54 цитаты Надежды Кузьмины про любовь, время и выбор

Подборка из 54 цитаты Надежды Кузьмины: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Вот за каким надом принцессам гидродинамические удары в жидких средах? Я что, собираюсь рыбу в ванной глушить?

   Вот за каким надом принцессам гидродинамические удары в жидких средах? Я что, собираюсь рыбу в ванной глушить?

   — Наследница драконов. Добыча · книга
2. «

   Я соглашалась со всем... И вот, досоглашалась. Денег нет, работы нет, знакомых почти нет, никаких прав ни на что нет. Все что есть — внезапно наступившее прозрение, что любовь не только слепа, но и зла. Или это она зла к слепым? Очень смешно, ага.

   Я соглашалась со всем... И вот, досоглашалась. Денег нет, работы нет, знакомых почти нет, никаких прав ни на что нет. Все что есть — внезапно наступившее прозрение, что любовь не только слепа, но и зла. Или это она зла к слепым? Очень смешно, ага.

   — Магиня для эмиссара · книга
3. «

   ... Честь такая штука — один раз поступившись, теряешь навсегда.

   ... Честь такая штука — один раз поступившись, теряешь навсегда.

   — Наследница драконов. Охота · книга
4. «

   Нельзя возвратиться, пока не уйдёшь, понять без ошибок, где правда, где ложь, искать свет без тени, дары без потерь, нельзя верить всем и дичиться, как зверь.

   Нельзя возвратиться, пока не уйдёшь, понять без ошибок, где правда, где ложь, искать свет без тени, дары без потерь, нельзя верить всем и дичиться, как зверь.

   — Тимиредис. Герцогство на краю · книга
5. «

   Некоторые люди, взобравшись повыше по социальной лестнице, совершенно теряют при этом человеческий облик.

   Некоторые люди, взобравшись повыше по социальной лестнице, совершенно теряют при этом человеческий облик.

   — Наследница драконов. Поиск · книга
6. «

   Ну да, ночной поход на кладбище решает все проблемы! Свернёшь шею — и думать больше ни о чём не нужно.

   Ну да, ночной поход на кладбище решает все проблемы! Свернёшь шею — и думать больше ни о чём не нужно.

   — Пара не пара - парень не парень · книга
7. «

   Танцы — начало флирта и любовных отношений.

   Танцы — начало флирта и любовных отношений.

   — Тимиредис. Летящая против ветра · книга
8. «

   Есть силы, с которыми нельзя заигрывать. Невозможно пригубить из заражённого чумой бокала и не заразиться самому.

   Есть силы, с которыми нельзя заигрывать. Невозможно пригубить из заражённого чумой бокала и не заразиться самому.

   — Тимиредис. Упасть в небо · книга
9. «

   — Ти, а ты можешь превращаться в дракона? — Могу. — А покажешь? — Пока нет. — Почему? — Потому что знаю, что ты спросишь потом. И если ты это спросишь, я сейчас встану и уйду. И больше в эту комнату ты меня не заманишь! — А что я спрошу? — поинтересовалась я коварно. — Ты спросишь: вот если девушка-дракон сойдется с парнем-драконом, то будет ли у нее яйцо или ребенок и останется ли она в человеческом облике девушкой? Упс! Подловил. Но пусть согласится — это же представляет феномен непорочного зачатия в совершенно новом свете!

   — Ти, а ты можешь превращаться в дракона? — Могу. — А покажешь? — Пока нет. — Почему? — Потому что знаю, что ты спросишь потом. И если ты это спросишь, я сейчас встану и уйду. И больше в эту комнату ты меня не заманишь! — А что я спрошу? — поинтересовалась я коварно. — Ты спросишь: вот если девушка-дракон сойдется с парнем-драконом, то будет ли у нее яйцо или ребенок и останется ли она в человеческом облике девушкой? Упс! Подловил. Но пусть согласится — это же представляет феномен непорочного зачатия в совершенно новом свете!

