36 цитат Одри Ниффенеггера для тех, кто любит думать

Подборка из 36 цитат Одри Ниффенеггера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Странно ведь — мало того, что людей закапывают в землю, так еще и каменной плитой сверху придавливают. Ей пришло в голову, что не каждому хочется быть зарытым вместе с другими.

   Странно ведь — мало того, что людей закапывают в землю, так еще и каменной плитой сверху придавливают. Ей пришло в голову, что не каждому хочется быть зарытым вместе с другими.

   — Соразмерный образ мой · книга
2. «

   Иногда я рада, когда <..он> исчезает. Но я всегда рада, когда он возвращается.

   Иногда я рада, когда <..он> исчезает. Но я всегда рада, когда он возвращается.

   — Клэр · книга
3. «

   Слезы текут по её щекам. Я обнимаю её, прислоняю спиной к себе, мою жену, Клер, в полном здравии, на берегу после кораблекрушения, плачущую как маленькая девочка, чья мама машет ей рукой с палубы тонущего корабля.

   Слезы текут по её щекам. Я обнимаю её, прислоняю спиной к себе, мою жену, Клер, в полном здравии, на берегу после кораблекрушения, плачущую как маленькая девочка, чья мама машет ей рукой с палубы тонущего корабля.

   — Генри · книга
4. «

   Моё тело хотело ребенка. Я чувствовала себя пустой и хотела, чтобы меня наполнили. Я хотела любить кого-то, кто будет здесь: здесь и всегда. И я хотела, чтобы в этом ребёнке был Генри, и когда его не будет, чтобы он не исчезал совсем, чтобы со мной оставалась частичка его... Гарантия на случай пожара, наводнения, воли Господней.

   Моё тело хотело ребенка. Я чувствовала себя пустой и хотела, чтобы меня наполнили. Я хотела любить кого-то, кто будет здесь: здесь и всегда. И я хотела, чтобы в этом ребёнке был Генри, и когда его не будет, чтобы он не исчезал совсем, чтобы со мной оставалась частичка его... Гарантия на случай пожара, наводнения, воли Господней.

   — Клэр · книга
5. «

   Я — игра света, иллюзия высшего порядка, просто невероятно представить себе, что это я.

   Я — игра света, иллюзия высшего порядка, просто невероятно представить себе, что это я.

   — Жена путешественника во времени · книга
6. «

   Когда ты в настоящем, во времени, есть только собственный выбор... в прошлом мы можем только то, что уже сделали, и если мы оказываемся там, по другому быть не может.

   Когда ты в настоящем, во времени, есть только собственный выбор... в прошлом мы можем только то, что уже сделали, и если мы оказываемся там, по другому быть не может.

   — Жена путешественника во времени · книга
7. «

   Я ещё не выдохся. Я хочу быть здесь, я хочу видеть их, хочу обнимать их, я хочу жить...

   Я ещё не выдохся. Я хочу быть здесь, я хочу видеть их, хочу обнимать их, я хочу жить...

   — Жена путешественника во времени · книга
8. «

   Трудно оставаться одной... Трудно быть тем, кто остаётся.

   Трудно оставаться одной... Трудно быть тем, кто остаётся.

   — Клэр · книга
9. «

   Он раз за разом гуглил ее имя, но она принадлежала к тем уникальным, неуловимым натурам, которые обитают исключительно в реальном мире.

   Он раз за разом гуглил ее имя, но она принадлежала к тем уникальным, неуловимым натурам, которые обитают исключительно в реальном мире.

   — Соразмерный образ мой · книга
10. «

    Что составляет основу основ, если не потребность в понимании? Понимание — это неизбывность близости, эликсир любви.

    Что составляет основу основ, если не потребность в понимании? Понимание — это неизбывность близости, эликсир любви.

    — Соразмерный образ мой · книга
11. «

    Доктор Кендрик – генетик и – не случайно – философ; второе, мне кажется, должно быть полезно при работе с жесткими реалиями первого.

    Доктор Кендрик – генетик и – не случайно – философ; второе, мне кажется, должно быть полезно при работе с жесткими реалиями первого.

