143 цитаты Оноре де Бальзака: от иронии до философии

Подборка из 143 цитаты Оноре де Бальзака: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Почему мы не любим тех, кто нас любит, ведь они в конце концов делают все, чтобы вам понравиться?

   Почему мы не любим тех, кто нас любит, ведь они в конце концов делают все, чтобы вам понравиться?

   — Блеск и нищета куртизанок · книга
2. «

   «Я добьюсь своего!» — слова игрока, великого полководца, роковые слова, которые чаще губят людей, нежели спасают.

   «Я добьюсь своего!» — слова игрока, великого полководца, роковые слова, которые чаще губят людей, нежели спасают.

   — Отец Горио · книга
3. «

   Я считаю вас самой великой среди женщин, но если я соглашусь выполнять при вас роль ширмы или занавеса, вы первая станете меня презирать.

   Я считаю вас самой великой среди женщин, но если я соглашусь выполнять при вас роль ширмы или занавеса, вы первая станете меня презирать.

   — Клод · книга
4. «

   — Послушать Вас, я — дурак?! — Напротив, это потому, что вы меня не слушаете!

   — Послушать Вас, я — дурак?! — Напротив, это потому, что вы меня не слушаете!

   — Шагреневая кожа · книга
5. «

   Быть честной, недоступной для света и куртизанкой для мужа, — значит быть женщиной гениальной.

   Быть честной, недоступной для света и куртизанкой для мужа, — значит быть женщиной гениальной.

   — Кузина Бетта · книга
6. «

   Вселенная — это разнообразие в единстве.

   Вселенная — это разнообразие в единстве.
7. «

   Достаточно единственного разочарования в лучшую пору жизни, чтобы отныне я стал избегать женщин: теперь в моей душе убиты все иллюзии, я навсегда погружаюсь в ужасное одиночество, и нет у меня той веры, что вдохновляла пророков и скрашивала их уединение.

   Достаточно единственного разочарования в лучшую пору жизни, чтобы отныне я стал избегать женщин: теперь в моей душе убиты все иллюзии, я навсегда погружаюсь в ужасное одиночество, и нет у меня той веры, что вдохновляла пророков и скрашивала их уединение.

   — Беатриса · книга
8. «

   Прекрасные души не могут долго пребывать в этом мире. Как великим чувствам ужиться с пошлым, мелким, поверхностным обществом?

   Прекрасные души не могут долго пребывать в этом мире. Как великим чувствам ужиться с пошлым, мелким, поверхностным обществом?

   — Эжен де Растиньяк · книга
9. «

   В тот миг, когда деньги попадают в карман студента, его воображение воздвигает колонну, на которую он опирается.

   В тот миг, когда деньги попадают в карман студента, его воображение воздвигает колонну, на которую он опирается.

   — Отец Горио · книга
10. «

    Ей не хватало того, что рождает заново: тряпок и любовных записочек.

    Ей не хватало того, что рождает заново: тряпок и любовных записочек.

    — Отец Горио · книга
11. «

    Свои убеждения не вывешивают на стенку.

    Свои убеждения не вывешивают на стенку.

    — Вотрен · книга
12. «

    Для больного мир начинается у изголовья постели и кончается у его ног.

    Для больного мир начинается у изголовья постели и кончается у его ног.

    — Шагреневая кожа · книга
13. «

    Разве мы не встречаем на свете людей, полное ничтожество которых – тайна для окружающих?

    Разве мы не встречаем на свете людей, полное ничтожество которых – тайна для окружающих?

    — Тридцатилетняя женщина · книга
14. «

    Эта девушка казалась феей одиночества.

    Эта девушка казалась феей одиночества.

    — Гобсек · книга
15. «

    Есть радости, которым больше не веришь: они придут, они сверкнут, как молния, они испепелят.

    Есть радости, которым больше не веришь: они придут, они сверкнут, как молния, они испепелят.

    — Полковник Шабер · книга
16. «

    Женщина, смеющаяся над своим мужем, не может более его любить.

    Женщина, смеющаяся над своим мужем, не может более его любить.
17. «

    Здесь, на земле, ничто не осуществляется полностью, кроме несчастья.

    Здесь, на земле, ничто не осуществляется полностью, кроме несчастья.

    — Шагреневая кожа · книга
18. «

    Будь вы бродягой-путешественником, будь вы домоседом и не расставайтесь весь век со своим камельком да со своей супругой, всё равно приходит возраст, когда вся жизнь — только привычка к излюбленной среде. И тогда счастье состоит в упражнении своих способностей применительно к житейской действительности. А кроме этих двух правил, все остальные — фальшь. У меня вот принципы менялись сообразно обстоятельствам, приходилось менять их в зависимости от географических широт. То, что в Европе вызывает восторг, в Азии карается. То, что в Париже считают пороком, за Азорскими островами признается необходимостью. Нет на земле ничего порочного, есть только условности, и в каждом климате они различны.

    Будь вы бродягой-путешественником, будь вы домоседом и не расставайтесь весь век со своим камельком да со своей супругой, всё равно приходит возраст, когда вся жизнь — только привычка к излюбленной среде. И тогда счастье состоит в упражнении своих способностей применительно к житейской действительности. А кроме этих двух правил, все остальные — фальшь. У меня вот принципы менялись сообразно обстоятельствам, приходилось менять их в зависимости от географических широт. То, что в Европе вызывает восторг, в Азии карается. То, что в Париже считают пороком, за Азорскими островами признается необходимостью. Нет на земле ничего порочного, есть только условности, и в каждом климате они различны.

    — Гобсек · книга
19. «

    Кто отправляется в погоню за счастьем, не должен обременять себя багажом!

    Кто отправляется в погоню за счастьем, не должен обременять себя багажом!

    — Рафаэль де Валентен · книга
20. «

    Наша совесть — судья непогрешимый, пока мы не убили её.

    Наша совесть — судья непогрешимый, пока мы не убили её.