34 цитат Н. А. Арзумановы, которые цепляют

Подборка из 34 цитаты Н. А. Арзумановы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Избрать из находившихся под следствием определенное число виновных и обречь их на жертву было нетрудно, — всякий, кто был уличен в непристойных словах против правительства, подвергался уже всей строгости законов.

   Избрать из находившихся под следствием определенное число виновных и обречь их на жертву было нетрудно, — всякий, кто был уличен в непристойных словах против правительства, подвергался уже всей строгости законов.

   — И. Д. Якушкин · книга
2. «

   Меня гнетет, уничтожает мысль, что я при жизни своей не увижу Россию свободною на правилах мудрой конституции.

   Меня гнетет, уничтожает мысль, что я при жизни своей не увижу Россию свободною на правилах мудрой конституции.

   — Николай Тургенев · книга
3. «

   Выступление декабристов не было событием, изолированным от мирового общественного развития, — оно являлось составной частью борьбы народов Европы против феодально-абсолютистского строя. Достаточно напомнить Великую французскую революцию 1789-1793 годов, революции начала 1820-х годов в Испании, Португалии, Неаполе.

   Выступление декабристов не было событием, изолированным от мирового общественного развития, — оно являлось составной частью борьбы народов Европы против феодально-абсолютистского строя. Достаточно напомнить Великую французскую революцию 1789-1793 годов, революции начала 1820-х годов в Испании, Португалии, Неаполе.

   — И дум высокое стремленье... · книга
4. «

   Подозреваемые в заговоре тотчас были приведены к допросу. Известно, каким образом в Сибири производится допрос: плети, палки и розги почитаются в сем случае лучшими путеводителями к истине.

   Подозреваемые в заговоре тотчас были приведены к допросу. Известно, каким образом в Сибири производится допрос: плети, палки и розги почитаются в сем случае лучшими путеводителями к истине.

   — И. И. Горбачевский · книга
5. «

   Нет ничего труднее, чем ждать, не зная, чем кончится судьба твоя.

   Нет ничего труднее, чем ждать, не зная, чем кончится судьба твоя.

   — Н. И. Лорер · книга
6. «

   В сношениях наших с людьми мы могли обманываться, заблуждаться, принимать позолоту за чистый металл; но все это не могло поколебать твердости наших правил и наших убеждений.

   В сношениях наших с людьми мы могли обманываться, заблуждаться, принимать позолоту за чистый металл; но все это не могло поколебать твердости наших правил и наших убеждений.

   — Басаргин · книга
7. «

   Некоторые жены моих товарищей стали также прибывать в добровольную ссылку. С благоговением и глубоким уважением вспоминаю я имена их. Достойные женщины исполнили долг супружеской верности с героическим самоотвержением.

   Некоторые жены моих товарищей стали также прибывать в добровольную ссылку. С благоговением и глубоким уважением вспоминаю я имена их. Достойные женщины исполнили долг супружеской верности с героическим самоотвержением.

   — Н. И. Лорер · книга
8. «

   В первый год прибытия нашего в Читу посланы были инженерный штаб-офицер с помощниками выстроить огромную тюрьму, по образцу исправительных домов в Америке.

   В первый год прибытия нашего в Читу посланы были инженерный штаб-офицер с помощниками выстроить огромную тюрьму, по образцу исправительных домов в Америке.

   — А. Е. Розен · книга
9. «

   Взирая на помещика русского, я всегда воображаю, что он вспоен слезами и кровавым потом своих подданных, что атмосфера, которой он дышит, составлена из вздохов сих несчастных, что элемент его есть корысть и бесчувствие. Какое позорище для каждого патриота видеть вериги, наложенные на народ правом смутных обстоятельств и своекорыстия.

   Взирая на помещика русского, я всегда воображаю, что он вспоен слезами и кровавым потом своих подданных, что атмосфера, которой он дышит, составлена из вздохов сих несчастных, что элемент его есть корысть и бесчувствие. Какое позорище для каждого патриота видеть вериги, наложенные на народ правом смутных обстоятельств и своекорыстия.

   — В. Ф. Раевский · книга
10. «

    Наши письма вручались открытыми Бурнашеву, отсылались им в канцелярию коменданта, затем шли в канцелярию гражданского губернатора в Иркутске и, наконец, в Петербург в III отделение канцелярии его величества, так что они шли бесконечно долгое время, пока доходили до наших родственников.

    Наши письма вручались открытыми Бурнашеву, отсылались им в канцелярию коменданта, затем шли в канцелярию гражданского губернатора в Иркутске и, наконец, в Петербург в III отделение канцелярии его величества, так что они шли бесконечно долгое время, пока доходили до наших родственников.

    — Мария Волконская · книга
11. «

    Наши ходили на работу, но так как в окрестностях не было никаких рудников, — настолько плохо было осведомлено наше правительство о топографии России, предполагая, что они есть во всей Сибири, то комендант придумал для них другие работы.

    Наши ходили на работу, но так как в окрестностях не было никаких рудников, — настолько плохо было осведомлено наше правительство о топографии России, предполагая, что они есть во всей Сибири, то комендант придумал для них другие работы.

