46 цитат Наринэ Абгаряна про любовь, время и выбор

Ниже 46 цитат Наринэ Абгаряна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Мир состоит исключительно из красоты, и для того чтобы ее увидеть, достаточно этого просто захотеть.

   Мир состоит исключительно из красоты, и для того чтобы ее увидеть, достаточно этого просто захотеть.

   — Молчание цвета · книга
2. «

   Ты всю жизнь только книжки и читал. Как тебя назвать? Начитанный, знающий, ну интеллигентный. А Он — талант. Это уж, прости, старина, от рождения. Таких один на миллион. Начитанный — это ремесло, любой может.

   Ты всю жизнь только книжки и читал. Как тебя назвать? Начитанный, знающий, ну интеллигентный. А Он — талант. Это уж, прости, старина, от рождения. Таких один на миллион. Начитанный — это ремесло, любой может.

   — Александр Цыпкин · книга
3. «

   Счастье пахнет домом, где живут родители.

   Счастье пахнет домом, где живут родители.

   — Молчание цвета · книга
4. «

   Земля говорит с тобой голосом матери – я здесь, я с тобой, я всегда буду с тобой. Горы же молчат голосами наших отцов. Обнимают ледяными крыльями ветра, смотрят за спину и никогда – в глаза, кружат над головой одинокими птицами. Такие близкие и такие далекие, такие свои и не свои. Час на вершине – и тебе будто заново сотворили сердце. Час на вершине, и ты – снова ты.

   Земля говорит с тобой голосом матери – я здесь, я с тобой, я всегда буду с тобой. Горы же молчат голосами наших отцов. Обнимают ледяными крыльями ветра, смотрят за спину и никогда – в глаза, кружат над головой одинокими птицами. Такие близкие и такие далекие, такие свои и не свои. Час на вершине – и тебе будто заново сотворили сердце. Час на вершине, и ты – снова ты.

   — Молчание цвета · книга
5. «

   С самого рождения она привыкла к объятиям родных — нежным, любящим, спасительным. Они защищают и благословляют, утешают и исцеляют. Девочка засыпает и просыпается в этих спасительных кругах, живет и дышит ими. Она не знает, что эти объятия, эти спасательные круги когда-нибудь оборвутся и, взмахнув высвобожденными крыльями, унесутся в безмолвное небытие. Девочка еще слишком мала, чтобы уметь распознавать течение времени. Каждый миг для нее — бесконечность. Каждый миг для нее — вечность.

   С самого рождения она привыкла к объятиям родных — нежным, любящим, спасительным. Они защищают и благословляют, утешают и исцеляют. Девочка засыпает и просыпается в этих спасительных кругах, живет и дышит ими. Она не знает, что эти объятия, эти спасательные круги когда-нибудь оборвутся и, взмахнув высвобожденными крыльями, унесутся в безмолвное небытие. Девочка еще слишком мала, чтобы уметь распознавать течение времени. Каждый миг для нее — бесконечность. Каждый миг для нее — вечность.

   — Люди, которые всегда со мной · книга
6. «

   Всё, что тебя окружает, и есть молитва.

   Всё, что тебя окружает, и есть молитва.

   — Нани · книга
7. «

   — Ба, привези мне длинное платье. И туфли на каблуках! — Так и запишем, сарафан и сандалики.

   — Ба, привези мне длинное платье. И туфли на каблуках! — Так и запишем, сарафан и сандалики.

   — Наринэ · книга
8. «

   – Может, было иначе, но я запомнил именно так. – Не хочешь у своего брата спросить? Он старше, наверное помнит, как все на самом деле было. – Не хочу. Пусть будет как я запомнил. Мое прошлое – мои воспоминания. Его прошлое – его воспоминания.

   – Может, было иначе, но я запомнил именно так. – Не хочешь у своего брата спросить? Он старше, наверное помнит, как все на самом деле было. – Не хочу. Пусть будет как я запомнил. Мое прошлое – мои воспоминания. Его прошлое – его воспоминания.

   — Отец · книга
9. «

   Нет ничего унизительнее лжи. Она одинаково унижает того, кто лжет, и того, кому лгут.

   Нет ничего унизительнее лжи. Она одинаково унижает того, кто лжет, и того, кому лгут.

   — Молчание цвета · книга
10. «

    Так и сидели, обнявшись. И колотились друг о друга сердцами...

    Так и сидели, обнявшись. И колотились друг о друга сердцами...

    — Люди, которые всегда со мной · книга
11. «

    ... Пока живет имя, живет человек.

    ... Пока живет имя, живет человек.

