Наталья Турчанинова: 71 фраза, которые разошлись на цитаты

Наталья Турчанинова — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 71 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Мне нравилось бродить по городу, среди людей. Не глядя «выхватывать» человека из толпы и читать его эмоции, видеть мир, окрашенный его чувствами. Для одного ночь была чёрной, враждебной, холодной. Для другого — мистической и романтичной. Для третьего — временем суток, которое нужно тратить только на сон или секс.

   Мне нравилось бродить по городу, среди людей. Не глядя «выхватывать» человека из толпы и читать его эмоции, видеть мир, окрашенный его чувствами. Для одного ночь была чёрной, враждебной, холодной. Для другого — мистической и романтичной. Для третьего — временем суток, которое нужно тратить только на сон или секс.

   — Алексей Пехов · книга
2. «

   Говорят, если бы можно было заставить птицу думать над тем, как именно та летит, она бы никогда не смогла расправить крылья...

   Говорят, если бы можно было заставить птицу думать над тем, как именно та летит, она бы никогда не смогла расправить крылья...

   — Алексей Пехов · книга
3. «

   Руки Флоры, обнимающие его, были такими нежными, а сама она казалась особенно беззащитной и ранимой. Когда леди уснула, он смотрел на неё, вновь удивляясь, как в этом прекрасном создании могут сосуществовать одновременно страстность и холодность, самоотверженность и коварство, романтичность и расчетливость.

   Руки Флоры, обнимающие его, были такими нежными, а сама она казалась особенно беззащитной и ранимой. Когда леди уснула, он смотрел на неё, вновь удивляясь, как в этом прекрасном создании могут сосуществовать одновременно страстность и холодность, самоотверженность и коварство, романтичность и расчетливость.

   — Алексей Пехов · книга
4. «

   Мое отношение к смертным ничуть не хуже, чем их отношение друг к другу. Я даже убиваю их в меньших масштабах, чем они устраивают это сами для себя. И за все время существования Золотых Ос я не смог придумать ничего более жестокого, чем придумали люди — массовые убийства, резервации, концентрационные лагеря, геноцид, садистические опыты…

   Мое отношение к смертным ничуть не хуже, чем их отношение друг к другу. Я даже убиваю их в меньших масштабах, чем они устраивают это сами для себя. И за все время существования Золотых Ос я не смог придумать ничего более жестокого, чем придумали люди — массовые убийства, резервации, концентрационные лагеря, геноцид, садистические опыты…

   — Алексей Пехов · книга
5. «

   Места захоронений имеют способность вытягивать жизненную силу. Там отрицательная энергетика. <…> Мёртвое не должно соприкасаться с живым.

   Места захоронений имеют способность вытягивать жизненную силу. Там отрицательная энергетика. <…> Мёртвое не должно соприкасаться с живым.

   — Алексей Пехов · книга
6. «

   — Если у тебя неудачный день, не стоит срывать злость на незнакомых людях, — посоветовала она уже чуть дружелюбнее. <...> Так что, действительно неудачный день? — спросила девушка, подходя вместе с ним к лифту. — Смотря с чем сравнивать, — отозвался Валентин, перекладывая тяжелый пакет в другую руку. — Неудачными были прошлые семь лет. Но на фоне последнего отвратительного месяца они очень даже неплохи. А сегодняшний день рядом с ним — просто паршивый. Девушка весело рассмеялась: — Похоже, ты неудачник со стажем.

   — Если у тебя неудачный день, не стоит срывать злость на незнакомых людях, — посоветовала она уже чуть дружелюбнее. <...> Так что, действительно неудачный день? — спросила девушка, подходя вместе с ним к лифту. — Смотря с чем сравнивать, — отозвался Валентин, перекладывая тяжелый пакет в другую руку. — Неудачными были прошлые семь лет. Но на фоне последнего отвратительного месяца они очень даже неплохи. А сегодняшний день рядом с ним — просто паршивый. Девушка весело рассмеялась: — Похоже, ты неудачник со стажем.

   — Алексей Пехов · книга
7. «

   — А если некроманты появятся вместе с ними? Например, с бетайласами. — Она отодвинула тарелку и уставилась на собеседника пронзительным, требовательным взглядом. — Тогда стреляй в голову, — неторопливо откладывая вилку с ножом, ответил Ричард. — Кому? — Лучше бетайласам. Кадаверциан могут обидеться.

   — А если некроманты появятся вместе с ними? Например, с бетайласами. — Она отодвинула тарелку и уставилась на собеседника пронзительным, требовательным взглядом. — Тогда стреляй в голову, — неторопливо откладывая вилку с ножом, ответил Ричард. — Кому? — Лучше бетайласам. Кадаверциан могут обидеться.

   — Алексей Пехов · книга
8. «

   Нельзя добиться блага, переделывая окружающих против их воли...

   Нельзя добиться блага, переделывая окружающих против их воли...

