456 цитат Оскара Уайльда — подборка на все случаи

Подборка из 456 цитат Оскара Уайльда: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Идеальный мужчина должен говорить с нами как с богинями, а обращаться с нами – как с детьми. Он должен отказывать нам во всех серьезных просьбах и потакать всем нашим капризам. Потворствовать всем нашим прихотям и запрещать нам иметь призвание. Он должен всегда говорить не то, что думает, и думать не то, что говорит… Он не должен пренебрегать другими хорошенькими женщинами. Это доказало бы, что у него нет вкуса, или вызвало бы подозрение, что вкуса у него слишком много. Нет, он должен быть мил со всеми женщинами, но говорить, что они почему-то его не привлекают.

   Идеальный мужчина должен говорить с нами как с богинями, а обращаться с нами – как с детьми. Он должен отказывать нам во всех серьезных просьбах и потакать всем нашим капризам. Потворствовать всем нашим прихотям и запрещать нам иметь призвание. Он должен всегда говорить не то, что думает, и думать не то, что говорит… Он не должен пренебрегать другими хорошенькими женщинами. Это доказало бы, что у него нет вкуса, или вызвало бы подозрение, что вкуса у него слишком много. Нет, он должен быть мил со всеми женщинами, но говорить, что они почему-то его не привлекают.

   — Миссис Оллонби · книга
2. «

   Я люблю сцену, на ней все гораздо правдивее, чем в жизни.

   Я люблю сцену, на ней все гораздо правдивее, чем в жизни.

   — Лорд Генри Уоттон · книга
3. «

   Надо же в чём-то быть серьёзным, если хочешь наслаждаться жизнью.

   Надо же в чём-то быть серьёзным, если хочешь наслаждаться жизнью.

   — Алджернон · книга
4. «

   …каждый восхваляет те добродетели, в которых ему самому нет надобности упражняться: богачи проповедуют бережливость, а бездельники красноречиво распространяются о великом значении труда.

   …каждый восхваляет те добродетели, в которых ему самому нет надобности упражняться: богачи проповедуют бережливость, а бездельники красноречиво распространяются о великом значении труда.

   — Портрет Дориана Грея · книга
5. «

   В Америке, в Скалистых горах, я видел единственный разумный метод художественной критики. В баре над пианино висела табличка:

   В Америке, в Скалистых горах, я видел единственный разумный метод художественной критики. В баре над пианино висела табличка:
6. «

   Выбирать врагов нужно так же тщательно, как и друзей.

   Выбирать врагов нужно так же тщательно, как и друзей.
7. «

   Я ничего не хочу видеть, не хочу, чтобы меня что-нибудь видело. Тушите факелы. Скройте луну. Скройте звезды.

   Я ничего не хочу видеть, не хочу, чтобы меня что-нибудь видело. Тушите факелы. Скройте луну. Скройте звезды.

   — Ирод · книга
8. «

   Я слишком люблю читать книги, мистер Эрскин, и потому не пишу их. Конечно, хорошо бы написать роман, роман чудесный, как персидский ковер, и столь же фантастический. Но у нас в Англии читают только газеты, энциклопедические словари да учебники. Англичане меньше всех народов мира понимают красоты литературы.

   Я слишком люблю читать книги, мистер Эрскин, и потому не пишу их. Конечно, хорошо бы написать роман, роман чудесный, как персидский ковер, и столь же фантастический. Но у нас в Англии читают только газеты, энциклопедические словари да учебники. Англичане меньше всех народов мира понимают красоты литературы.

   — Лорд Генри Уоттон · книга
9. «

   ...разориться из-за любви к поэзии — это честь.

   ...разориться из-за любви к поэзии — это честь.

   — Лорд Генри Уоттон · книга
10. «

    У красоты смыслов столько же, сколько у человека настроений. Красота – это символ символов. Красота открывает нам все, поскольку не выражает ничего.

    У красоты смыслов столько же, сколько у человека настроений. Красота – это символ символов. Красота открывает нам все, поскольку не выражает ничего.

    — Джилберт · книга
11. «

    — Далеко-далеко за сосновым бором есть маленький сад. Там густа и высока трава, там большие, белые звезды болиголова, и всю ночь поет соловей, а сверху глядит холодная хрустальная луна, и тисовое дерево простирает свои исполинские руки над спящими. — Вы говорите о Саде Смерти? — Да, Смерти. Смерть должна быть прекрасна. Лежать в мягкой темной земле, чтоб над головой качались травы, и слушать молчание! Не знать ни вчера, ни завтра. Забыть время, простить жизнь, познать покой. В твоих силах помочь мне. Тебе легко отворить врата Смерти, ибо с тобой Любовь, а Любовь сильнее Смерти.

