69 мудрых мыслей Паскаля Брюкнера

Подборка из 69 цитат Паскаля Брюкнера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Взаимная любовь — это постоянное обновление словаря во имя той же свободы быть вместе, как быть глупым в силу невинности.

   Взаимная любовь — это постоянное обновление словаря во имя той же свободы быть вместе, как быть глупым в силу невинности.

   — Горькая луна · книга
2. «

   С детским вызовом я говорил ей: я тебя брошу не ради какой-то одной женщины, а ради всех женщин сразу.

   С детским вызовом я говорил ей: я тебя брошу не ради какой-то одной женщины, а ради всех женщин сразу.

   — Горькая луна · книга
3. «

   Первая из всех свобод состоит в возможности сказать нет.

   Первая из всех свобод состоит в возможности сказать нет.

   — Божественное дитя · книга
4. «

   Вы готовы умереть за тех, кого любите? Я, прежде всего, готов с ними жить: проза повседневного бытия требует от нас постоянства, делая ненужными демонстративные жесты — исключительные, а значит, случайные.

   Вы готовы умереть за тех, кого любите? Я, прежде всего, готов с ними жить: проза повседневного бытия требует от нас постоянства, делая ненужными демонстративные жесты — исключительные, а значит, случайные.

   — Парадокс любви · книга
5. «

   Она из тех роскошных штучек, что переходят из рук в руки, лишь бы не оставаться в одиночестве.

   Она из тех роскошных штучек, что переходят из рук в руки, лишь бы не оставаться в одиночестве.

   — Похитители красоты · книга
6. «

   Мы часто слышим: «Я ещё верю в великую любовь». Но верить надо в людей — уязвимых, несовершенных, а не в абстракцию, какой бы прекрасной она ни была. Любить любовь больше самих людей, значит витать в облаках.

   Мы часто слышим: «Я ещё верю в великую любовь». Но верить надо в людей — уязвимых, несовершенных, а не в абстракцию, какой бы прекрасной она ни была. Любить любовь больше самих людей, значит витать в облаках.

   — Парадокс любви · книга
7. «

   Ревность — всего лишь форма для запуганного воображения, преобразующего в уверенность малейшее подозрение.

   Ревность — всего лишь форма для запуганного воображения, преобразующего в уверенность малейшее подозрение.

   — Горькая луна · книга
8. «

   Есть победы, ведущие в тупик, и поражения, открывающие новые пути.

   Есть победы, ведущие в тупик, и поражения, открывающие новые пути.

   — Горькая луна · книга
9. «

   Ей больше не суждено нравиться: я хочу сказать, что кривая может понравиться только мне, калеке. Она видит красоты окружающего мира, хаотический беспорядок улиц, но никто не смотрит на нее, потому что на монстров смотреть не стоит. Каждый из нас отмечен стигматами боя. Благодаря вам, мы состаримся вместе — равновесие восстановлено. Я вновь стал для нее всем, мы образуем восхитительную пару страшилищ. Вы были маленьким бесполезным господином до нашей встречи — и вы сумели воссоединить две души.

   Ей больше не суждено нравиться: я хочу сказать, что кривая может понравиться только мне, калеке. Она видит красоты окружающего мира, хаотический беспорядок улиц, но никто не смотрит на нее, потому что на монстров смотреть не стоит. Каждый из нас отмечен стигматами боя. Благодаря вам, мы состаримся вместе — равновесие восстановлено. Я вновь стал для нее всем, мы образуем восхитительную пару страшилищ. Вы были маленьким бесполезным господином до нашей встречи — и вы сумели воссоединить две души.

   — Горькая луна · книга
10. «

    Счастье — божественная прихоть, оно нисходит на нас без всякой причины, разражает внезапно, как гром фанфар. Быть может, самое большое счастье как раз то, которого мы не ждем, на которое не рассчитываем, которое случается ни с того ни с сего, оно словно сваливается с неба, нарушая привычный распорядок, и озадачивает, восхищает, ошеломляет нас.

