126 цитат Оноре де Бальзака, ставших крылатыми

Подборка из 126 цитат Оноре де Бальзака: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Правда — точно горькое питье, неприятное на вкус, но зато восстанавливающее здоровье.

   Правда — точно горькое питье, неприятное на вкус, но зато восстанавливающее здоровье.
2. «

   Чем постыднее жизнь человека, тем он сильнее за неё цепляется.

   Чем постыднее жизнь человека, тем он сильнее за неё цепляется.

   — Блеск и нищета куртизанок · книга
3. «

   Неужели Вы станете делать добро, ожидая проценты, как ростовщик?

   Неужели Вы станете делать добро, ожидая проценты, как ростовщик?

   — Лилия долины · книга
4. «

   После чашки кофе все вспыхивает, мысли теснятся, как батальоны великой армии на поле битвы...

   После чашки кофе все вспыхивает, мысли теснятся, как батальоны великой армии на поле битвы...
5. «

   Если оскорбление нанесено публично, женщина охотно забывает его, ей любо подавить вас великодушием, выказать женскую кротость и милосердие; но скрытой обиды женщина не простит никогда, ибо не выносит тайны ни в подлости, ни в добродетели, ни в любви.

   Если оскорбление нанесено публично, женщина охотно забывает его, ей любо подавить вас великодушием, выказать женскую кротость и милосердие; но скрытой обиды женщина не простит никогда, ибо не выносит тайны ни в подлости, ни в добродетели, ни в любви.

   — Герцогиня де Ланже · книга
6. «

   Теперь я знаю все: чем хладнокровнее вы будете рассчитывать, тем дальше вы пойдете. Наносите удары беспощадно, и перед вами будут трепетать. Смотрите на мужчин и женщин, как на почтовых лошадей, гоните не жалея, пусть мрут на каждой станции, — и вы достигнете предела в осуществлении своих желаний.

   Теперь я знаю все: чем хладнокровнее вы будете рассчитывать, тем дальше вы пойдете. Наносите удары беспощадно, и перед вами будут трепетать. Смотрите на мужчин и женщин, как на почтовых лошадей, гоните не жалея, пусть мрут на каждой станции, — и вы достигнете предела в осуществлении своих желаний.

   — виконтесса де Босеан · книга
7. «

   Увы, на прихоти у нас всегда найдутся деньги, мы скупимся только на затраты полезные и необходимые. Танцовщицам мы бросаем золото без счета — и торгуемся с рабочим, которого ждет голодная семья.

   Увы, на прихоти у нас всегда найдутся деньги, мы скупимся только на затраты полезные и необходимые. Танцовщицам мы бросаем золото без счета — и торгуемся с рабочим, которого ждет голодная семья.

   — Шагреневая кожа · книга
8. «

   Жизнь — это сложное, трудное ремесло, и надо приложить усилие, чтобы научиться ему.

   Жизнь — это сложное, трудное ремесло, и надо приложить усилие, чтобы научиться ему.

   — Гобсек · книга
9. «

   Любовь нуждается в уверенности; такая уверенность присуща религиозному чувству, когда человек твердо знает, что бог ему воздаст. Только при таком сходстве с любовью к богу приобретает уверенность и земная любовь. Нужно самому испытать блаженство этих единственных в жизни минут, чтобы постичь его; оно не возвращается, как не возвращаются волнения юности. Верить женщине, сделать ее земным божеством, основой своей жизни, сокровенным предметом всех помыслов! Разве это не все равно, что родиться вторично?

   Любовь нуждается в уверенности; такая уверенность присуща религиозному чувству, когда человек твердо знает, что бог ему воздаст. Только при таком сходстве с любовью к богу приобретает уверенность и земная любовь. Нужно самому испытать блаженство этих единственных в жизни минут, чтобы постичь его; оно не возвращается, как не возвращаются волнения юности. Верить женщине, сделать ее земным божеством, основой своей жизни, сокровенным предметом всех помыслов! Разве это не все равно, что родиться вторично?

   — Альбер Саварюс · книга
10. «

    Любовь, которая не считает себя вечной, — отвратительна.

    Любовь, которая не считает себя вечной, — отвратительна.

    — Бисиу · книга
11. «

    Любовницы и царственное положение – вот атрибуты власти.

    Любовницы и царственное положение – вот атрибуты власти.

    — Эжен де Растиньяк · книга
12. «

    Разгул — это, конечно, искусство, такое же, как поэзия, и для него нужны сильные души.

    Разгул — это, конечно, искусство, такое же, как поэзия, и для него нужны сильные души.

    — Шагреневая кожа · книга
13. «

    Душевное одиночество приводит к тем же последствиям, что и одиночество среди природы: привычка замыкаться в себе развивает чуткость, позволяющую подмечать малейшие оттенки в обращении людей так же, как среди полной тишины улавливаешь даже еле заметный шорох.

    Душевное одиночество приводит к тем же последствиям, что и одиночество среди природы: привычка замыкаться в себе развивает чуткость, позволяющую подмечать малейшие оттенки в обращении людей так же, как среди полной тишины улавливаешь даже еле заметный шорох.

    — Лилия долины · книга
14. «

    Почему мы не любим тех, кто нас любит, ведь они в конце концов делают все, чтобы вам понравиться?

    Почему мы не любим тех, кто нас любит, ведь они в конце концов делают все, чтобы вам понравиться?

    — Блеск и нищета куртизанок · книга
15. «

    Архитектура — выразительница нравов.

    Архитектура — выразительница нравов.
16. «

    Чтобы дойти до цели, надо прежде всего идти.

    Чтобы дойти до цели, надо прежде всего идти.
17. «

    Тот, кто был другом в несчастье, имеет право быть другом в могуществе.

    Тот, кто был другом в несчастье, имеет право быть другом в могуществе.

    — Шагреневая кожа · книга
18. «

    Как многозначительно бывает молчание женщины и сколько чувств скрывается порой за пустым разговором.

    Как многозначительно бывает молчание женщины и сколько чувств скрывается порой за пустым разговором.

    — Покинутая женщина · книга
19. «

    Самые большие беды, которые могут нас постигнуть, легче перенести, чем одну только мысль о страдании того, кого мы любим.

    Самые большие беды, которые могут нас постигнуть, легче перенести, чем одну только мысль о страдании того, кого мы любим.

    — Покинутая женщина · книга
20. «

    — Слушайте, господа!...способ убить своего дядюшку, тсс! (Слушайте, слушайте!). Возьмите сначала дядюшку, толстого и жирного, по крайней мере семидесятилетнего, — это лучший сорт дядюшек. (Всеобщее оживление). Накормите его под каким-нибудь предлогом паштетом из гусиной печенки... — Ну, у меня дядя длинный, сухопарый, скупой и воздержанный. — О, такие дядюшки — чудовища, злоупотребляющие долголетием!

    — Слушайте, господа!...способ убить своего дядюшку, тсс! (Слушайте, слушайте!). Возьмите сначала дядюшку, толстого и жирного, по крайней мере семидесятилетнего, — это лучший сорт дядюшек. (Всеобщее оживление). Накормите его под каким-нибудь предлогом паштетом из гусиной печенки... — Ну, у меня дядя длинный, сухопарый, скупой и воздержанный. — О, такие дядюшки — чудовища, злоупотребляющие долголетием!

    — Шагреневая кожа · книга