147 цитат Николая Степановича Гумилёва

Подборка из 147 цитат Николая Степановича Гумилёва: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ты пожалела, ты простила И даже руку подала мне, Когда в душе, где смерть бродила, И камня не было на камне.

   Ты пожалела, ты простила И даже руку подала мне, Когда в душе, где смерть бродила, И камня не было на камне.
2. «

   Да, я знаю, я вам не пара, Я пришел из другой страны, И мне нравится не гитара, А дикарский напев зурны.

   Да, я знаю, я вам не пара, Я пришел из другой страны, И мне нравится не гитара, А дикарский напев зурны.
3. «

   Я придумал это, глядя на твои Косы, кольца огневеющей змеи,

   Я придумал это, глядя на твои Косы, кольца огневеющей змеи,
4. «

   Правдива смерть, а жизнь бормочет ложь...

   Правдива смерть, а жизнь бормочет ложь...
5. «

   Я знаю женщину: молчанье, Усталость горькая от слов, Живет в таинственном мерцанье Ее расширенных зрачков.

   Я знаю женщину: молчанье, Усталость горькая от слов, Живет в таинственном мерцанье Ее расширенных зрачков.
6. «

   Над стихом надо изводиться, как пианисту над клавишами, чтобы усвоить технику. Это не одно вдохновение, но и трудная наука. Легче ювелиру выучиться чеканить драгоценные металлы… А ведь наш русский язык именно драгоценнейший из них. Нет в мире другого, равного ему — по красоте звука и по гармонии концепции.

   Над стихом надо изводиться, как пианисту над клавишами, чтобы усвоить технику. Это не одно вдохновение, но и трудная наука. Легче ювелиру выучиться чеканить драгоценные металлы… А ведь наш русский язык именно драгоценнейший из них. Нет в мире другого, равного ему — по красоте звука и по гармонии концепции.
7. «

   Моя душа осаждена Безумно-странными грехами. Она — как древняя жена Перед своими женихами.

   Моя душа осаждена Безумно-странными грехами. Она — как древняя жена Перед своими женихами.
8. «

   Когда мы сказали: «Довольно»? Давно ли, и что это значит? Hо странно, что сердцу не больно, Что сердце не плачет.

   Когда мы сказали: «Довольно»? Давно ли, и что это значит? Hо странно, что сердцу не больно, Что сердце не плачет.
9. «

   Ах, иначе в былые года Колдовала земля с небесами, Дива дивные зрелись тогда, Чуда чудные деялись сами...

   Ах, иначе в былые года Колдовала земля с небесами, Дива дивные зрелись тогда, Чуда чудные деялись сами...
10. «

    А иные любят, как поют, Как поют и дивно торжествуют, В сказочный скрываются приют; А иные любят, как танцуют.

    А иные любят, как поют, Как поют и дивно торжествуют, В сказочный скрываются приют; А иные любят, как танцуют.
11. «

    Заперты мне все богатые двери, И мои бедные сказки-стихи Слушают только бездомные звери Да на высоких горах пастухи.

    Заперты мне все богатые двери, И мои бедные сказки-стихи Слушают только бездомные звери Да на высоких горах пастухи.
12. «

    Иногда я бываю печален, Я забытый, покинутый бог, Созидающий, в груде развалин Старых храмов, грядущий чертог.

    Иногда я бываю печален, Я забытый, покинутый бог, Созидающий, в груде развалин Старых храмов, грядущий чертог.
13. «

    Зачем они ко мне собрались, думы, Как воры ночью в тихий мрак предместий? Как коршуны, зловещи и угрюмы, Зачем жестокой требовали мести?

    Зачем они ко мне собрались, думы, Как воры ночью в тихий мрак предместий? Как коршуны, зловещи и угрюмы, Зачем жестокой требовали мести?
14. «

    Как сладко жить, как сладко побеждать моря и девушек, врагов и слово.

    Как сладко жить, как сладко побеждать моря и девушек, врагов и слово.
15. «

    Закричал громогласно В сине-чёрную сонь На дворе моём красный И пернатый огонь.

    Закричал громогласно В сине-чёрную сонь На дворе моём красный И пернатый огонь.
16. «

    Знай, я больше не буду жестоким, Будь счастливой, с кем хочешь, хоть с ним, Я уеду, далёким, далёким, Я не буду печальным и злым.

    Знай, я больше не буду жестоким, Будь счастливой, с кем хочешь, хоть с ним, Я уеду, далёким, далёким, Я не буду печальным и злым.
17. «

    Нежно-небывалая отрада Прикоснулась к моему плечу, И теперь мне ничего не надо, Ни тебя, ни счастья не хочу.

    Нежно-небывалая отрада Прикоснулась к моему плечу, И теперь мне ничего не надо, Ни тебя, ни счастья не хочу.
18. «

    Ты не могла иль не хотела Мою почувствовать истому, Своё дурманящее тело И сердце бережёшь другому.

    Ты не могла иль не хотела Мою почувствовать истому, Своё дурманящее тело И сердце бережёшь другому.
19. «

    Барабаны, гремите, а трубы, ревите, — а знамена везде взнесены. Со времен Македонца такой не бывало грозовой и чудесной войны. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Кровь лиловая немцев, голубая — французов, и славянская красная кровь.

    Барабаны, гремите, а трубы, ревите, — а знамена везде взнесены. Со времен Македонца такой не бывало грозовой и чудесной войны. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Кровь лиловая немцев, голубая — французов, и славянская красная кровь.
20. «

    Я говорил: «Ты хочешь, хочешь? Могу я быть тобой любим? Ты счастье странное пророчишь Гортанным голосом твоим».

    Я говорил: «Ты хочешь, хочешь? Могу я быть тобой любим? Ты счастье странное пророчишь Гортанным голосом твоим».