Что говорила Нора Робертс: 16 цитат

Подборка из 16 цитат Норы Робертса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Человеческая жизнь – это время, отпущенное каждому из нас. Время, воля и выдержка каждого индивида.

   Человеческая жизнь – это время, отпущенное каждому из нас. Время, воля и выдержка каждого индивида.

   — Образ смерти · книга
2. «

   Глупо бояться темноты в мире, где так много других причин для страха.

   Глупо бояться темноты в мире, где так много других причин для страха.

   — Сибил · книга
3. «

   Человеческое сердце и душа – вечная загадка, которую людям не дано никогда разгадать.

   Человеческое сердце и душа – вечная загадка, которую людям не дано никогда разгадать.

   — Театр смерти · книга
4. «

   – Я придумала, что подарить тебе на Рождество – новенький, блестящий стальной штырь тебе в задницу. Тот, что ты носишь последние лет двадцать, небось уже весь истерся.

   – Я придумала, что подарить тебе на Рождество – новенький, блестящий стальной штырь тебе в задницу. Тот, что ты носишь последние лет двадцать, небось уже весь истерся.

   — Ева Даллас · книга
5. «

   Отдав сердце, ты ставишь под удар не только себя, но и того, кто взял его.

   Отдав сердце, ты ставишь под удар не только себя, но и того, кто взял его.

   — Сила трёх · книга
6. «

   Никто не знает, каково это, пока с тобой этого не произошло.

   Никто не знает, каково это, пока с тобой этого не произошло.

   — Просто будь рядом · книга
7. «

   Если Вы не попытаетесь заполучить то, что Вам нужно – Вы никогда этого не получите. Если Вы никогда не попросите, ответ на Ваши просьбы всегда будет отрицательным. Если Вы не сделаете шага вперед – навсегда останетесь там, где находитесь сейчас.

   Если Вы не попытаетесь заполучить то, что Вам нужно – Вы никогда этого не получите. Если Вы никогда не попросите, ответ на Ваши просьбы всегда будет отрицательным. Если Вы не сделаете шага вперед – навсегда останетесь там, где находитесь сейчас.
8. «

   Оставайся в Голливуде, где твоя ложь — это валюта.

   Оставайся в Голливуде, где твоя ложь — это валюта.

   — Трибьют · книга
9. «

   Конечно, это тоже малодушие, но что такое один акт малодушия в глобальном масштабе? Песчинка, капля, миг… Эта мысль взбодрила Колли, и она даже улыбнулась лукавой улыбкой, ударив по струнам и выводя первые ноты. Потребовалось не больше тридцати секунд. Он заколотил кулаками по смежной с ее комнатой стене. Усмехнувшись, она продолжала играть. Он продолжал молотить по стене. Через несколько секунд стук в стену стих, она услыхала, как хлопнула его дверь, а через секунду он забарабанил в ее дверь. Колли не спеша отложила смычок, прислонила инструмент к стулу и пошла открывать. Он был взбешен, и вид у него был чертовски сексуальный. — Прекрати! — Прошу прощения? — Прекрати, — повторил он и слегка толкнул ее. — Я не шучу. — Не понимаю, о чем ты говоришь. И не смей толкаться. — В ответ она тоже толкнула его. — Ты прекрасно знаешь: я терпеть не могу, когда ты это играешь. — Я имею право играть на виолончели, когда захочу. Сейчас всего десять — детское время. Я никому не мешаю. — Мне плевать, который сейчас час, можешь играть хоть до рассвета, но только не это! — С каких это пор ты стал музыкальным критиком? Он вошел в комнату и захлопнул за собой дверь. — Не придуривайся. Ты играешь тему из «Челюстей» исключительно мне назло. Ты же знаешь, она действует мне на нервы. — По-моему, ни одной акулы в этой части Мэриленда не замечено на протяжении последнего тысячелетия. Так что можешь спать спокойно, тебе нечего опасаться. — Колли взяла смычок и слегка похлопала им по ладони.

