517 цитат Нила Геймана

Ниже 517 цитат Нила Геймана — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Есть те, которые есть такие, какие есть. А есть те, которые не такие, какими кажутся. И есть ещё те, которые только кажутся такими, какими кажутся.

   Есть те, которые есть такие, какие есть. А есть те, которые не такие, какими кажутся. И есть ещё те, которые только кажутся такими, какими кажутся.

   — Хрупкие вещи · книга
2. «

   В квартире Кроули были спальня, кухня, кабинет и туалет: везде и всегда абсолютная чистота и порядок. Кроули попробовал, каково ждать конца света в каждой из этих комнат, и всюду было неудобно.

   В квартире Кроули были спальня, кухня, кабинет и туалет: везде и всегда абсолютная чистота и порядок. Кроули попробовал, каково ждать конца света в каждой из этих комнат, и всюду было неудобно.

   — Терри Пратчетт · книга
3. «

   Перевод: Большинство монахинь этого монастыря были сатанистами старой закалки, такими же как их родители и родители их родителей. Они были так выращены и, если получше приглядеться, оказывались совсем не злыми. Люди, в основном, вообще не злые. Просто они легко увлекаются новыми идеями: например, как одеться в высокие сапоги и расстреливать людей, или одеться в белые простыни и казнить людей, или одеться в узкие джинсы и играть людям на гитарах. Предложи людям новое мировоззрение и костюмы, и за тобой последуют и их разум, и души.

   Перевод: Большинство монахинь этого монастыря были сатанистами старой закалки, такими же как их родители и родители их родителей. Они были так выращены и, если получше приглядеться, оказывались совсем не злыми. Люди, в основном, вообще не злые. Просто они легко увлекаются новыми идеями: например, как одеться в высокие сапоги и расстреливать людей, или одеться в белые простыни и казнить людей, или одеться в узкие джинсы и играть людям на гитарах. Предложи людям новое мировоззрение и костюмы, и за тобой последуют и их разум, и души.

   — Терри Пратчетт · книга
4. «

   Все хотят знать, что их горе и траур помещены в контекст их родного городка, а не превращены в шоу на общенациональном уровне. Но во всех отраслях экономики, — а смерть это тоже отрасль экономики, не обманывайтесь на этот счёт, мой юный друг — деньги делаются на оптовых продажах, на крупных закупках, на централизации сделок.

   Все хотят знать, что их горе и траур помещены в контекст их родного городка, а не превращены в шоу на общенациональном уровне. Но во всех отраслях экономики, — а смерть это тоже отрасль экономики, не обманывайтесь на этот счёт, мой юный друг — деньги делаются на оптовых продажах, на крупных закупках, на централизации сделок.

   — Ибис · книга
5. «

   План А сработал. План Б – нет. Все зависело от Плана В, в котором был только один недостаток: Кроули дошел только до буквы Б.

   План А сработал. План Б – нет. Все зависело от Плана В, в котором был только один недостаток: Кроули дошел только до буквы Б.

   — Терри Пратчетт · книга
6. «

   Я ведь тебя уже один раз убил сегодня. Ну почему же люди никогда не учатся на своих ошибках?

   Я ведь тебя уже один раз убил сегодня. Ну почему же люди никогда не учатся на своих ошибках?

   — Никогде · книга
7. «

   Отвага прекрасна, Отвага красива, Но нас она убивает.

   Отвага прекрасна, Отвага красива, Но нас она убивает.

   — Дым и зеркала · книга
8. «

   Высокомерия оказалось у мальчонки столько, сколько встречается только у величайших художников и девятилетних мальчиков.

   Высокомерия оказалось у мальчонки столько, сколько встречается только у величайших художников и девятилетних мальчиков.

   — Никогде · книга
9. «

   С вашим племенем всегда так. Вам подавай молодость и красоту. Свои собственные вы уже давным-давно растратили и теперь изобретаете все новые способы добывать их – с каждым разом все сложнее. А еще вы все время хотите власти.

   С вашим племенем всегда так. Вам подавай молодость и красоту. Свои собственные вы уже давным-давно растратили и теперь изобретаете все новые способы добывать их – с каждым разом все сложнее. А еще вы все время хотите власти.

   — Дева и веретено · книга
10. «

    Пока я рос, я вычитал в книгах столько примеров для подражания. По большей части они научили меня, что и когда нужно делать, как себя вести.

    Пока я рос, я вычитал в книгах столько примеров для подражания. По большей части они научили меня, что и когда нужно делать, как себя вести.

