Никита Михалков: 64 фразы, которые разошлись на цитаты

Ниже 64 цитаты Никиты Михалкова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Писать роман или картину можно «в стол», но кино «для себя» — вещь, может быть, и заманчивая, но малоперспективная. Оправдание «я так вижу» или «это моя искренность» не работает, если ты ограничен в своих возможностях, не имею в виду финансовые — внутренние. Великий Сергей Аполлинариевич Герасимов на такие высказывания студента говорил: «Искренность котенка — в «мяу». Попадание должно быть больше, шире, объемнее.

   Писать роман или картину можно «в стол», но кино «для себя» — вещь, может быть, и заманчивая, но малоперспективная. Оправдание «я так вижу» или «это моя искренность» не работает, если ты ограничен в своих возможностях, не имею в виду финансовые — внутренние. Великий Сергей Аполлинариевич Герасимов на такие высказывания студента говорил: «Искренность котенка — в «мяу». Попадание должно быть больше, шире, объемнее.
2. «

   Никогда не обижайся! Если тебя хотели обидеть, не доставляй удовольствия тому, кто этого хотел, а если не хотели, то всегда можно простить.

   Никогда не обижайся! Если тебя хотели обидеть, не доставляй удовольствия тому, кто этого хотел, а если не хотели, то всегда можно простить.

   — Мама · книга
3. «

   Никогда не суди о своей жизни по жизни тех, кто живёт лучше тебя. Суди по жизни тех, кто живёт хуже... их всегда больше, и у тебя отпадут проблемы.

   Никогда не суди о своей жизни по жизни тех, кто живёт лучше тебя. Суди по жизни тех, кто живёт хуже... их всегда больше, и у тебя отпадут проблемы.
4. «

   Если слава тебя меняет, значит, идёт не впрок, мешает и разрушает как личность.

   Если слава тебя меняет, значит, идёт не впрок, мешает и разрушает как личность.
5. «

   Понимаешь, наша жизнь – это колесо телеги. А мы – это муха на ободе. Крутится колесо на солнце – муха думает, что солнце будет светить всегда, что она всегда будет греться на этом ободе, а потом вдруг шварк – в жижу, грязь, ужас!... Но вот прошло время, и снова солнце, и опять муха сверху на колесе, и опять кажется, что будет вечно светло и тепло. А тут хлоп – опять грязь… Важно, куда катится сама телега.

   Понимаешь, наша жизнь – это колесо телеги. А мы – это муха на ободе. Крутится колесо на солнце – муха думает, что солнце будет светить всегда, что она всегда будет греться на этом ободе, а потом вдруг шварк – в жижу, грязь, ужас!... Но вот прошло время, и снова солнце, и опять муха сверху на колесе, и опять кажется, что будет вечно светло и тепло. А тут хлоп – опять грязь… Важно, куда катится сама телега.

   — Михаил Ильич Ромм · книга
6. «

   Зависть не только грех, зависть — это движущая сила зла! <...> Зависть может быть движущей силой для того, чтобы сделать лучше, а может быть губительной силой для того, чтобы истребить того, кто делает лучше тебя.

   Зависть не только грех, зависть — это движущая сила зла! <...> Зависть может быть движущей силой для того, чтобы сделать лучше, а может быть губительной силой для того, чтобы истребить того, кто делает лучше тебя.
7. «

   Публичное возмущение придает значимости любому дураку.

   Публичное возмущение придает значимости любому дураку.
8. «

   Американцы гордятся лучшим, а мы умеем любить даже худшее, что в нас есть. Мы восторгаемся: «Как он, сволочь, пьет! Ах, как гуляет!»

   Американцы гордятся лучшим, а мы умеем любить даже худшее, что в нас есть. Мы восторгаемся: «Как он, сволочь, пьет! Ах, как гуляет!»

   — Никита Сергеевич Михалков · книга
9. «

   Вы понимаете, соблазн, ощущение безнаказанности и презрения к людям, они очень заразны.

   Вы понимаете, соблазн, ощущение безнаказанности и презрения к людям, они очень заразны.
10. «

    В силах актера только одно: все свое мастерство, весь свой темперамент, фантазию, наблюдательность использовать в роли так, чтобы обогатить ее содержанием. Тогда даже эпизод станет искусством…

    В силах актера только одно: все свое мастерство, весь свой темперамент, фантазию, наблюдательность использовать в роли так, чтобы обогатить ее содержанием. Тогда даже эпизод станет искусством…

    — Никита Сергеевич Михалков · книга
11. «

    Точка отсчета важна, а не то, во что одет, или на какую тему говорят!

    Точка отсчета важна, а не то, во что одет, или на какую тему говорят!
12. «

    Взаимоотношения между актерами, между актером и режиссером так или иначе носят характер чувственный, и эта чувственность не в раздувании ноздрей, не в хватании за руки, не в расстегивании лифчика или залезании в штаны, а в управлении той энергией, которая влияет на зрителя, потому что конечный результат – это то, что, возникнув здесь, передается туда.

    Взаимоотношения между актерами, между актером и режиссером так или иначе носят характер чувственный, и эта чувственность не в раздувании ноздрей, не в хватании за руки, не в расстегивании лифчика или залезании в штаны, а в управлении той энергией, которая влияет на зрителя, потому что конечный результат – это то, что, возникнув здесь, передается туда.

