559 мудрых мыслей Нила Геймана

Ниже 559 цитат Нила Геймана — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Все хотят знать, что их горе и траур помещены в контекст их родного городка, а не превращены в шоу на общенациональном уровне. Но во всех отраслях экономики, — а смерть это тоже отрасль экономики, не обманывайтесь на этот счёт, мой юный друг — деньги делаются на оптовых продажах, на крупных закупках, на централизации сделок.

   Все хотят знать, что их горе и траур помещены в контекст их родного городка, а не превращены в шоу на общенациональном уровне. Но во всех отраслях экономики, — а смерть это тоже отрасль экономики, не обманывайтесь на этот счёт, мой юный друг — деньги делаются на оптовых продажах, на крупных закупках, на централизации сделок.

   — Ибис · книга
2. «

   Они как те люди, которые думают, что будут счастливы, если переедут в другое место, а потом оказывается: куда бы ты ни поехал, ты берёшь с собой себя.

   Они как те люди, которые думают, что будут счастливы, если переедут в другое место, а потом оказывается: куда бы ты ни поехал, ты берёшь с собой себя.

   — Никто Оуэнс · книга
3. «

   Правду он считал по сути податливой и ранимой, скорее делом мнения, чем фактом.

   Правду он считал по сути податливой и ранимой, скорее делом мнения, чем фактом.

   — Сыновья Ананси · книга
4. «

   Нет ничего лучше абсолютного неведения, не правда ли?

   Нет ничего лучше абсолютного неведения, не правда ли?

   — Никогде · книга
5. «

   Мир никуда не годится, пока в нем никто не живет.

   Мир никуда не годится, пока в нем никто не живет.

   — Скандинавские боги · книга
6. «

   Писать — все равно, что летать во сне. Когда вспоминаешь. Когда можешь. Когда получается. Это легко.

   Писать — все равно, что летать во сне. Когда вспоминаешь. Когда можешь. Когда получается. Это легко.

   — Дым и зеркала · книга
7. «

   Ангел Ислингтон, стоявший рядом с ней, повернулся и широко улыбнулся. В его улыбке читались сочувствие и теплота, и Ричарду стало страшно.

   Ангел Ислингтон, стоявший рядом с ней, повернулся и широко улыбнулся. В его улыбке читались сочувствие и теплота, и Ричарду стало страшно.

   — Никогде · книга
8. «

   Даже в этом темном мире встречаются добрые люди.

   Даже в этом темном мире встречаются добрые люди.

   — Ивэйн · книга
9. «

   Ей не хватало его так, что, казалось, в грудь ей вбивают что-то острое, скажем, кол или сосульку, созданную из холода, одиночества и сознания того, что на этом свете она никогда больше его не увидит.

   Ей не хватало его так, что, казалось, в грудь ей вбивают что-то острое, скажем, кол или сосульку, созданную из холода, одиночества и сознания того, что на этом свете она никогда больше его не увидит.

   — Дым и зеркала · книга
10. «

    Люди не просто так появляются в нашей жизни. У всего есть причина.

    Люди не просто так появляются в нашей жизни. У всего есть причина.

    — Хрупкие вещи · книга
11. «

    Мало кто из нас видел звезды такими, как народ тех дней: в наших городах слишком много света.

    Мало кто из нас видел звезды такими, как народ тех дней: в наших городах слишком много света.

    — Звёздная пыль · книга
12. «

    Не будь он твердо уверен в своей вменяемости, уверен до такой степени, которая обычно встречается только у тех, кто беспрекословно считает себя Юлием Цезарем, посланным спасти мир от адских полчищ, то решил, что сходит с ума.

    Не будь он твердо уверен в своей вменяемости, уверен до такой степени, которая обычно встречается только у тех, кто беспрекословно считает себя Юлием Цезарем, посланным спасти мир от адских полчищ, то решил, что сходит с ума.

    — Сыновья Ананси · книга
13. «

    – С вами когда-нибудь бывало такое, чтобы вы получили все, что хотели, а потом оказалось, что на самом деле вы хотели совсем не того? – Не-а, – ответила старуха и потерла глаза. – У меня никогда не было всего, что я хотела. – Я думал, что мне все это нужно. Думал, что хочу нормальной жизни. Не знаю, может быть, я сошел с ума. Может быть. Но если нет ничего другого, тогда я не хочу быть нормальным.

    – С вами когда-нибудь бывало такое, чтобы вы получили все, что хотели, а потом оказалось, что на самом деле вы хотели совсем не того? – Не-а, – ответила старуха и потерла глаза. – У меня никогда не было всего, что я хотела. – Я думал, что мне все это нужно. Думал, что хочу нормальной жизни. Не знаю, может быть, я сошел с ума. Может быть. Но если нет ничего другого, тогда я не хочу быть нормальным.

    — Ричард Мэхью · книга
14. «

    – Знаете, мне очень нравится семья королевы. – И мне тоже, – оживился мистер Янг, с благодарностью перепрыгивая на так удачно подвернувшуюся льдину в безумном потоке сознания. По крайней мере, разговор в отношении королевской семьи не вызывал опасений. Если, конечно, речь шла о настоящих ее представителях, которые добросовестно выполняют свою работу, приветствуя народ с балкона и спуская на воду новый авианосец. Не тех, которые всю ночь шляются по клубам и блюют на папарацци. Здесь, возможно, следует заметить: мистер Янг полагал, что «папарацци» – это разновидность итальянского линолеума.