   — Тиану · книга
10. «

    Шон — это Шон. Такое стихийное магическое бедствие в чёрном балахоне. Налетает, кружит как вихрь, так что полностью теряешь ориентацию в пространстве... а потом уносится дальше, по своим делам. А ты остаёшься стоять, растерянно хлопая глазами и пытаясь прийти в себя. Можно ли дружить со стихией? С ливнем, смерчем, штормом? Вот то-то и оно...

    Шон — это Шон. Такое стихийное магическое бедствие в чёрном балахоне. Налетает, кружит как вихрь, так что полностью теряешь ориентацию в пространстве... а потом уносится дальше, по своим делам. А ты остаёшься стоять, растерянно хлопая глазами и пытаясь прийти в себя. Можно ли дружить со стихией? С ливнем, смерчем, штормом? Вот то-то и оно...

    — Тимиредис. Запад и Восток · книга
11. «

    — Дяденька, здравствуйте! — Чего тебе, малец? — мужчина, достав меч, заступил вход. — Пустите меня! — ..? — Мне внутрь надо! Пустите, пожалуйста! — Зачем? — Учиться хочу! — Чему учиться? — Всему! Чему тут учат! Мужик озадаченно почесал затылок под шапкой. А потом захохотал: — Ты куда пришел? — В школу магии! — Вот я так и понял! Мой сменщик говорил, что с утра двух таких, как ты, еле отшил! А я не поверил! Школа в паре кварталов впереди, в самом конце улицы. А это — городская тюрьма!

    — Дяденька, здравствуйте! — Чего тебе, малец? — мужчина, достав меч, заступил вход. — Пустите меня! — ..? — Мне внутрь надо! Пустите, пожалуйста! — Зачем? — Учиться хочу! — Чему учиться? — Всему! Чему тут учат! Мужик озадаченно почесал затылок под шапкой. А потом захохотал: — Ты куда пришел? — В школу магии! — Вот я так и понял! Мой сменщик говорил, что с утра двух таких, как ты, еле отшил! А я не поверил! Школа в паре кварталов впереди, в самом конце улицы. А это — городская тюрьма!

    — Тимиредис. Запад и Восток · книга
12. «

    Есть пословица, что волку непросто догнать зайца, потому что для волка приз в обед, а для зайца — жизнь.

    Есть пословица, что волку непросто догнать зайца, потому что для волка приз в обед, а для зайца — жизнь.

    — Пара не пара - парень не парень · книга
13. «

    Уважаю леди за моральную и физическую стойкость: носить не дающий вздохнуть корсет, каблуки, тугие воротники и при этом быть в состоянии постоянно улыбаться — такое дано не каждому.

    Уважаю леди за моральную и физическую стойкость: носить не дающий вздохнуть корсет, каблуки, тугие воротники и при этом быть в состоянии постоянно улыбаться — такое дано не каждому.

    — Пара не пара - парень не парень · книга
14. «

    Ар поднял бровь, потирая руки, — и в его ладонях возник шар голубоватого пламени, по которому пробегали маленькие молнии. — Это что? — заинтересовалась я. — Это — любимая игрушка Ардена, да, кузен? — усмехнулся Тиану. — Пример эльфийской магии... самонаводящийся снаряд — сумма двух заклинаний, огненного шара и молнии. Крайне болезненная штука, если не успеешь увернуться или отразить щитом. Меня в детстве Ар, вместо того чтобы шлепать за проказы, гонял ими. Очень удобно — не надо ловить, чтобы всыпать, и воспитательный эффект о-го-го! А как стимулирует интерес к знаниям! Я щиты в семь лет научился ставить, ни до меня, ни после никто этого не смог повторить.

    Ар поднял бровь, потирая руки, — и в его ладонях возник шар голубоватого пламени, по которому пробегали маленькие молнии. — Это что? — заинтересовалась я. — Это — любимая игрушка Ардена, да, кузен? — усмехнулся Тиану. — Пример эльфийской магии... самонаводящийся снаряд — сумма двух заклинаний, огненного шара и молнии. Крайне болезненная штука, если не успеешь увернуться или отразить щитом. Меня в детстве Ар, вместо того чтобы шлепать за проказы, гонял ими. Очень удобно — не надо ловить, чтобы всыпать, и воспитательный эффект о-го-го! А как стимулирует интерес к знаниям! Я щиты в семь лет научился ставить, ни до меня, ни после никто этого не смог повторить.

