75 фраз Николая Алексеевича Заболоцкого для статуса

Николай Алексеевич Заболоцкий — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 75 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Уступи мне, скворец, уголок, Посели меня в старом скворечнике. Отдаю тебе душу в залог За твои голубые подснежники. <...> Начинай серенаду, скворец! Сквозь литавры и бубны истории Ты — наш первый весенний певец Из березовой консерватории. <...> А весна хороша, хороша! Охватило всю душу сиренями. Поднимай же скворешню, душа, Над твоими садами весенними.

   Уступи мне, скворец, уголок, Посели меня в старом скворечнике. Отдаю тебе душу в залог За твои голубые подснежники. <...> Начинай серенаду, скворец! Сквозь литавры и бубны истории Ты — наш первый весенний певец Из березовой консерватории. <...> А весна хороша, хороша! Охватило всю душу сиренями. Поднимай же скворешню, душа, Над твоими садами весенними.
2. «

   И знанья малая частица Открылась им на склоне лет, Что счастье наше — лишь зарница, Лишь отдаленный слабый свет.

   И знанья малая частица Открылась им на склоне лет, Что счастье наше — лишь зарница, Лишь отдаленный слабый свет.
3. «

   Осенний мир осмысленно устроен И населен. Войди в него и будь душой спокоен, Как этот клён.

   Осенний мир осмысленно устроен И населен. Войди в него и будь душой спокоен, Как этот клён.
4. «

   Отчего, как восточное диво, Черноока, печальна, бледна, Ты сегодня всю ночь молчаливо До рассвета сидишь у окна?

   Отчего, как восточное диво, Черноока, печальна, бледна, Ты сегодня всю ночь молчаливо До рассвета сидишь у окна?
5. «

   Во многом знании — немалая печаль, Так говорил творец Экклезиаста. Я вовсе не мудрец, но почему так часто Мне жаль весь мир и человека жаль?

   Во многом знании — немалая печаль, Так говорил творец Экклезиаста. Я вовсе не мудрец, но почему так часто Мне жаль весь мир и человека жаль?
6. «

   Дурная почва: слишком узловат И этот дуб, и нет великолепья В его ветвях. Какие-то отрепья Торчат на нем и глухо шелестят.

   Дурная почва: слишком узловат И этот дуб, и нет великолепья В его ветвях. Какие-то отрепья Торчат на нем и глухо шелестят.
7. «

   У нас, монголов, дисциплина, Убил — и сам иди под меч. Выходит, наша писанина Не та, чтоб выгоду извлечь.

   У нас, монголов, дисциплина, Убил — и сам иди под меч. Выходит, наша писанина Не та, чтоб выгоду извлечь.
8. «

   Мне верить хочется, что сердце не игрушка, Сломать его едва ли можно вдруг! Мне верить хочется, что чистый этот пламень, Который в глубине ее горит, Всю боль свою один переболит, И перетопит самый тяжкий камень!

   Мне верить хочется, что сердце не игрушка, Сломать его едва ли можно вдруг! Мне верить хочется, что чистый этот пламень, Который в глубине ее горит, Всю боль свою один переболит, И перетопит самый тяжкий камень!
9. «

   В краю чудес, в краю живых растений, Несовершенной мудростью дыша, Зачем ты просишь новых впечатлений И новых бурь, пытливая душа? Не обольщайся призраком покоя: Бывает жизнь обманчива на вид. Настанет час, и утро роковое Твои мечты, сверкая, ослепит.

   В краю чудес, в краю живых растений, Несовершенной мудростью дыша, Зачем ты просишь новых впечатлений И новых бурь, пытливая душа? Не обольщайся призраком покоя: Бывает жизнь обманчива на вид. Настанет час, и утро роковое Твои мечты, сверкая, ослепит.
10. «

    Осветив черепицу на крыше И согрев древесину сосны, Поднимается выше и выше Запоздалое солнце весны.

    Осветив черепицу на крыше И согрев древесину сосны, Поднимается выше и выше Запоздалое солнце весны.
11. «

    Он-то знал, что кончается лето, Что подходят ненастные дни, Что давно уж их песенка спета,- То, что, к счастью, не знали они.

    Он-то знал, что кончается лето, Что подходят ненастные дни, Что давно уж их песенка спета,- То, что, к счастью, не знали они.
12. «

    Облетают последние маки, Журавли улетают, трубя, И природа в болезненном мраке Не похожа сама на себя.

    Облетают последние маки, Журавли улетают, трубя, И природа в болезненном мраке Не похожа сама на себя.
13. «

    Восходит солнце над Москвой, Старухи бегают с тоской: Куда, куда идти теперь? Уж Новый Быт стучится в дверь!

    Восходит солнце над Москвой, Старухи бегают с тоской: Куда, куда идти теперь? Уж Новый Быт стучится в дверь!
14. «

    И вся природа начинает леденеть, Лист клена, словно медь, Звенит, ударившись о маленький сучок. И мы должны понять, что это есть значок, Который посылает нам природа, Вступившая в другое время года.

    И вся природа начинает леденеть, Лист клена, словно медь, Звенит, ударившись о маленький сучок. И мы должны понять, что это есть значок, Который посылает нам природа, Вступившая в другое время года.
15. «

    Что сердце? Сердце — воск. Когда ему блеснет Огонь сочувственный, огонь родного края, Растопиться оно и, медленно сгорая, Навстречу жизни радостно плывет.

    Что сердце? Сердце — воск. Когда ему блеснет Огонь сочувственный, огонь родного края, Растопиться оно и, медленно сгорая, Навстречу жизни радостно плывет.
16. «

    Как открывается заржавевшая дверь, С трудом, с усилием, — забыв о том, что было, Она, моя нежданная, теперь Свое лицо навстречу мне открыла.

    Как открывается заржавевшая дверь, С трудом, с усилием, — забыв о том, что было, Она, моя нежданная, теперь Свое лицо навстречу мне открыла.
17. «

    В неизбежном предчувствии горя, В ожиданье осенних минут, Кратковременной радости море Окружало любовников тут.

    В неизбежном предчувствии горя, В ожиданье осенних минут, Кратковременной радости море Окружало любовников тут.
18. «

    Но ведь в жизни солдаты мы, И уже на пределах ума Содрогаются атомы, Белым вихрем вздымая дома. Как безумные мельницы, Машут войны крылами вокруг.

    Но ведь в жизни солдаты мы, И уже на пределах ума Содрогаются атомы, Белым вихрем вздымая дома. Как безумные мельницы, Машут войны крылами вокруг.
19. «

    Хвала тому, кто, встав среди камней, Уча другого, будет сам умней.

    Хвала тому, кто, встав среди камней, Уча другого, будет сам умней.
20. «

    Мой зонтик рвется, точно птица, И вырывается, треща. Шумит над миром и дымится Сырая хижина дождя.

    Мой зонтик рвется, точно птица, И вырывается, треща. Шумит над миром и дымится Сырая хижина дождя.