35 цитат Осипа Мандельштама, которые захочется сохранить

Ниже 35 цитат Осипа Мандельштама — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Рояль — это умный и добрый комнатный зверь с волокнистым деревянным мясом, золотыми жилами и всегда воспаленной костью. Мы берегли его от простуды, кормили легкими, как спаржа сонатинами...

   Рояль — это умный и добрый комнатный зверь с волокнистым деревянным мясом, золотыми жилами и всегда воспаленной костью. Мы берегли его от простуды, кормили легкими, как спаржа сонатинами...

   — Египетская марка · книга
2. «

   Будем же доказывать свою правоту так, чтобы в ответ нам содрогалась вся цепь причин и следствий от альфы до омеги.

   Будем же доказывать свою правоту так, чтобы в ответ нам содрогалась вся цепь причин и следствий от альфы до омеги.
3. «

   Холодок щекочет темя, И нельзя признаться вдруг, - И меня срезает время, Как скосило твой каблук.

   Холодок щекочет темя, И нельзя признаться вдруг, - И меня срезает время, Как скосило твой каблук.
4. «

   — Ты в каком времени хочешь жить? — Я хочу жить в повелительном причастии будущего, в залоге страдательном — в «долженствующем быть».

   — Ты в каком времени хочешь жить? — Я хочу жить в повелительном причастии будущего, в залоге страдательном — в «долженствующем быть».

   — Путешествие в Армению · книга
5. «

   Где римский судия судил чужой народ, Стоит базилика, — и, радостный и первый, Как некогда Адам, распластывая нервы, Играет мышцами крестовый легкий свод.

   Где римский судия судил чужой народ, Стоит базилика, — и, радостный и первый, Как некогда Адам, распластывая нервы, Играет мышцами крестовый легкий свод.
6. «

   Чего ты жалуешься, поэзию уважают только у нас — за неё убивают. Ведь больше нигде за поэзию не убивают...

   Чего ты жалуешься, поэзию уважают только у нас — за неё убивают. Ведь больше нигде за поэзию не убивают...
7. «

   Она — плотоядная чайка, которая в спокойные периоды молчит.

   Она — плотоядная чайка, которая в спокойные периоды молчит.
8. «

   Нам остаются только поцелуи, Мохнатые, как маленькие пчелы...

   Нам остаются только поцелуи, Мохнатые, как маленькие пчелы...
9. «

   Бессонница. Гомер. Тугие паруса. Я список кораблей прочёл до середины: Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный, Что над Элладою когда-то поднялся.

   Бессонница. Гомер. Тугие паруса. Я список кораблей прочёл до середины: Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный, Что над Элладою когда-то поднялся.
10. «

    Может быть, это точка безумия, Может быть, это совесть твоя - Узел жизни, в котором мы узнаны И развязаны для бытия.

    Может быть, это точка безумия, Может быть, это совесть твоя - Узел жизни, в котором мы узнаны И развязаны для бытия.
11. «

    Мы живем, под собою не чуя страны, Наши речи за десять шагов не слышны, А где хватит на полразговорца, Там припомнят кремлёвского горца. Его толстые пальцы, как черви, жирны, А слова, как пудовые гири, верны, Тараканьи смеются усища, И сияют его голенища.

    Мы живем, под собою не чуя страны, Наши речи за десять шагов не слышны, А где хватит на полразговорца, Там припомнят кремлёвского горца. Его толстые пальцы, как черви, жирны, А слова, как пудовые гири, верны, Тараканьи смеются усища, И сияют его голенища.
12. «

    Здесь отвратительные жабы В густую прыгают траву. Когда б не смерть, то никогда бы Мне не узнать, что я живу.

    Здесь отвратительные жабы В густую прыгают траву. Когда б не смерть, то никогда бы Мне не узнать, что я живу.
13. «

    Все подлинное тихо и неброско, не в замке, а в зеленом шалаше. А это ведь и вправду так непросто - большую радость вырастить в душе. Вздохну над строчкой, над бутоном ахну, погреюсь у случайного огня... А то ведь я без радости зачахну, или она зачахнет без меня.

    Все подлинное тихо и неброско, не в замке, а в зеленом шалаше. А это ведь и вправду так непросто - большую радость вырастить в душе. Вздохну над строчкой, над бутоном ахну, погреюсь у случайного огня... А то ведь я без радости зачахну, или она зачахнет без меня.
14. «

    Книжный шкап раннего детства спутник человека на всю жизнь. Расположенье его полок, подбор книг, цвет корешков воспринимаются как цвет, высота, расположенье самой мировой литературы. Да, уж тем книгам, что не стояли в первом книжном шкапу, никогда не протиснуться в мировую литературу, как в мирозданье.

    Книжный шкап раннего детства спутник человека на всю жизнь. Расположенье его полок, подбор книг, цвет корешков воспринимаются как цвет, высота, расположенье самой мировой литературы. Да, уж тем книгам, что не стояли в первом книжном шкапу, никогда не протиснуться в мировую литературу, как в мирозданье.

    — Шум времени · книга
15. «

    И опять к равнодушной отчизне Дикой уткой взовьется упрек, - Я участвую в сумрачной жизни, Где один к одному одинок.

    И опять к равнодушной отчизне Дикой уткой взовьется упрек, - Я участвую в сумрачной жизни, Где один к одному одинок.
16. «

    Мне на плечи кидается век-волкодав, Но не волк я по крови своей, Запихай меня лучше, как шапку, в рукав Жаркой шубы сибирских степей.

    Мне на плечи кидается век-волкодав, Но не волк я по крови своей, Запихай меня лучше, как шапку, в рукав Жаркой шубы сибирских степей.
17. «

    Бежит волна-волной, волне хребет ломая, Кидаясь на луну в невольничьей тоске, И янычарская пучина молодая, Неусыпленная столица волновая, Кривеет, мечется и роет ров в песке.

    Бежит волна-волной, волне хребет ломая, Кидаясь на луну в невольничьей тоске, И янычарская пучина молодая, Неусыпленная столица волновая, Кривеет, мечется и роет ров в песке.
18. «

    Несозданных миров отмститель будь, художник, - Несуществующим существованье дай; Туманным облаком окутай свой треножник И падающих звезд пойми летучий рай!

    Несозданных миров отмститель будь, художник, - Несуществующим существованье дай; Туманным облаком окутай свой треножник И падающих звезд пойми летучий рай!
19. «

    Я не поклонник радости предвзятой, Подчас природа — серое пятно. Мне, в опьяненьи легком, суждено Изведать краски жизни небогатой.

    Я не поклонник радости предвзятой, Подчас природа — серое пятно. Мне, в опьяненьи легком, суждено Изведать краски жизни небогатой.
20. «

    Поэзия — это сознание своей правоты.

    Поэзия — это сознание своей правоты.