11 цитат, которые говорил Олег Табаков

Ниже 11 цитат Олега Табакова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Быть живым — это значит, что время от времени ты должен разрушать свой собственный стереотип и создавать его заново.

   Быть живым — это значит, что время от времени ты должен разрушать свой собственный стереотип и создавать его заново.
2. «

   В жизни люди делали мне много добра, начиная от руководительницы Саратовского драмкружка Дворца пионеров Натальи Сухостав, заканчивая покойной внучкой художника Валентина Серова, Царствие ей Небесное. Вот такой размах. С 1949 года много мне добра сделали, надо и совесть иметь, по возможности возвращать, отвечать добром на добро.

   В жизни люди делали мне много добра, начиная от руководительницы Саратовского драмкружка Дворца пионеров Натальи Сухостав, заканчивая покойной внучкой художника Валентина Серова, Царствие ей Небесное. Вот такой размах. С 1949 года много мне добра сделали, надо и совесть иметь, по возможности возвращать, отвечать добром на добро.
3. «

   Театр – это весёленькое дело.

   Театр – это весёленькое дело.
4. «

   Если бы мне не давали играть, я бы сам платил деньги, лишь бы выйти на сцену.

   Если бы мне не давали играть, я бы сам платил деньги, лишь бы выйти на сцену.
5. «

   Смысл жизни в том, что жизнь на тебе не заканчивается.

   Смысл жизни в том, что жизнь на тебе не заканчивается.
6. «

   — В своей обыденной жизни вы похожи на кота Матроскина? — Кот Матроскин мне личность глубоко симпатичная. Он, пожалуй, первый серьёзный российский предприниматель. И многое в наших экономических перестроечных новациях началось, конечно, с него. Он первым стал опираться на свои собственные силы, не впадая, скажем, в радикализм Ким Ир Сена. — Но тогда можно и почтальона Печкина использовать как прообраз КГБшника.

   — В своей обыденной жизни вы похожи на кота Матроскина? — Кот Матроскин мне личность глубоко симпатичная. Он, пожалуй, первый серьёзный российский предприниматель. И многое в наших экономических перестроечных новациях началось, конечно, с него. Он первым стал опираться на свои собственные силы, не впадая, скажем, в радикализм Ким Ир Сена. — Но тогда можно и почтальона Печкина использовать как прообраз КГБшника.

   — Владислав Николаевич Листьев
7. «

   Я много работал. Знаете сколько денег пропало у меня, когда угробил наши сбережения премьер-министр Павлов? Знаете сколько «Волга» тогда стоила? 10 тыс. У меня пропало пятнадцать «Волг» и книжка, отложенная на образование моей внучки Полины. И я не взял ни рубля компенсации. Из протеста. Обобраны были многие люди, с куда меньшим достатком, чем у меня. И смириться с этим я не мог. У меня всё же человеческая логика. Она неформальная, не общепринятая даже.

   Я много работал. Знаете сколько денег пропало у меня, когда угробил наши сбережения премьер-министр Павлов? Знаете сколько «Волга» тогда стоила? 10 тыс. У меня пропало пятнадцать «Волг» и книжка, отложенная на образование моей внучки Полины. И я не взял ни рубля компенсации. Из протеста. Обобраны были многие люди, с куда меньшим достатком, чем у меня. И смириться с этим я не мог. У меня всё же человеческая логика. Она неформальная, не общепринятая даже.
8. «

   Я думаю, что до тех пор, пока у зрителей сегодняшней России будет потребность, согласно рецепту, выписанному Александром Сергеевичем Пушкиным, — «над вымыслом слезами обольюсь»... Вот до той поры будет жив театр.

   Я думаю, что до тех пор, пока у зрителей сегодняшней России будет потребность, согласно рецепту, выписанному Александром Сергеевичем Пушкиным, — «над вымыслом слезами обольюсь»... Вот до той поры будет жив театр.
9. «

   О! Поймал атом солнца!

   О! Поймал атом солнца!
10. «

    Чем раньше человек перестает ханжить и выдавать желаемое за действительное, тем лучше для него.

    Чем раньше человек перестает ханжить и выдавать желаемое за действительное, тем лучше для него.
11. «

    Когда я провожу первые разговоры со своими студентами, я говорю им, что театр — это зона повышенного риска. Социального риска. Ты идешь в профессию, которая ничего не гарантирует.

    Когда я провожу первые разговоры со своими студентами, я говорю им, что театр — это зона повышенного риска. Социального риска. Ты идешь в профессию, которая ничего не гарантирует.