107 цитат Николая Алексеевича Некрасова, проверенных временем

Подборка из 107 цитат Николая Алексеевича Некрасова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Чтоб одного возвеличить, борьба Тысячи слабых уносит - Даром ничто не дается: судьба Жертв искупительных просит.

   Чтоб одного возвеличить, борьба Тысячи слабых уносит - Даром ничто не дается: судьба Жертв искупительных просит.
2. «

   Да не робей за отчизну любезную... Вынес достаточно русский народ, Вынес и эту дорогу железную - Вынесет всё, что господь ни пошлет!

   Да не робей за отчизну любезную... Вынес достаточно русский народ, Вынес и эту дорогу железную - Вынесет всё, что господь ни пошлет!
3. «

   Без неё [любви] нет ключа ни к собственному существованию, ни к существованию других, и ею только объясняется, что самоубийства не сделались ежедневным явлением. По мере того как живёшь — умнеешь, светлеешь и охлаждаешься, мысль о бесцельности жизни начинает томить, тут делаешь посылку к другим — и они, вероятно (т. е. люди в настоящем смысле), чувствуют то же — жаль становится их — и вот является любовь.

   Без неё [любви] нет ключа ни к собственному существованию, ни к существованию других, и ею только объясняется, что самоубийства не сделались ежедневным явлением. По мере того как живёшь — умнеешь, светлеешь и охлаждаешься, мысль о бесцельности жизни начинает томить, тут делаешь посылку к другим — и они, вероятно (т. е. люди в настоящем смысле), чувствуют то же — жаль становится их — и вот является любовь.
4. «

   Хорошо не одевайся, Добела не умывайся, У соседок очи зорки, Востры языки! Ходи улицей потише, Носи голову пониже, Коли весело — не смейся, Не поплачь с тоски!..

   Хорошо не одевайся, Добела не умывайся, У соседок очи зорки, Востры языки! Ходи улицей потише, Носи голову пониже, Коли весело — не смейся, Не поплачь с тоски!..

   — Кому на Руси жить хорошо · книга
5. «

   Прости! Не помни дней паденья, Тоски, унынья, озлобленья, - Не помни бурь, не помни слёз, Не помни ревности угроз! Но дни, когда любви светило Над нами ласково всходило И бодро мы свершали путь – Благослови и не забудь.

   Прости! Не помни дней паденья, Тоски, унынья, озлобленья, - Не помни бурь, не помни слёз, Не помни ревности угроз! Но дни, когда любви светило Над нами ласково всходило И бодро мы свершали путь – Благослови и не забудь.
6. «

   Тут трезвому, что голому, неловко.

   Тут трезвому, что голому, неловко.

   — Кому на Руси жить хорошо · книга
7. «

   Он думал о положении провинциальных актрис. Самолюбие женщины страшно раздражено на этом поприще. Туалет есть часть её славы; а небольшого жалованья недостанет даже и на мытьё тонкого белья!

   Он думал о положении провинциальных актрис. Самолюбие женщины страшно раздражено на этом поприще. Туалет есть часть её славы; а небольшого жалованья недостанет даже и на мытьё тонкого белья!

   — Н · книга
8. «

   То сердце не научится любить, Которое устало ненавидеть.

   То сердце не научится любить, Которое устало ненавидеть.
9. «

   К чему хандрить, оплакивать потери? Когда б хоть легче было от того! Мне самому, как скрип тюремной двери, Противны стоны сердца моего.

   К чему хандрить, оплакивать потери? Когда б хоть легче было от того! Мне самому, как скрип тюремной двери, Противны стоны сердца моего.
10. «

    Но та рука со злобой их [письма] сожгла, Которая с любовью их писала!

    Но та рука со злобой их [письма] сожгла, Которая с любовью их писала!
11. «

    Немало Русь уж выслала Сынов своих, отмеченных Печатью дара божьего, На честные пути, Немало их оплакала.

    Немало Русь уж выслала Сынов своих, отмеченных Печатью дара божьего, На честные пути, Немало их оплакала.

    — Кому на Руси жить хорошо · книга
12. «

    В ней крепко и ясно сознанье, Что все их спасенье в труде, И труд ей несет воздаянье: Семейство не бьется в нужде.

    В ней крепко и ясно сознанье, Что все их спасенье в труде, И труд ей несет воздаянье: Семейство не бьется в нужде.

    — Мороз, красный нос · книга
13. «

    Вдруг у разбойника лютого Совесть господь пробудил.

    Вдруг у разбойника лютого Совесть господь пробудил.