    — Далеко-далеко за сосновым бором есть маленький сад. Там густа и высока трава, там большие, белые звезды болиголова, и всю ночь поет соловей, а сверху глядит холодная хрустальная луна, и тисовое дерево простирает свои исполинские руки над спящими. — Вы говорите о Саде Смерти? — Да, Смерти. Смерть должна быть прекрасна. Лежать в мягкой темной земле, чтоб над головой качались травы, и слушать молчание! Не знать ни вчера, ни завтра. Забыть время, простить жизнь, познать покой. В твоих силах помочь мне. Тебе легко отворить врата Смерти, ибо с тобой Любовь, а Любовь сильнее Смерти.

    — Виргиния · книга
12. «

    Цель жизни — самовыражение. Проявить во всей полноте свою сущность — вот для чего мы живем. А в наш век люди стали бояться самих себя. Они забыли, что высший долг — это долг перед самим собой. Разумеется, они милосердны. Они накормят голодного, оденут нищего. Но их собственные души наги и умирают с голоду. Мы утратили мужество. А может быть, его у нас никогда не было. Боязнь общественного мнения, эта основа морали и страх перед богом, страх, на котором держится религия, — вот что властвует над нами.

    Цель жизни — самовыражение. Проявить во всей полноте свою сущность — вот для чего мы живем. А в наш век люди стали бояться самих себя. Они забыли, что высший долг — это долг перед самим собой. Разумеется, они милосердны. Они накормят голодного, оденут нищего. Но их собственные души наги и умирают с голоду. Мы утратили мужество. А может быть, его у нас никогда не было. Боязнь общественного мнения, эта основа морали и страх перед богом, страх, на котором держится религия, — вот что властвует над нами.

    — Лорд Генри Уоттон · книга
13. «

    Если говорить о форме, – прообразом всех искусств является искусство музыканта. Если говорить о чувстве – искусство актера.

    Если говорить о форме, – прообразом всех искусств является искусство музыканта. Если говорить о чувстве – искусство актера.

    — Портрет Дориана Грея · книга
14. «

    Другие — это вообще кошмарная публика. Единственное хорошее общество — это ты сам.

    Другие — это вообще кошмарная публика. Единственное хорошее общество — это ты сам.

    — Лорд Горин · книга
15. «

    Что я могу ему дать? Губы, которые разучились улыбаться, глаза, ослепшие от слез, холодные руки и пустое сердце.

    Что я могу ему дать? Губы, которые разучились улыбаться, глаза, ослепшие от слез, холодные руки и пустое сердце.

    — Веер леди Уиндермир · книга
16. «

    Насколько я могу судить, единственная цель жизни у теперешних молодых женщин — это игра с огнем. Первое условие игры с огнем, в том, чтобы даже не обжечься. Обжигаются только те, кто не знает правил игры.

    Насколько я могу судить, единственная цель жизни у теперешних молодых женщин — это игра с огнем. Первое условие игры с огнем, в том, чтобы даже не обжечься. Обжигаются только те, кто не знает правил игры.

    — Леди Кэролайн · книга
17. «

    Художник – тот, кто создаёт прекрасное.

    Художник – тот, кто создаёт прекрасное.

    — Портрет Дориана Грея · книга
18. «

    Если произведение искусства вызывает споры, — значит, в нем есть нечто новое, сложное и значительное. Пусть критики расходятся во мнениях, — художник остается верен себе. Можно простить человеку, который делает нечто полезное, если только он этим не восторгается. Тому же, кто создает бесполезное, единственным оправданием служит лишь страстная любовь к своему творению. Всякое искусство совершенно бесполезно.

    Если произведение искусства вызывает споры, — значит, в нем есть нечто новое, сложное и значительное. Пусть критики расходятся во мнениях, — художник остается верен себе. Можно простить человеку, который делает нечто полезное, если только он этим не восторгается. Тому же, кто создает бесполезное, единственным оправданием служит лишь страстная любовь к своему творению. Всякое искусство совершенно бесполезно.

    — Портрет Дориана Грея · книга
19. «

    Я всегда очень дружески отношусь к тем, кто мне безразличен.

    Я всегда очень дружески отношусь к тем, кто мне безразличен.
20. «

    Художник не стремится что-то доказывать. Доказать можно даже неоспоримые истины.

    Художник не стремится что-то доказывать. Доказать можно даже неоспоримые истины.

    — Портрет Дориана Грея · книга