    — Жена путешественника во времени · книга
12. «

    Бег даёт мне очень многое: выживание, спокойствие, эйфорию, уединение. Это доказательство моего телесного существования, способность контролировать свои движения в пространстве, а не во времени, и подчинение, хотя и временно, моего тела моей же воле. Когда я бегу, то смещаю пласты воздуха, и вещи движутся вокруг меня, и тропинка движется, как кинопленка, у меня под ногами. Сейчас я лечу – это золотое чувство, как будто я могу забежать по воздуху на небо, и я непобедим, ничто не может остановить меня, ничто не может меня остановить, ничто, ничто, ничто, ничто…

    Бег даёт мне очень многое: выживание, спокойствие, эйфорию, уединение. Это доказательство моего телесного существования, способность контролировать свои движения в пространстве, а не во времени, и подчинение, хотя и временно, моего тела моей же воле. Когда я бегу, то смещаю пласты воздуха, и вещи движутся вокруг меня, и тропинка движется, как кинопленка, у меня под ногами. Сейчас я лечу – это золотое чувство, как будто я могу забежать по воздуху на небо, и я непобедим, ничто не может остановить меня, ничто не может меня остановить, ничто, ничто, ничто, ничто…

    — Жена путешественника во времени · книга
13. «

    Непреодолимый момент в творении искусства – в творении чего угодно, я думаю, – это момент, когда колебания, нематериальная идея превращается в твердое что-то, в вещь, в вещество, принадлежащее этому миру веществ. Цирцея, Ниоба, Артемида, Афина, все древние волшебницы – им, должно быть, знакомо это чувство, когда они превращали простых людей в волшебные существа, крали секреты магов, выстраивали армии: ах, посмотрите, вот оно, вот оно, новое. Называйте это безобразием, войной, лавровым деревом. Называйте это искусством.

    Непреодолимый момент в творении искусства – в творении чего угодно, я думаю, – это момент, когда колебания, нематериальная идея превращается в твердое что-то, в вещь, в вещество, принадлежащее этому миру веществ. Цирцея, Ниоба, Артемида, Афина, все древние волшебницы – им, должно быть, знакомо это чувство, когда они превращали простых людей в волшебные существа, крали секреты магов, выстраивали армии: ах, посмотрите, вот оно, вот оно, новое. Называйте это безобразием, войной, лавровым деревом. Называйте это искусством.

    — Жена путешественника во времени · книга
14. «

    Моя комната — это диван, кресло и тысяч пять книг.

    Моя комната — это диван, кресло и тысяч пять книг.

    — Жена путешественника во времени · книга
15. «

    Дом, милый дом. В гостях хорошо, а дома лучше. Приведите меня домой, дороги. Дом там, где твоё сердце. Но моё сердце здесь. Значит, я дома.

    Дом, милый дом. В гостях хорошо, а дома лучше. Приведите меня домой, дороги. Дом там, где твоё сердце. Но моё сердце здесь. Значит, я дома.

    — Жена путешественника во времени · книга
16. «

    Смерть плоха тем, что она как будто стирает человека с лица земли.

    Смерть плоха тем, что она как будто стирает человека с лица земли.

    — Соразмерный образ мой · книга
17. «

    Будущее зависит от того, какую цель мы сумеем извлечь из настоящего.

    Будущее зависит от того, какую цель мы сумеем извлечь из настоящего.

    — Жена путешественника во времени · книга
18. «

    Люби мир и себя в нём, двигайся в нём, как будто нет никакого сопротивления, как будто мир — твоя естественная среда обитания.

    Люби мир и себя в нём, двигайся в нём, как будто нет никакого сопротивления, как будто мир — твоя естественная среда обитания.

    — Жена путешественника во времени · книга
19. «

    Черт с ней, с добродетелью. Я понял, как у нее платье расстегивается...

    Черт с ней, с добродетелью. Я понял, как у нее платье расстегивается...

    — Генри Детамбль · книга
20. «

    — Но разве вы не думаете, — настаиваю я, — что лучше недолго быть невероятно счастливым, даже если потом это теряешь, чем жить долго и не испытать подобного?

    — Но разве вы не думаете, — настаиваю я, — что лучше недолго быть невероятно счастливым, даже если потом это теряешь, чем жить долго и не испытать подобного?

    — Клэр · книга