    — Тата · книга
12. «

    – Хоть и дебил, но свой, – говорила она на прощание, обнимаясь по очереди с расстроенными коллегами. Совет: возьмите эту фразу на вооружение. Очень укрепляющая семейные узы фраза.

    – Хоть и дебил, но свой, – говорила она на прощание, обнимаясь по очереди с расстроенными коллегами. Совет: возьмите эту фразу на вооружение. Очень укрепляющая семейные узы фраза.

    — Понаехавшая · книга
13. «

    Черт с ними, с проблемами, которым не видать края, с потерями, которые навсегда с тобой, – все можно пережить, со всем можно справиться или на худой конец смириться, если сердце греет любовь.

    Черт с ними, с проблемами, которым не видать края, с потерями, которые навсегда с тобой, – все можно пережить, со всем можно справиться или на худой конец смириться, если сердце греет любовь.

    — Молчание цвета · книга
14. «

    Тата говорила — ближе всех к небесам старики и дети. Старики потому, что им скоро уходить, а дети потому, что недавно пришли. Первые уже догадываются, а вторые еще не забыли, как они пахнут, небеса.

    Тата говорила — ближе всех к небесам старики и дети. Старики потому, что им скоро уходить, а дети потому, что недавно пришли. Первые уже догадываются, а вторые еще не забыли, как они пахнут, небеса.

    — С неба упали три яблока · книга
15. «

    ... я тебе верю. А выше доверия ничего нет.

    ... я тебе верю. А выше доверия ничего нет.

    — Василий Кудаманц · книга
16. «

    У бабо Софы три врага: соль, сахар и собственный муж. Соль в ответе за плохую работу почек, сахар – за лишний вес и испорченные зубы, а за все остальные беды и испытания, сыплющиеся словно из рога изобилия на голову человечества, отдувается дед Геворг. И не имеет значения, какого рода это беды: природный катаклизм, птичий мор или покореженная из-за дождевой влаги деревянная крышка бочки. Широко и якобы отстраненно порассуждав о произошедшем (не забывая притом делать непрозрачные намеки), бабушка всегда завершает свою речь одними и теми же словами: «Если бы в свое время я вышла замуж за нормального человека, ничего этого не случилось бы!»

    У бабо Софы три врага: соль, сахар и собственный муж. Соль в ответе за плохую работу почек, сахар – за лишний вес и испорченные зубы, а за все остальные беды и испытания, сыплющиеся словно из рога изобилия на голову человечества, отдувается дед Геворг. И не имеет значения, какого рода это беды: природный катаклизм, птичий мор или покореженная из-за дождевой влаги деревянная крышка бочки. Широко и якобы отстраненно порассуждав о произошедшем (не забывая притом делать непрозрачные намеки), бабушка всегда завершает свою речь одними и теми же словами: «Если бы в свое время я вышла замуж за нормального человека, ничего этого не случилось бы!»

    — Молчание цвета · книга
17. «

    Так не все люди — плохие, и душевные бывают. До моих лет доживешь — много про людей узнаешь.

    Так не все люди — плохие, и душевные бывают. До моих лет доживешь — много про людей узнаешь.

    — Александр Цыпкин · книга
18. «

    Языком трепать каждый горазд, а вот быть милосердным мало кому дано.

    Языком трепать каждый горазд, а вот быть милосердным мало кому дано.

    — Зулали · книга
19. «

    Недаром, значит, добро делается. Все вращается и обратно приходит. Сотни раз уже это все доказано.

    Недаром, значит, добро делается. Все вращается и обратно приходит. Сотни раз уже это все доказано.

    — Александр Цыпкин · книга
20. «

    Каждая женщина мечтает о романтике. Ну, там, о принце на белом коне, об алых лепестках роз, застилающих окрестный антураж, о бесконечных комплиментах, которые сыплются, как из рога изобилия. Уж так оно природой заведено, что женщины — охочие до романтики существа. Их хлебом не корми, дай только романтикой насладиться. Каждый мужчина мечтает о том, чтобы его оставили в покое. Чтобы не требовали скакать на белом коне, наводнять квартиру лепестками роз и сыпать комплиментами.

    Каждая женщина мечтает о романтике. Ну, там, о принце на белом коне, об алых лепестках роз, застилающих окрестный антураж, о бесконечных комплиментах, которые сыплются, как из рога изобилия. Уж так оно природой заведено, что женщины — охочие до романтики существа. Их хлебом не корми, дай только романтикой насладиться. Каждый мужчина мечтает о том, чтобы его оставили в покое. Чтобы не требовали скакать на белом коне, наводнять квартиру лепестками роз и сыпать комплиментами.

    — Манюня пишет фантастичЫскЫй роман · книга