Она была центром нашего семейного колеса. А мы были спицами. Она умерла и наш центр пропал. Наверное, поэтому ее утрата так болезненна. Мы не только утратили маму, нам пришлось стать другой семьей.
Время представляется мне в виде ручья, порогов и водопада. В жизни каждого человека бывают периоды, когда дела идут гладко. Ты словно плывешь в каноэ, лениво гребя и наслаждаясь видами. Один день впадает в другой, работа спорится, и даже появляется время расслабиться. Потом течение становится сильнее, ты еще успеваешь все, но уже приходится прилагать чуть больше усилий. Но вот начинаются пороги, и внезапно становится труднее. Это может быть новый проект на работе, болезнь кого-нибудь из родных, смена работы или сокращение. Ты должен миновать пороги и выплыть на безопасную воду. Иначе тебя ждет водопад.
— Никаких специальных рекомендаций? — Я скорее всего возьму стейк. — Почему-то это меня не удивляет, — улыбнулась она. — Вы что-то имеете против стейка? — Нет, просто вы не показались мне любителем тофу и салата, — усмехнулась Сара, закрывая меню. — А вот я должна следить за стройностью фигуры. — И что же возьмете? — Стейк, конечно.
С годами я пришел к выводу, что семья — будто твоя тень солнечным днем, она тут, прямо за спиной, незримо идет следом, что бы ни случилось. Семья всегда рядом.
В жизни так мало чётко определённых «начал», тех моментов, когда мы, оглядываясь назад, можем точно сказать: это началось именно тогда. И всё же есть минуты, когда судьба, пересекаясь с нашей повседневной жизнью, даёт толчок последовательности событий, исход которых предвидеть невозможно.
Я начал работать помощником оценщика недвижимости в одной из местных компаний, не бросая работу официанта и написание книг по ночам, и постепенно накопил на колечко с маленьким бриллиантом. Я преподнес его Кети и она согласилась стать моей женой.
Возможно, это всего лишь инстинкт юриста, но я вдруг задумался, что станет с этими вещами, когда Ной умрет. Как распределить их среди детей? Самое простое решение раздать поровну, но тогда возникнут другие сложности. Кто, например, получит тетрадь? Кто письма или дневники? Не трудно разделить деньги, но как разделить душу?
У нее не хватало энергии разобраться в собственных эмоциях, напоминавших огромный спутанный клубок. Словно внутри что-то сломалось, совершенно лишив ее сил.
Когда Ной почувствовал, что ком в горле растаял, он наклонился к Элли и шепнул: – Ты – ответ на все мои молитвы. Ты – моя песня, моя мечта, мое дыхание. Я не понимаю, как смог прожить без тебя так долго. Я люблю тебя больше, чем ты можешь себе представить. Я всегда любил и буду любить только тебя. – Ах, Ной! – только и выдохнула Элли, прижимаясь к нему. Сейчас она любила, хотела, желала его больше, чем когда-либо в жизни.