    — Мария Волконская · книга
12. «

    Опыт всех народов и всех времен доказал, что власть самодержавная равно гибельна и для правителей и для общества. Нельзя допустить основанием правительства — произвол одного человека — невозможно согласиться, чтобы все права находились на одной стороне — а все обязанности на другой. Ставя себя выше законов, государи забыли, что они в таком случае вне закона, — вне человечества! — Что невозможно им ссылаться на законы, когда дело идет о других, и не признавать их бытие, когда дело идет о них самих.

    Опыт всех народов и всех времен доказал, что власть самодержавная равно гибельна и для правителей и для общества. Нельзя допустить основанием правительства — произвол одного человека — невозможно согласиться, чтобы все права находились на одной стороне — а все обязанности на другой. Ставя себя выше законов, государи забыли, что они в таком случае вне закона, — вне человечества! — Что невозможно им ссылаться на законы, когда дело идет о других, и не признавать их бытие, когда дело идет о них самих.

    — Н. М. Муравьев · книга
13. «

    Приезд наш принес много пользы заключенным. Не имея разрешения писать, они были лишены известий о своих, а равно и всякой денежной помощи. Мы за них писали, и с той поры они стали получать письма и посылки.

    Приезд наш принес много пользы заключенным. Не имея разрешения писать, они были лишены известий о своих, а равно и всякой денежной помощи. Мы за них писали, и с той поры они стали получать письма и посылки.

    — Мария Волконская · книга
14. «

    15 декабря 1825 года начались аресты. Какими красками описать отвратительный вид, который представлял царь и его дворец в эти часы, посвященные мести?!

    15 декабря 1825 года начались аресты. Какими красками описать отвратительный вид, который представлял царь и его дворец в эти часы, посвященные мести?!

    — А. М. Муравьев · книга
15. «

    Криитика феодально-крепостнической системы и реакционной политики царизма привела передовую часть дворянства на путь политической, а затем вооруженной борьбы против самодержавия. Основная цель тайного общества на всех этапах его десятилетней истории состояла в ликвидации самодержавия и крепостного права. Декабристы придавали огромное значение разработке конституционного проекта, в котором были определены главные устои будущего государственного устройства России.

    Криитика феодально-крепостнической системы и реакционной политики царизма привела передовую часть дворянства на путь политической, а затем вооруженной борьбы против самодержавия. Основная цель тайного общества на всех этапах его десятилетней истории состояла в ликвидации самодержавия и крепостного права. Декабристы придавали огромное значение разработке конституционного проекта, в котором были определены главные устои будущего государственного устройства России.

    — И. Миронова · книга
16. «

    Аресты декабристов начались в ночь на 15 декабря 1825 года, вскоре после того, как по приказу Николая I восставшие войска на сенатской площади были расстреляны картечью. Обвиняемых доставляли в Зимний дворец, который фактически превратился в полицейский участок. Царь был фактически главным следователем и тюремщиком, главным обвинителем и палачом. Он лично допрашивал многих декабристов, определял режим их пребывания в Петропавловской крепости.

    Аресты декабристов начались в ночь на 15 декабря 1825 года, вскоре после того, как по приказу Николая I восставшие войска на сенатской площади были расстреляны картечью. Обвиняемых доставляли в Зимний дворец, который фактически превратился в полицейский участок. Царь был фактически главным следователем и тюремщиком, главным обвинителем и палачом. Он лично допрашивал многих декабристов, определял режим их пребывания в Петропавловской крепости.

    — И. Миронова · книга
17. «

    Тайное Общество никогда не имело целью цареубийства, так как его цель более благородна и возвышенна. Но, впрочем, эта мысль не представляет ничего нового в России — примеры совсем свежи!

    Тайное Общество никогда не имело целью цареубийства, так как его цель более благородна и возвышенна. Но, впрочем, эта мысль не представляет ничего нового в России — примеры совсем свежи!

    — полковник Лунин · книга
18. «

    Все действия жизни Рылеева ознаменованы были печатью любви к отечеству; она появлялась в разных видах: сперва сыновнею привязанностью к родине, потом негодованием к злоупотреблениям и, наконец, желанием ему свободы.

    Все действия жизни Рылеева ознаменованы были печатью любви к отечеству; она появлялась в разных видах: сперва сыновнею привязанностью к родине, потом негодованием к злоупотреблениям и, наконец, желанием ему свободы.

    — Бестужев · книга
19. «

    Всякое начало трудно — простая, но великая истина. Начинающим предлежат и ныне великие трудности, и сие тем более, что мнения могут быть различны в средствах.

    Всякое начало трудно — простая, но великая истина. Начинающим предлежат и ныне великие трудности, и сие тем более, что мнения могут быть различны в средствах.

    — Н. Тургенев · книга
20. «

    Все эти царедворцы, не имея другой цели для своего существования, кроме снискания благоволения своего господина, не допускали возможности политических убеждений, чем у них — и это были наши судьи!

    Все эти царедворцы, не имея другой цели для своего существования, кроме снискания благоволения своего господина, не допускали возможности политических убеждений, чем у них — и это были наши судьи!

    — А. М. Муравьев · книга