   Конечно, это тоже малодушие, но что такое один акт малодушия в глобальном масштабе? Песчинка, капля, миг… Эта мысль взбодрила Колли, и она даже улыбнулась лукавой улыбкой, ударив по струнам и выводя первые ноты. Потребовалось не больше тридцати секунд. Он заколотил кулаками по смежной с ее комнатой стене. Усмехнувшись, она продолжала играть. Он продолжал молотить по стене. Через несколько секунд стук в стену стих, она услыхала, как хлопнула его дверь, а через секунду он забарабанил в ее дверь. Колли не спеша отложила смычок, прислонила инструмент к стулу и пошла открывать. Он был взбешен, и вид у него был чертовски сексуальный. — Прекрати! — Прошу прощения? — Прекрати, — повторил он и слегка толкнул ее. — Я не шучу. — Не понимаю, о чем ты говоришь. И не смей толкаться. — В ответ она тоже толкнула его. — Ты прекрасно знаешь: я терпеть не могу, когда ты это играешь. — Я имею право играть на виолончели, когда захочу. Сейчас всего десять — детское время. Я никому не мешаю. — Мне плевать, который сейчас час, можешь играть хоть до рассвета, но только не это! — С каких это пор ты стал музыкальным критиком? Он вошел в комнату и захлопнул за собой дверь. — Не придуривайся. Ты играешь тему из «Челюстей» исключительно мне назло. Ты же знаешь, она действует мне на нервы. — По-моему, ни одной акулы в этой части Мэриленда не замечено на протяжении последнего тысячелетия. Так что можешь спать спокойно, тебе нечего опасаться. — Колли взяла смычок и слегка похлопала им по ладони.

   — Колли Данбрук · книга
10. «

    Ничто не длится вечно. Все проходит — и хорошее, и плохое. И этот кошмар, каким бы тяжелым он ни был, тоже рано или поздно окончится. Нужно просто его пережить. День за днем.

    Ничто не длится вечно. Все проходит — и хорошее, и плохое. И этот кошмар, каким бы тяжелым он ни был, тоже рано или поздно окончится. Нужно просто его пережить. День за днем.

    — Ночной эфир · книга
11. «

    – Ты слишком романтичен. – Слишком романтичным быть нельзя, – возразил Мики. – Романтика превращает секс в искусство. Без нее секс – скучное и муторное дело.

    – Ты слишком романтичен. – Слишком романтичным быть нельзя, – возразил Мики. – Романтика превращает секс в искусство. Без нее секс – скучное и муторное дело.

    — Обратный билет из Ада · книга
12. «

    Любовь – это не награда, которая дается за заслуги. И не то, что отнимается, если человек оступился. Это дар, причем для дающего – не меньший, чем для получающего.

    Любовь – это не награда, которая дается за заслуги. И не то, что отнимается, если человек оступился. Это дар, причем для дающего – не меньший, чем для получающего.

    — Родовое проклятие · книга
13. «

    При всем прогрессе технологий, несмотря на достижения в генетике, мы по-прежнему не в состоянии контролировать людские достоинства и пороки. Возможно, мы слишком гуманны, чтобы позволить себе вторжения в их деликатные сферы.

    При всем прогрессе технологий, несмотря на достижения в генетике, мы по-прежнему не в состоянии контролировать людские достоинства и пороки. Возможно, мы слишком гуманны, чтобы позволить себе вторжения в их деликатные сферы.

    — Потрясающий мужчина · книга
14. «

    Жизнь – коварная штука. Очень часто начинаешь понимать, что прожил действительно важный момент, когда он уже в прошлом.

    Жизнь – коварная штука. Очень часто начинаешь понимать, что прожил действительно важный момент, когда он уже в прошлом.

    — Джейк · книга
15. «

    Ничто не вечно… Как бы ни было плохо или хорошо, все проходит, переходит на другой уровень. Все меняется, ничего не исчезает.

    Ничто не вечно… Как бы ни было плохо или хорошо, все проходит, переходит на другой уровень. Все меняется, ничего не исчезает.

    — Плененные · книга
16. «

    Одиночество невозможно, если целый день сидеть за книгами, обогащая память и населяя собственный мир вымыслами и фактами.

    Одиночество невозможно, если целый день сидеть за книгами, обогащая память и населяя собственный мир вымыслами и фактами.

    — Плененные · книга