    — Кому на Руси жить хорошо · книга
14. «

    Ему судьба готовила Путь славный, имя громкое Народного заступника. Чахотку и Сибирь.

    Ему судьба готовила Путь славный, имя громкое Народного заступника. Чахотку и Сибирь.
15. «

    Однажды, в студеную зимнюю пору, Я из лесу вышел; был сильный мороз. Гляжу, поднимается медленно в гору Лошадка, везущая хворосту воз. И, шествуя важно, в спокойствии чинном, Лошадку ведет под уздцы мужичок В больших сапогах, в полушубке овчинном, В больших рукавицах... а сам с ноготок! — Здорово, парнище! — «Ступай себе мимо!» — Уж больно ты грозен, как я погляжу! Откуда дровишки? — «Из лесу, вестимо; Отец, слышишь, рубит, а я отвожу». (В лесу раздавался топор дровосека.) — А что, у отца-то большая семья? «Семья-то большая, да два человека Всего мужиков-то: отец мой да я...»

    Однажды, в студеную зимнюю пору, Я из лесу вышел; был сильный мороз. Гляжу, поднимается медленно в гору Лошадка, везущая хворосту воз. И, шествуя важно, в спокойствии чинном, Лошадку ведет под уздцы мужичок В больших сапогах, в полушубке овчинном, В больших рукавицах... а сам с ноготок! — Здорово, парнище! — «Ступай себе мимо!» — Уж больно ты грозен, как я погляжу! Откуда дровишки? — «Из лесу, вестимо; Отец, слышишь, рубит, а я отвожу». (В лесу раздавался топор дровосека.) — А что, у отца-то большая семья? «Семья-то большая, да два человека Всего мужиков-то: отец мой да я...»
16. «

    Под жестокой рукой человека Чуть жива, безобразно тоща, Надрывается лошадь-калека, Непосильную ношу влача. Вот она зашаталась и стала. «Ну!» — погонщик полено схватил (Показалось кнута ему мало) - И уж бил её, бил её, бил! Ноги как-то расставив широко, Вся дымясь, оседая назад, Лошадь только вздыхала глубоко И глядела... (так люди глядят, Покоряясь неправым нападкам). Он опять: по спине, по бокам, И, вперед забежав, по лопаткам И по плачущим, кротким глазам! Всё напрасно. Клячонка стояла, Полосатая вся от кнута, Лишь на каждый удар отвечала Равномерным движеньем хвоста.

    Под жестокой рукой человека Чуть жива, безобразно тоща, Надрывается лошадь-калека, Непосильную ношу влача. Вот она зашаталась и стала. «Ну!» — погонщик полено схватил (Показалось кнута ему мало) - И уж бил её, бил её, бил! Ноги как-то расставив широко, Вся дымясь, оседая назад, Лошадь только вздыхала глубоко И глядела... (так люди глядят, Покоряясь неправым нападкам). Он опять: по спине, по бокам, И, вперед забежав, по лопаткам И по плачущим, кротким глазам! Всё напрасно. Клячонка стояла, Полосатая вся от кнута, Лишь на каждый удар отвечала Равномерным движеньем хвоста.
17. «

    Кто долго так способен был Прощать, не понимать, не видеть, Тот, верно, глубоко любил, Но глубже будет ненавидеть...

    Кто долго так способен был Прощать, не понимать, не видеть, Тот, верно, глубоко любил, Но глубже будет ненавидеть...
18. «

    Вчерашний день, часу в шестом, Зашел я на Сенную. Там били женщину кнутом, Крестьянку молодую. Ни звука из ее груди, Лишь бич свистал, играя... И Музе я сказал: «Гляди, Сестра твоя родная!»

    Вчерашний день, часу в шестом, Зашел я на Сенную. Там били женщину кнутом, Крестьянку молодую. Ни звука из ее груди, Лишь бич свистал, играя... И Музе я сказал: «Гляди, Сестра твоя родная!»
19. «

    Счастливые глухи к добру.

    Счастливые глухи к добру.
20. «

    Но нет пощады у судьбы Тому, чей благородный гений Стал обличителем толпы, Ее страстей и заблуждений. Питая ненавистью грудь, Уста вооружив сатирой, Проходит он тернистый путь С своей карающею лирой.

    Но нет пощады у судьбы Тому, чей благородный гений Стал обличителем толпы, Ее страстей и заблуждений. Питая ненавистью грудь, Уста вооружив сатирой, Проходит он тернистый путь С своей карающею лирой.