Оноре де Бальзак: 367 цитат на каждый день

Подборка из 367 цитат Оноре де Бальзака: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я постигла красоту и величие безнадёжной любви, я поняла, что она — единственное чувство, которое приближает нас к Богу.

   Я постигла красоту и величие безнадёжной любви, я поняла, что она — единственное чувство, которое приближает нас к Богу.

   — Беатриса · книга
2. «

   По тому, как женщина вытягивает нитку при каждом стежке, другая женщина угадывает ее настроение.

   По тому, как женщина вытягивает нитку при каждом стежке, другая женщина угадывает ее настроение.

   — Крестьяне · книга
3. «

   Предоставьте самомнение тем, кому нечем больше отличиться.

   Предоставьте самомнение тем, кому нечем больше отличиться.

   — маркиза Жюли д’Эглемон · книга
4. «

   Ничто так не помогает нам продлевать нашу жизнь, как уверенность в том, что наша смерть кого-то осчастливит.

   Ничто так не помогает нам продлевать нашу жизнь, как уверенность в том, что наша смерть кого-то осчастливит.
5. «

   Вечно борясь с самим собой, теряя надежды перед лицом нагрянувших бед и спасаясь от бед надеждами на будущее, человек во всех своих поступках проявляет свойственные ему непоследовательность и слабость.

   Вечно борясь с самим собой, теряя надежды перед лицом нагрянувших бед и спасаясь от бед надеждами на будущее, человек во всех своих поступках проявляет свойственные ему непоследовательность и слабость.

   — Шагреневая кожа · книга
6. «

   Невоздержанность, милый мой, — царица всех смертей.

   Невоздержанность, милый мой, — царица всех смертей.

   — Растиньяк · книга
7. «

   Сократ был безнравствен, Христос был безнравствен, обоих преследовали во имя социального строя, который они подрывали или улучшали. Когда кого-нибудь хотят изничтожить, его обвиняют в безнравственности.

   Сократ был безнравствен, Христос был безнравствен, обоих преследовали во имя социального строя, который они подрывали или улучшали. Когда кого-нибудь хотят изничтожить, его обвиняют в безнравственности.

   — Предисловие к «Человеческой комедии» · книга
8. «

   Беспрестанно наталкиваясь на преграды в своем стремлении излиться, душа моя, наконец, замкнулась в себе.

   Беспрестанно наталкиваясь на преграды в своем стремлении излиться, душа моя, наконец, замкнулась в себе.

   — Шагреневая кожа · книга
9. «

   Сколько тяжких дум пришлось ей передумать, прежде чем она призналась самой себе в ничтожестве супруга, призванного быть властелином и руководителем жены!

   Сколько тяжких дум пришлось ей передумать, прежде чем она призналась самой себе в ничтожестве супруга, призванного быть властелином и руководителем жены!

   — Лилия долины · книга
10. «

    Добродетель не делится на кусочки: или она есть, или ее нет.

    Добродетель не делится на кусочки: или она есть, или ее нет.

    — Вотрен · книга
11. «

    Большинство женщин, прославившихся в области любви, не были лишены несовершенств и телесных недостатков, — тогда как большинство женщин, красота которых слывет совершенной, были несчастны в любви.

    Большинство женщин, прославившихся в области любви, не были лишены несовершенств и телесных недостатков, — тогда как большинство женщин, красота которых слывет совершенной, были несчастны в любви.

    — Поиски Абсолюта · книга
12. «

    Разве можно, не испытывая смертельной муки, видеть любимые глаза равнодушными, потухшими, тогда как прежде они сверкали любовью и радостью?

    Разве можно, не испытывая смертельной муки, видеть любимые глаза равнодушными, потухшими, тогда как прежде они сверкали любовью и радостью?

    — Августина · книга
13. «

    Я был готов отдать свою жизнь целиком, но не способен был разменивать ее на мелочи.

    Я был готов отдать свою жизнь целиком, но не способен был разменивать ее на мелочи.

    — Рафаэль де Валентен · книга
14. «

    Лесть никогда не исходит от великих душ, она удел мелких душонок, умеющих становиться еще мельче, чтоб лучше войти в жизненную сферу важной персоны, к которой они тяготеют. Лесть подразумевает корысть.

    Лесть никогда не исходит от великих душ, она удел мелких душонок, умеющих становиться еще мельче, чтоб лучше войти в жизненную сферу важной персоны, к которой они тяготеют. Лесть подразумевает корысть.

    — Евгения Гранде · книга
15. «

    Перед силой гения склоняются и его же ненавидят, стараются очернить его за то, что гений берет все без раздела, но, пока он стоит твердо, его превозносят, — короче говоря, боготворят, встав на колени, когда не могут втоптать в грязь.

    Перед силой гения склоняются и его же ненавидят, стараются очернить его за то, что гений берет все без раздела, но, пока он стоит твердо, его превозносят, — короче говоря, боготворят, встав на колени, когда не могут втоптать в грязь.

    — Вотрен · книга
16. «

    Он понял, какое тайное и непростительное преступление совершил по отношению к ним: он ускользал от власти посредственности.

    Он понял, какое тайное и непростительное преступление совершил по отношению к ним: он ускользал от власти посредственности.

    — Шагреневая кожа · книга
17. «

    Бумага, духи, золото, шелк, роскошь — все, что блестит, все, что нравится, пристало только молодости.

    Бумага, духи, золото, шелк, роскошь — все, что блестит, все, что нравится, пристало только молодости.

    — Шагреневая кожа · книга
18. «

    Мне бояться нечего, разве только сам черт меня округ пальца обведет! Я столько читал, столько себя образовывал перед отъездом, со столькими советовался, да и сам я малый не промах!..

    Мне бояться нечего, разве только сам черт меня округ пальца обведет! Я столько читал, столько себя образовывал перед отъездом, со столькими советовался, да и сам я малый не промах!..

    — Провинциал · книга
19. «

    Зависть развязывает языки, тогда как восхищение их сковывает.

    Зависть развязывает языки, тогда как восхищение их сковывает.

    — Утраченные иллюзии · книга
20. «

    Не гонись за изысканными безделушками, они хороши только под стеклом; они так хрупки, так дороги, что их приходится беречь.

    Не гонись за изысканными безделушками, они хороши только под стеклом; они так хрупки, так дороги, что их приходится беречь.

    — Тридцатилетняя женщина · книга