44 цитат Наринэ Абгаряна, которые цепляют

Ниже 44 цитаты Наринэ Абгаряна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Чего хоть пишут? — У депутата машину угнали. — Это хорошо. — Чего ж хорошего? — А чтобы знал, мародер, как народ обворовывать.

   — Чего хоть пишут? — У депутата машину угнали. — Это хорошо. — Чего ж хорошего? — А чтобы знал, мародер, как народ обворовывать.

   — Александр Цыпкин · книга
2. «

   Не береди раны, иначе никогда не научишься быть счастливым.

   Не береди раны, иначе никогда не научишься быть счастливым.

   — Большая Маама · книга
3. «

   Каждая женщина мечтает о романтике. Ну, там, о принце на белом коне, об алых лепестках роз, застилающих окрестный антураж, о бесконечных комплиментах, которые сыплются, как из рога изобилия. Уж так оно природой заведено, что женщины — охочие до романтики существа. Их хлебом не корми, дай только романтикой насладиться. Каждый мужчина мечтает о том, чтобы его оставили в покое. Чтобы не требовали скакать на белом коне, наводнять квартиру лепестками роз и сыпать комплиментами.

   Каждая женщина мечтает о романтике. Ну, там, о принце на белом коне, об алых лепестках роз, застилающих окрестный антураж, о бесконечных комплиментах, которые сыплются, как из рога изобилия. Уж так оно природой заведено, что женщины — охочие до романтики существа. Их хлебом не корми, дай только романтикой насладиться. Каждый мужчина мечтает о том, чтобы его оставили в покое. Чтобы не требовали скакать на белом коне, наводнять квартиру лепестками роз и сыпать комплиментами.

   — Манюня пишет фантастичЫскЫй роман · книга
4. «

   Человек, оторванный от природы, черствеет душой.

   Человек, оторванный от природы, черствеет душой.

   — Зулали · книга
5. «

   Мы состоим из воспоминаний, которые выбрали себе сами. Мы – отражение того, о чем не решились забыть.

   Мы состоим из воспоминаний, которые выбрали себе сами. Мы – отражение того, о чем не решились забыть.

   — Молчание цвета · книга
6. «

   Парижане не столь открыты, как американцы, но, если улыбнуться – они распускаются для тебя весенними цветами. Кивают, улыбаются, могут погладить по руке.

   Парижане не столь открыты, как американцы, но, если улыбнуться – они распускаются для тебя весенними цветами. Кивают, улыбаются, могут погладить по руке.

   — Молчание цвета · книга
7. «

   Мир состоит исключительно из красоты, и для того чтобы ее увидеть, достаточно этого просто захотеть.

   Мир состоит исключительно из красоты, и для того чтобы ее увидеть, достаточно этого просто захотеть.

   — Молчание цвета · книга
8. «

   На подарки судьбы не жалуются. Тем более когда жизнь идет к финалу.

   На подарки судьбы не жалуются. Тем более когда жизнь идет к финалу.

   — Александр Цыпкин · книга
9. «

   Бывают такие женщины, вроде чужой человек, а с первого взгляда создается впечатление, что знаешь ее давно, и вся подноготная ее жития-бытия – с шелушащейся кожей на ладонях, аллергией на антибиотики и выматывающими приступами мигрени – не составляет для тебя никакой тайны.

   Бывают такие женщины, вроде чужой человек, а с первого взгляда создается впечатление, что знаешь ее давно, и вся подноготная ее жития-бытия – с шелушащейся кожей на ладонях, аллергией на антибиотики и выматывающими приступами мигрени – не составляет для тебя никакой тайны.

   — Зулали · книга
10. «

    Вы попробовали картофель? Он был чересчур альденте. Я бы даже сказал – с эффектом грядки.

    Вы попробовали картофель? Он был чересчур альденте. Я бы даже сказал – с эффектом грядки.