    — Никита Сергеевич Михалков · книга
13. «

    Уже нету и никогда не будет той Европы. Прекрасной, старой с чудным запахом кофе из бара с утра в Риме. Уже не будет американского кино 70-х годов с Джеком Николсоном: «Пять нетрудных музыкальных пьес» или там «Кто-то пролетел над гнездом»... Уже не будет Синатры! Этого не будет, всё! Это умерло! Европа под ядерным зонтиком Соединённых Штатов прекрасно развивалась, жила, толстела, была замечательна с точки зрения моды, нововведений, свобод, фестивалей — Канны, красная дорожка... Всё замечательно абсолютно. До момента когда они за этим за всем просто тупо не потеряли иммунитет. И свою трусость и бессилие они назвали толерантностью! И теперь начальник полиции Швеции в девять часов вечера просит женщин по телевидению не выходить на улицу. В Швеции! Вот и всё! У них нету сил. У них нет новой крови. У них нет новых идей. Римский папа ползает по полу и целует ботинки там, я уж не помню кому, камерунцу.

    Уже нету и никогда не будет той Европы. Прекрасной, старой с чудным запахом кофе из бара с утра в Риме. Уже не будет американского кино 70-х годов с Джеком Николсоном: «Пять нетрудных музыкальных пьес» или там «Кто-то пролетел над гнездом»... Уже не будет Синатры! Этого не будет, всё! Это умерло! Европа под ядерным зонтиком Соединённых Штатов прекрасно развивалась, жила, толстела, была замечательна с точки зрения моды, нововведений, свобод, фестивалей — Канны, красная дорожка... Всё замечательно абсолютно. До момента когда они за этим за всем просто тупо не потеряли иммунитет. И свою трусость и бессилие они назвали толерантностью! И теперь начальник полиции Швеции в девять часов вечера просит женщин по телевидению не выходить на улицу. В Швеции! Вот и всё! У них нету сил. У них нет новой крови. У них нет новых идей. Римский папа ползает по полу и целует ботинки там, я уж не помню кому, камерунцу.
14. «

    Человек должен быть готов к тому кресту, который он на себя взвалил. Мне очень точно мама говорила: бойся тех, для кого власть — это мечта. А иди за теми, для кого власть — это крест.

    Человек должен быть готов к тому кресту, который он на себя взвалил. Мне очень точно мама говорила: бойся тех, для кого власть — это мечта. А иди за теми, для кого власть — это крест.
15. «

    Американцы привыкли верить, что только их фильмы, только их звезды и только их «Оскар» есть то единственное важное и интересное, что происходит во всем мире кинематографа. Остальное для них – этакая тараканья возня.

    Американцы привыкли верить, что только их фильмы, только их звезды и только их «Оскар» есть то единственное важное и интересное, что происходит во всем мире кинематографа. Остальное для них – этакая тараканья возня.

    — Никита Сергеевич Михалков · книга
16. «

    Жестокая правда без любви есть ложь.

    Жестокая правда без любви есть ложь.

    — Территория моей любви · книга
17. «

    Европа, на мой взгляд, умирает, и называет трусость — толерантностью, бессилие — мультикультурализмом, и за это расплачивается, и отголоски этого будем мы хлебать... Но у нас просто другого пути нет! Другой путь — это вот взять, и всё, что было создано до сегодняшнего дня, включая Федора Михайловича Достоевского, Льва Николаевича Толстого и так далее — зачеркнуть, и впитать в себя абсолютно чужое, страшное, механическое, никогда не совмещающееся с Богом в человеке.

    Европа, на мой взгляд, умирает, и называет трусость — толерантностью, бессилие — мультикультурализмом, и за это расплачивается, и отголоски этого будем мы хлебать... Но у нас просто другого пути нет! Другой путь — это вот взять, и всё, что было создано до сегодняшнего дня, включая Федора Михайловича Достоевского, Льва Николаевича Толстого и так далее — зачеркнуть, и впитать в себя абсолютно чужое, страшное, механическое, никогда не совмещающееся с Богом в человеке.
18. «

    Я могу Вайнштейну только позавидовать, когда тебя, не обладающего внешностью Ален Делона, любят такие красивые женщины, но всё вместе это — порнография. Когда женщина, которая делала это, когда имела «товарный вид», а потом, потеряв его, начинает спекулировать на том, чтобы о ней вспомнили, это не очень красиво. Тут я согласен с Катрин Денев. Что вы делаете? Вы же разрушаете отношения между мужчинами и женщинами. Вы пугаете мужчин, мешаете им подходить к женщинам, привлекая их к другим мужчинам. Мне кажется, это некая тенденция, которая лично мной не может быть принята. Я считаю, что женщина должна быть женщиной, а мужчина — мужчиной. Как сказал Гейне, женщина, которая перестает быть женщиной, превращается в дурного мужчину.

    Я могу Вайнштейну только позавидовать, когда тебя, не обладающего внешностью Ален Делона, любят такие красивые женщины, но всё вместе это — порнография. Когда женщина, которая делала это, когда имела «товарный вид», а потом, потеряв его, начинает спекулировать на том, чтобы о ней вспомнили, это не очень красиво. Тут я согласен с Катрин Денев. Что вы делаете? Вы же разрушаете отношения между мужчинами и женщинами. Вы пугаете мужчин, мешаете им подходить к женщинам, привлекая их к другим мужчинам. Мне кажется, это некая тенденция, которая лично мной не может быть принята. Я считаю, что женщина должна быть женщиной, а мужчина — мужчиной. Как сказал Гейне, женщина, которая перестает быть женщиной, превращается в дурного мужчину.
19. «

    — А может, стоило отдать эти 55 миллионов ветеранам? — Это не сравнимо. Это все равно что сказать: «Давайте не будем строить храм Христа Спасителя, а деньги на его постройку отдадим людям».

    — А может, стоило отдать эти 55 миллионов ветеранам? — Это не сравнимо. Это все равно что сказать: «Давайте не будем строить храм Христа Спасителя, а деньги на его постройку отдадим людям».

    — Олег Кашин
20. «

    Кто верит в случай, тот не верит в Бога.

    Кто верит в случай, тот не верит в Бога.