    — Наследница драконов. Тайна · книга
15. «

    Другая книга рассказывала о морских сражениях последней большой войны с викингами. Я часами рассматривала рисунки кораблей, разбиралась, как называется какой парус или веревка, пыталась понять, как стреляет оружие — что-то внутри отзывалось, когда я читала про кровавые битвы, летящие по небу облака стрел и горящие на воде обломки кораблей. Тин мне не мешала до тех пор, пока однажды я не сообщила, что к нашему забору пришвартована чья-то чужая коза.

    Другая книга рассказывала о морских сражениях последней большой войны с викингами. Я часами рассматривала рисунки кораблей, разбиралась, как называется какой парус или веревка, пыталась понять, как стреляет оружие — что-то внутри отзывалось, когда я читала про кровавые битвы, летящие по небу облака стрел и горящие на воде обломки кораблей. Тин мне не мешала до тех пор, пока однажды я не сообщила, что к нашему забору пришвартована чья-то чужая коза.

    — Тимиредис. Летящая против ветра · книга
16. «

    Не стой, где попало — попадет еще раз.

    Не стой, где попало — попадет еще раз.

    — Шон тер Дейл · книга
17. «

    Когда некому отдаться – женщина полностью отдается работе.

    Когда некому отдаться – женщина полностью отдается работе.

    — Попала! · книга
18. «

    Может, то лишь легенда... но времена у нас, несомненно, наступили тяжёлые. И кроме как к духу моей прапрапра... — кстати, а сколько «пра-» там за триста лет набежало? — и обратиться не к кому. Только куда идти просить совета — к портрету или в склеп? Наверное, в последний.

    Может, то лишь легенда... но времена у нас, несомненно, наступили тяжёлые. И кроме как к духу моей прапрапра... — кстати, а сколько «пра-» там за триста лет набежало? — и обратиться не к кому. Только куда идти просить совета — к портрету или в склеп? Наверное, в последний.

    — Пара не пара - парень не парень · книга
19. «

    — Бель, о чем ты думаешь? — раздался голос Ти. — О свободе. О силе. О бесконечности. Смотри, вода, ударяясь о берег, разбивается на мельчайшие брызги, и кажется, что камень победил. Но самая крошечная капелька по-прежнему остается частичкой моря, и она осыплется вниз, снова сольется с волной и станет с ней целым, как будто никогда не терпела поражения. И ударит снова. И снова. И так до тех пор, пока не подточит камень и он не сдастся и не обрушится, превратившись в мелкую обкатанную гальку. Море невозможно обуздать. Оно упорно, своенравно и всегда свободно. Понимаешь?

    — Бель, о чем ты думаешь? — раздался голос Ти. — О свободе. О силе. О бесконечности. Смотри, вода, ударяясь о берег, разбивается на мельчайшие брызги, и кажется, что камень победил. Но самая крошечная капелька по-прежнему остается частичкой моря, и она осыплется вниз, снова сольется с волной и станет с ней целым, как будто никогда не терпела поражения. И ударит снова. И снова. И так до тех пор, пока не подточит камень и он не сдастся и не обрушится, превратившись в мелкую обкатанную гальку. Море невозможно обуздать. Оно упорно, своенравно и всегда свободно. Понимаешь?

    — Тиану · книга
20. «

    Мы пересекли несколько зеленых лужаек, на которых валялись студиозы в черных хламидах. Я хмыкнула – кто с учебником, а кто с бутылкой – ничто из века в век не меняется!

    Мы пересекли несколько зеленых лужаек, на которых валялись студиозы в черных хламидах. Я хмыкнула – кто с учебником, а кто с бутылкой – ничто из века в век не меняется!

    — Попала! · книга