    — Молчание цвета · книга
11. «

    Земля говорит с тобой голосом матери – я здесь, я с тобой, я всегда буду с тобой. Горы же молчат голосами наших отцов. Обнимают ледяными крыльями ветра, смотрят за спину и никогда – в глаза, кружат над головой одинокими птицами. Такие близкие и такие далекие, такие свои и не свои. Час на вершине – и тебе будто заново сотворили сердце. Час на вершине, и ты – снова ты.

    Земля говорит с тобой голосом матери – я здесь, я с тобой, я всегда буду с тобой. Горы же молчат голосами наших отцов. Обнимают ледяными крыльями ветра, смотрят за спину и никогда – в глаза, кружат над головой одинокими птицами. Такие близкие и такие далекие, такие свои и не свои. Час на вершине – и тебе будто заново сотворили сердце. Час на вершине, и ты – снова ты.

    — Молчание цвета · книга
12. «

    Благодарность такая же мощная сила, как и любовь. Любовь — ты отдаешь то, что дано тебе Богом, благодарность — ты отражаешь свет, идущий от окружающих. Даже слабый свет можно отражать.

    Благодарность такая же мощная сила, как и любовь. Любовь — ты отдаешь то, что дано тебе Богом, благодарность — ты отражаешь свет, идущий от окружающих. Даже слабый свет можно отражать.

    — Александр Цыпкин · книга
13. «

    Я вдруг осознал, что моя юношеская уверенность в глупости взрослых постепенно проходит, и людям молодым, таким, как сейчас стал мой сын, стоит поразмыслить насчет мудрости, переходящей от поколения к поколению.

    Я вдруг осознал, что моя юношеская уверенность в глупости взрослых постепенно проходит, и людям молодым, таким, как сейчас стал мой сын, стоит поразмыслить насчет мудрости, переходящей от поколения к поколению.

    — Александр Цыпкин · книга
14. «

    Дай я тебя обниму, егоза. Ты ведь знаешь, когда я тебя обнимаю, у меня продлевается жизнь.

    Дай я тебя обниму, егоза. Ты ведь знаешь, когда я тебя обнимаю, у меня продлевается жизнь.

    — Жено · книга
15. «

    Порицание – не людское дело. На то есть высший суд, ему все решать и по полочкам расставлять: на верхних – праведных и юродивых, на средних – запутавшихся и оступившихся, а в самом низу, в пыли и забвении, – настоящих грешников.

    Порицание – не людское дело. На то есть высший суд, ему все решать и по полочкам расставлять: на верхних – праведных и юродивых, на средних – запутавшихся и оступившихся, а в самом низу, в пыли и забвении, – настоящих грешников.

    — Люди, которые всегда со мной · книга
16. «

    Что остается, кроме запахов-вкусов-цветов, что, бережно храня, передают нам матери-прародительницы? Только колыбельные. Вначале было слово, и слово это нам напели.

    Что остается, кроме запахов-вкусов-цветов, что, бережно храня, передают нам матери-прародительницы? Только колыбельные. Вначале было слово, и слово это нам напели.

    — Зулали · книга
17. «

    – Хоть и дебил, но свой, – говорила она на прощание, обнимаясь по очереди с расстроенными коллегами. Совет: возьмите эту фразу на вооружение. Очень укрепляющая семейные узы фраза.

    – Хоть и дебил, но свой, – говорила она на прощание, обнимаясь по очереди с расстроенными коллегами. Совет: возьмите эту фразу на вооружение. Очень укрепляющая семейные узы фраза.

    — Понаехавшая · книга
18. «

    Я прошу вас остановиться на минуту и вспомнить, как это прекрасно — просто дружить.

    Я прошу вас остановиться на минуту и вспомнить, как это прекрасно — просто дружить.

    — Манюня пишет фантастичЫскЫй роман · книга
19. «

    Женская солидарность – страшная сила!

    Женская солидарность – страшная сила!

    — Зулали · книга
20. «

    Есть города, где не устаешь быть наблюдателем. Париж из их числа.

    Есть города, где не устаешь быть наблюдателем. Париж из их числа.

    — Молчание цвета · книга