    Счастье — божественная прихоть, оно нисходит на нас без всякой причины, разражает внезапно, как гром фанфар. Быть может, самое большое счастье как раз то, которого мы не ждем, на которое не рассчитываем, которое случается ни с того ни с сего, оно словно сваливается с неба, нарушая привычный распорядок, и озадачивает, восхищает, ошеломляет нас.

    — Вечная эйфория. Эссе о принудительном счастье · книга
11. «

    Я особо привязываюсь к тем людям, которые во мне не нуждаются, которых я внезапно приковываю сильнейшей из всех цепей.

    Я особо привязываюсь к тем людям, которые во мне не нуждаются, которых я внезапно приковываю сильнейшей из всех цепей.

    — Горькая луна · книга
12. «

    В конце концов, имею я право не круглые сутки быть привлекательной? Хочется перерывов на прозу, на обыденность.

    В конце концов, имею я право не круглые сутки быть привлекательной? Хочется перерывов на прозу, на обыденность.

    — Похитители красоты · книга
13. «

    Телевизор — средство спасения для тех людей, которым нечего сказать друг другу.

    Телевизор — средство спасения для тех людей, которым нечего сказать друг другу.

    — Горькая луна · книга
14. «

    Красота есть высшая несправедливость. Одной лишь своей внешностью люди принижают нас... Богатым может стать каждый, а вот красивым надо родиться; красоту не наживешь, сколько бы ни прожил.

    Красота есть высшая несправедливость. Одной лишь своей внешностью люди принижают нас... Богатым может стать каждый, а вот красивым надо родиться; красоту не наживешь, сколько бы ни прожил.

    — Похитители красоты · книга
15. «

    И потом, в жизни есть такой период, когда любая связь становится предсказуемой, включая и ее деградацию: опыт запрещает нам искать новое чувство, убивает в нас свежесть блаженного неведения.

    И потом, в жизни есть такой период, когда любая связь становится предсказуемой, включая и ее деградацию: опыт запрещает нам искать новое чувство, убивает в нас свежесть блаженного неведения.

    — Горькая луна · книга
16. «

    Зверство мое к тому же отличалось сильной зависимостью: я слишком нуждался в этой женщине, которую подвергал казни, и в свою очередь, невзирая на палаческий статус, стал рабом моей рабыни.

    Зверство мое к тому же отличалось сильной зависимостью: я слишком нуждался в этой женщине, которую подвергал казни, и в свою очередь, невзирая на палаческий статус, стал рабом моей рабыни.

    — Горькая луна · книга
17. «

    У меня только одна страсть — книги, единственные мои союзники в борьбе со временем. Людям я предпочитаю книги: они уже написаны, их открываешь и закрываешь, когда хочется. Ведь к человеку никогда не знаешь, как подступиться, его не отложишь и не уберешь на полку.

    У меня только одна страсть — книги, единственные мои союзники в борьбе со временем. Людям я предпочитаю книги: они уже написаны, их открываешь и закрываешь, когда хочется. Ведь к человеку никогда не знаешь, как подступиться, его не отложишь и не уберешь на полку.

    — Похитители красоты · книга
18. «

    Моя любовь к тебе была долгой ошибкой, которая встретилась с истиной.

    Моя любовь к тебе была долгой ошибкой, которая встретилась с истиной.

    — Горькая луна · книга
19. «

    ... Любовники должны разлучаться в самый разгар страсти, расставаться от избытка гармонии, как другие люди кончают с собой от избытка счастья.

    ... Любовники должны разлучаться в самый разгар страсти, расставаться от избытка гармонии, как другие люди кончают с собой от избытка счастья.

    — Горькая луна · книга
20. «

    Несомненно, любовь — это два одиночества, совокупившиеся с целью породить недоразумение.

    Несомненно, любовь — это два одиночества, совокупившиеся с целью породить недоразумение.

    — Горькая луна · книга