    – Знаете, мне очень нравится семья королевы. – И мне тоже, – оживился мистер Янг, с благодарностью перепрыгивая на так удачно подвернувшуюся льдину в безумном потоке сознания. По крайней мере, разговор в отношении королевской семьи не вызывал опасений. Если, конечно, речь шла о настоящих ее представителях, которые добросовестно выполняют свою работу, приветствуя народ с балкона и спуская на воду новый авианосец. Не тех, которые всю ночь шляются по клубам и блюют на папарацци. Здесь, возможно, следует заметить: мистер Янг полагал, что «папарацци» – это разновидность итальянского линолеума.

    — Терри Пратчетт · книга
15. «

    – Но ты же не можешь оставить все, как есть! – кинулась к нему Анафема. – Подумай, сколько всего ты можешь сделать! Сколько хорошего! – Например? – осторожно спросил Адам. – Ну… для начала ты мог бы оживить всех китов. Адам глянул на нее искоса. – И тогда люди не будут их убивать? Она замолчала. Как было бы здорово ответить «да»… – А когда люди начнут убивать их, что ты попросишь сделать с людьми?

    – Но ты же не можешь оставить все, как есть! – кинулась к нему Анафема. – Подумай, сколько всего ты можешь сделать! Сколько хорошего! – Например? – осторожно спросил Адам. – Ну… для начала ты мог бы оживить всех китов. Адам глянул на нее искоса. – И тогда люди не будут их убивать? Она замолчала. Как было бы здорово ответить «да»… – А когда люди начнут убивать их, что ты попросишь сделать с людьми?

    — Терри Пратчетт · книга
16. «

    ... Волосы у нее - Золотая пшеница, Глаза — серая туча, крутые бедра, Она усмехнется — криво и иронично...

    ... Волосы у нее - Золотая пшеница, Глаза — серая туча, крутые бедра, Она усмехнется — криво и иронично...

    — Дым и зеркала · книга
17. «

    – А тогда когда тебя выпустят, а? – спросила Пеппер. – Никогда. Буду здесь сидеть год за годом, много-много лет. Когда меня выпустят, я буду уже полный старик, – ответил Адам. – А завтра? – спросил Уэнслидейл. Адам оживился. – А завтра конечно! – заявил он.

    – А тогда когда тебя выпустят, а? – спросила Пеппер. – Никогда. Буду здесь сидеть год за годом, много-много лет. Когда меня выпустят, я буду уже полный старик, – ответил Адам. – А завтра? – спросил Уэнслидейл. Адам оживился. – А завтра конечно! – заявил он.

    — Терри Пратчетт · книга
18. «

    Лондонская кольцевая дорога была одним из главных достижений Кроули. На ее создание понадобились годы, а также три атаки хакеров, два грабежа со взломом и взятка (не особенно крупная). Потом, в одну промозглую ночь, когда все эти меры ни к чему не привели, Кроули пришлось еще два часа хлюпать в поле по колено в грязи – он вносил в разметку топографов незаметные, но невероятно значимые, с оккультной точки зрения, исправления. Зато потом, когда Кроули увидел на М25 первую пробку, растянувшуюся на полсотни километров, он испытал приятное теплое ощущение удовлетворения от отвратительно выполненной работы.

    Лондонская кольцевая дорога была одним из главных достижений Кроули. На ее создание понадобились годы, а также три атаки хакеров, два грабежа со взломом и взятка (не особенно крупная). Потом, в одну промозглую ночь, когда все эти меры ни к чему не привели, Кроули пришлось еще два часа хлюпать в поле по колено в грязи – он вносил в разметку топографов незаметные, но невероятно значимые, с оккультной точки зрения, исправления. Зато потом, когда Кроули увидел на М25 первую пробку, растянувшуюся на полсотни километров, он испытал приятное теплое ощущение удовлетворения от отвратительно выполненной работы.

    — Терри Пратчетт · книга
19. «

    В конце концов, все религии по сути метафоры: Господь – это мечта, надежда, женщина, насмешник, отец, город, дом с тысячью комнат, часовщик, оставивший в пустыне бесценный хронометр, некто, кто вас любит, даже, быть может – вопреки всем доказательствам, – небожитель, чья единственная забота сделать так, чтобы ваша футбольная команда, армия, бизнес или брак преуспели, процветали и взяли вверх над любым противником.

    В конце концов, все религии по сути метафоры: Господь – это мечта, надежда, женщина, насмешник, отец, город, дом с тысячью комнат, часовщик, оставивший в пустыне бесценный хронометр, некто, кто вас любит, даже, быть может – вопреки всем доказательствам, – небожитель, чья единственная забота сделать так, чтобы ваша футбольная команда, армия, бизнес или брак преуспели, процветали и взяли вверх над любым противником.

    — Американские боги · книга
20. «

    — Думаю, ради такой возможности Лигур не раздумывая пожертвовал бы своей правой рукой. — Что верно, то верно, — согласился Лигур. «Уж чьей-то рукой наверняка, — добавил он про себя. — Мало, что ли, вокруг правых рук — зачем своей-то разбрасываться?»

    — Думаю, ради такой возможности Лигур не раздумывая пожертвовал бы своей правой рукой. — Что верно, то верно, — согласился Лигур. «Уж чьей-то рукой наверняка, — добавил он про себя. — Мало, что ли, вокруг правых рук — зачем своей-то разбрасываться?»

    — Терри Пратчетт · книга