подчинённым. Так же, как наши отцы. В Ордене Гусу Лань есть Два Нефрита, а у нас в Юньмэне есть Два Героя! Так что закрой-ка рот. Кто сказал, что ты не достоин стать главой ордена? Никто не смеет говорить подобное, даже ты. А если посмеешь заикнуться ещё хоть раз, я задам тебе трёпку.

   Когда ты станешь Главой Ордена, я стану твоим подчинённым. Так же, как наши отцы. В Ордене Гусу Лань есть Два Нефрита, а у нас в Юньмэне есть Два Героя! Так что закрой-ка рот. Кто сказал, что ты не достоин стать главой ордена? Никто не смеет говорить подобное, даже ты. А если посмеешь заикнуться ещё хоть раз, я задам тебе трёпку.

   — Вей Усянь · книга
8. «

   Сяо Синчэнь, вот именно поэтому я и ненавижу тебя. Больше всего мне противны люди, подобные тебе, хвастающие своей праведностью, добродетелью и чистотой; глупые, наивные дураки; болваны, считающие, что одни лишь их добрые дела делают этот мир лучше! Тебя от меня тошнит? Замечательно. Честно говоря, мне на это плевать. Однако, ты и впрямь думаешь, что вправе считать меня отвратительным?

   Сяо Синчэнь, вот именно поэтому я и ненавижу тебя. Больше всего мне противны люди, подобные тебе, хвастающие своей праведностью, добродетелью и чистотой; глупые, наивные дураки; болваны, считающие, что одни лишь их добрые дела делают этот мир лучше! Тебя от меня тошнит? Замечательно. Честно говоря, мне на это плевать. Однако, ты и впрямь думаешь, что вправе считать меня отвратительным?

   — Сюэ Ян · книга
9. «

   Вэй У Сянь залез в окно по дереву магнолии, росшему рядом с библиотекой. Лицо его сияло: «Лань Чжань, я вернулся! Ты скучал, а? Все эти дни ты скучал по времени, когда я переписывал правила, сидя рядом с тобой?»

   Вэй У Сянь залез в окно по дереву магнолии, росшему рядом с библиотекой. Лицо его сияло: «Лань Чжань, я вернулся! Ты скучал, а? Все эти дни ты скучал по времени, когда я переписывал правила, сидя рядом с тобой?»

   — Магистр дьявольского культа · книга
10. «

    Тот, кто из двух вариантов — прибавить десять лет жизни себе или же отнять десять лет жизни своих врагов, выберет последний, как раз человеком и зовется, такова людская природа.

    Тот, кто из двух вариантов — прибавить десять лет жизни себе или же отнять десять лет жизни своих врагов, выберет последний, как раз человеком и зовется, такова людская природа.

    — Хуа Чен · книга
11. «

    Запомни — в этом мире каждый считает жертвой именно себя.

    Запомни — в этом мире каждый считает жертвой именно себя.

    — Вей Усянь · книга
12. «

    В большинстве своём, все отцы и сыновья под небом рано или поздно переживают подобные перемены. Когда ребёнок ещё маленький, он смотрит на отца как на величайшего в мире героя и образец для подражания, восхищается им без меры. Но когда он достигает определённого возраста, то постепенно начинает подвергать сомнению всё, что ранее знал об отце, иногда доходит до постепенного неприятия, и обе стороны в итоге никак не желают признавать друг друга.

    В большинстве своём, все отцы и сыновья под небом рано или поздно переживают подобные перемены. Когда ребёнок ещё маленький, он смотрит на отца как на величайшего в мире героя и образец для подражания, восхищается им без меры. Но когда он достигает определённого возраста, то постепенно начинает подвергать сомнению всё, что ранее знал об отце, иногда доходит до постепенного неприятия, и обе стороны в итоге никак не желают признавать друг друга.

    — Благословение небожителей · книга
13. «

    Общаясь с человеком, нужно обращать внимание на то, подходите ли вы друг другу, на сочетание ваших характеров, а не на то, кем вы являетесь. Если ты мне понравился, этого не изменить, будь ты хоть нищий попрошайка; и если ты мне не понравился, сделайся ты хоть императором, я буду ненавидеть тебя по-прежнему.