    — Океан в конце дороги · книга
11. «

    Когда что-то шло не так, Тор всегда делал ряд вещей. И первым делом он всегда спрашивал себя, виноват ли в случившемся Локи. Тор задумался... но как-то ему не верилось, что даже Локи отважился бы стащить его молот. Поэтому он сделал вещь из списка мер специально для случаев, когда что-то шло не так: он пошел спрашивать у Локи совета.

    Когда что-то шло не так, Тор всегда делал ряд вещей. И первым делом он всегда спрашивал себя, виноват ли в случившемся Локи. Тор задумался... но как-то ему не верилось, что даже Локи отважился бы стащить его молот. Поэтому он сделал вещь из списка мер специально для случаев, когда что-то шло не так: он пошел спрашивать у Локи совета.

    — Скандинавские боги · книга
12. «

    Все время от времени совершают ошибки. Ничего не поделаешь, мы ведь не роботы.

    Все время от времени совершают ошибки. Ничего не поделаешь, мы ведь не роботы.

    — Никогде · книга
13. «

    Первый раз он услышал о том, что надо говорить с растениями, в начале семидесятых по Четвертому каналу Би-Би-Си, и решил, что это замечательная идея. Хотя, пожалуй, вряд ли можно было назвать то, что делал Кроули, разговором. На самом деле он вселял в них страх гнева господня. Точнее, страх гнева Кроули.

    Первый раз он услышал о том, что надо говорить с растениями, в начале семидесятых по Четвертому каналу Би-Би-Си, и решил, что это замечательная идея. Хотя, пожалуй, вряд ли можно было назвать то, что делал Кроули, разговором. На самом деле он вселял в них страх гнева господня. Точнее, страх гнева Кроули.

    — Терри Пратчетт · книга
14. «

    Частенько один и тот же человек делал и зло, и добро. Это всё из-за свободы воли, понятно. Всё дело в ней.

    Частенько один и тот же человек делал и зло, и добро. Это всё из-за свободы воли, понятно. Всё дело в ней.

    — Терри Пратчетт · книга
15. «

    Дейзи издала неопределённый звук, не означающий ни «да», ни «нет». Такой звук издают, говоря, мол, я знаю, что кто-то что-то сказал, и если я его издам, может, они уйдут.

    Дейзи издала неопределённый звук, не означающий ни «да», ни «нет». Такой звук издают, говоря, мол, я знаю, что кто-то что-то сказал, и если я его издам, может, они уйдут.

    — Сыновья Ананси · книга
16. «

    Человеческую историю гораздо легче понять, если уяснить себе: большинство великих побед и трагедий произошло не потому, что их виновники были по натуре своей плохими или хорошими. Они по натуре своей были людьми.

    Человеческую историю гораздо легче понять, если уяснить себе: большинство великих побед и трагедий произошло не потому, что их виновники были по натуре своей плохими или хорошими. Они по натуре своей были людьми.

    — Терри Пратчетт · книга
17. «

    Все просто, если знаешь, как это делается.

    Все просто, если знаешь, как это делается.

    — Дым и зеркала · книга
18. «

    – И в любом случае, не понимаю, что плохого в том, чтобы различать добро и зло? – Должно быть что-то плохое, – рассудительно сказал Азирафель, но по тону его было понятно, что он тоже этого не понимает и это вызывает у него некоторое беспокойство.

    – И в любом случае, не понимаю, что плохого в том, чтобы различать добро и зло? – Должно быть что-то плохое, – рассудительно сказал Азирафель, но по тону его было понятно, что он тоже этого не понимает и это вызывает у него некоторое беспокойство.

    — Терри Пратчетт · книга
19. «

    Как у всех разумных существ, у Толстого Чарли был порог способности удивляться. Уже несколько дней стрелка отклонялась в «красное», иногда зашкаливала, а теперь прибор окончательно вышел из строя. Начиная с этого мгновения, ничто — решил он — не может его удивить. Больше идиотских несуразностей уже случиться не может. Приехали. Но, разумеется, он ошибался.

    Как у всех разумных существ, у Толстого Чарли был порог способности удивляться. Уже несколько дней стрелка отклонялась в «красное», иногда зашкаливала, а теперь прибор окончательно вышел из строя. Начиная с этого мгновения, ничто — решил он — не может его удивить. Больше идиотских несуразностей уже случиться не может. Приехали. Но, разумеется, он ошибался.

    — Сыновья Ананси · книга
20. «

    Если нас еще любят и помнят, нечто, очень похожее на нас, занимает наше место, и вся чертова канитель начинается сызнова. А если нас позабыли, с нами покончено.

    Если нас еще любят и помнят, нечто, очень похожее на нас, занимает наше место, и вся чертова канитель начинается сызнова. А если нас позабыли, с нами покончено.

    — Американские боги · книга