   — Алексей Пехов · книга
9. «

   Игра и реальность очень близки. <...> Ты бы удивился, если узнал, сколько людей хотят стать не тем, чем являются на самом деле. Им проще быть кем-то другим, нежели собой. Это уход от реальности, от собственного несовершенства.

   Игра и реальность очень близки. <...> Ты бы удивился, если узнал, сколько людей хотят стать не тем, чем являются на самом деле. Им проще быть кем-то другим, нежели собой. Это уход от реальности, от собственного несовершенства.

   — Алексей Пехов · книга
10. «

    Улица обычно или убивает или учит.

    Улица обычно или убивает или учит.

    — Алексей Пехов · книга
11. «

    ... постоянное желание сделать всё правильно, и полное незнание, что именно — правильно.

    ... постоянное желание сделать всё правильно, и полное незнание, что именно — правильно.

    — Алексей Пехов · книга
12. «

    Только сумасшедший или самоубийца нападает на некроманта на кладбище.

    Только сумасшедший или самоубийца нападает на некроманта на кладбище.

    — Алексей Пехов · книга
13. «

    Искусство никогда не причиняет боли. Волшебный мир, созданный им, вызывает страдания без реальной физической муки, печаль без трагедии, грусть без горечи. Он совершенен.

    Искусство никогда не причиняет боли. Волшебный мир, созданный им, вызывает страдания без реальной физической муки, печаль без трагедии, грусть без горечи. Он совершенен.

    — Алексей Пехов · книга
14. «

    Люди не всегда жестоки и бездушны. Но зло всегда было для них привлекательно, потому что оно носит очень соблазнительную маску порочности и вседозволенности, которую многие понимают как свободу.

    Люди не всегда жестоки и бездушны. Но зло всегда было для них привлекательно, потому что оно носит очень соблазнительную маску порочности и вседозволенности, которую многие понимают как свободу.

    — Алексей Пехов · книга
15. «

    Нельзя прикасаться к идолам, — произнес я не громко, — позолота остается на пальцах.

    Нельзя прикасаться к идолам, — произнес я не громко, — позолота остается на пальцах.

    — Алексей Пехов · книга
16. «

    Над чёрной землёй всё ещё летали хлопья пепла. Поляна была завалена головешками, по которым пробегали зелёные искры гаснущей кадаверцианской магии. Кристоф, порядком измотанный сражением, сидел на поваленном древесном стволе. Его ногу охватывала шипастая лоза, не дававшая колдуну возможности встать. Бальза на ходу развеял её в труху. — Ты неплохо продержался здесь один, — кивнул он мастеру Смерти. — Не ожидал увидеть тебя, Миклош, — отозвался колдун и с помощью Грэга поднялся на ноги. — Ты всё также высокомерен, — обиделся господин Бальза. — А где «как я рад, что ты пришёл» и «доброй ночи, нахттотер»? Впрочем, не утруждай себя. Я уже успел понять, что в глубине души ты счастлив меня видеть.

    Над чёрной землёй всё ещё летали хлопья пепла. Поляна была завалена головешками, по которым пробегали зелёные искры гаснущей кадаверцианской магии. Кристоф, порядком измотанный сражением, сидел на поваленном древесном стволе. Его ногу охватывала шипастая лоза, не дававшая колдуну возможности встать. Бальза на ходу развеял её в труху. — Ты неплохо продержался здесь один, — кивнул он мастеру Смерти. — Не ожидал увидеть тебя, Миклош, — отозвался колдун и с помощью Грэга поднялся на ноги. — Ты всё также высокомерен, — обиделся господин Бальза. — А где «как я рад, что ты пришёл» и «доброй ночи, нахттотер»? Впрочем, не утруждай себя. Я уже успел понять, что в глубине души ты счастлив меня видеть.

    — Алексей Пехов · книга
17. «

    С годами ощущения и эмоции притупляются. А тысячелетия жизни убивают все чувства. Душа становится холодной. Не способной гореть. Фэри лишали людей того, что я искал в них и ценил больше всего — ярких, живых чувств.

    С годами ощущения и эмоции притупляются. А тысячелетия жизни убивают все чувства. Душа становится холодной. Не способной гореть. Фэри лишали людей того, что я искал в них и ценил больше всего — ярких, живых чувств.

    — Алексей Пехов · книга
18. «

    Невозможно безнаказанно изменить одному божеству, уйдя на службу к другому.

    Невозможно безнаказанно изменить одному божеству, уйдя на службу к другому.

    — Алексей Пехов · книга
19. «

    В наше время осторожность нужно соблюдать не только в словах, но и в мыслях.

    В наше время осторожность нужно соблюдать не только в словах, но и в мыслях.

    — Алексей Пехов · книга
20. «

    Свидание с некромантом всегда заканчивается на кладбище.

    Свидание с некромантом всегда заканчивается на кладбище.

    — Алексей Пехов · книга