    Общаясь с человеком, нужно обращать внимание на то, подходите ли вы друг другу, на сочетание ваших характеров, а не на то, кем вы являетесь. Если ты мне понравился, этого не изменить, будь ты хоть нищий попрошайка; и если ты мне не понравился, сделайся ты хоть императором, я буду ненавидеть тебя по-прежнему.

    — Се Лянь · книга
14. «

    Человек, поднимаясь наверх, остаётся человеком; человек, опускаясь вниз, остаётся человеком.

    Человек, поднимаясь наверх, остаётся человеком; человек, опускаясь вниз, остаётся человеком.

    — Советник · книга
15. «

    Что сделано — того не воротишь. Даже «задумайся» я об этом тысячу, да хоть десять тысяч раз кряду, «тогда» останется «тогда» и никакого «иначе» быть не может — равно как и шанса на спасение!

    Что сделано — того не воротишь. Даже «задумайся» я об этом тысячу, да хоть десять тысяч раз кряду, «тогда» останется «тогда» и никакого «иначе» быть не может — равно как и шанса на спасение!

    — Шень Цинцю · книга
16. «

    Ваше Высочество, спасите! Ваше Высочество, спасите! А у Се Ляня в голове всё опустело, тогда как в сердце непрерывно зазвучал голос, полный отчаяния: «Кто же придёт спасти меня самого?!..»

    Ваше Высочество, спасите! Ваше Высочество, спасите! А у Се Ляня в голове всё опустело, тогда как в сердце непрерывно зазвучал голос, полный отчаяния: «Кто же придёт спасти меня самого?!..»

    — Благословение небожителей · книга
17. «

    Ты ведь никакой не дух поветрия, — продолжил демон. — Но они скорее поверят, что это правда. Когда-то ты пошёл против воли Небес, чтобы ниспослать им дожди, а сейчас даже стакана воды не можешь от них дождаться. Твоё сердце пронзила сотня мечей, — что ж, люди были вынуждены пойти на это. Но теперь они не желают совершить даже такое простое действие — вынуть меч им кажется непосильной задачей.

    Ты ведь никакой не дух поветрия, — продолжил демон. — Но они скорее поверят, что это правда. Когда-то ты пошёл против воли Небес, чтобы ниспослать им дожди, а сейчас даже стакана воды не можешь от них дождаться. Твоё сердце пронзила сотня мечей, — что ж, люди были вынуждены пойти на это. Но теперь они не желают совершить даже такое простое действие — вынуть меч им кажется непосильной задачей.

    — Благословение небожителей · книга
18. «

    «Тело пребудет в страданиях, но душа пребудет в блаженстве». Человек, из уст которого прозвучала эта фраза, на своей шкуре убедился, что, когда тело его погрузилось в страдание, душа оказалась далека от блаженства.

    «Тело пребудет в страданиях, но душа пребудет в блаженстве». Человек, из уст которого прозвучала эта фраза, на своей шкуре убедился, что, когда тело его погрузилось в страдание, душа оказалась далека от блаженства.

    — Благословение небожителей · книга
19. «

    Се Лянь протянул руку и легонько прикоснулся к рисунку. Прикосновение вышло вовсе не таким заметным, подобно дуновению свежего ветра, не более. Но юноша вдруг оторвал голову от коленей, его израненное лицо даже просветлело на миг:

    Се Лянь протянул руку и легонько прикоснулся к рисунку. Прикосновение вышло вовсе не таким заметным, подобно дуновению свежего ветра, не более. Но юноша вдруг оторвал голову от коленей, его израненное лицо даже просветлело на миг:

    — Хуа Чэн · книга
20. «

    Она не помнила тех, кто ее обижал, однако навсегда сохраняла в памяти тех, кто хоть раз выручил.

    Она не помнила тех, кто ее обижал, однако навсегда сохраняла в памяти тех, кто хоть раз выручил.

    — Благословение небожителей · книга