27 коротких цитат Патрика Модиано

Подборка из 27 цитат Патрика Модиано: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Господи, каким смешным и ничтожным становится со временем всё, что прежде причиняло страдания, какими жалкими кажутся люди, навязанные нам в детстве и юности волей случая или злым роком.

   Господи, каким смешным и ничтожным становится со временем всё, что прежде причиняло страдания, какими жалкими кажутся люди, навязанные нам в детстве и юности волей случая или злым роком.

   — Босманс · книга
2. «

   — Я провожу вас? — О нет, нет... Слишком печальный ритуал...

   — Я провожу вас? — О нет, нет... Слишком печальный ритуал...

   — Улица темных лавок · книга
3. «

   Окраина жизни не дает своим обитателям того комфорта, к которому привыкли те, кто живет в центре больших городов.

   Окраина жизни не дает своим обитателям того комфорта, к которому привыкли те, кто живет в центре больших городов.

   — Главная героиня · книга
4. «

   К великому моему стыду, я вдруг осознала, что никогда не задумывалась о смысле жизни. Жила себе одним днем и искала только удовольствий. Вначале, ещё в детстве, таким удовольствием было получить стофранковую монету и купить в кондитерской Недлека фисташковое мороженое или же прокатиться на «американских горках» в парке аттракционов — мне нравилось, когда там, на высоте, у меня кружилась голова. Позже, когда в моей жизни появился Рене, мы ходили на пляж часам к одиннадцати утра, а днём оставались вдвоём в прохладной комнате с закрытыми ставнями. А ещё я любила посидеть на террасе кафе летом, в утренние часы, когда там никого не было. Любила читать детективы, любила слушать музыку. Питала слабость к собакам и лошадям.

   К великому моему стыду, я вдруг осознала, что никогда не задумывалась о смысле жизни. Жила себе одним днем и искала только удовольствий. Вначале, ещё в детстве, таким удовольствием было получить стофранковую монету и купить в кондитерской Недлека фисташковое мороженое или же прокатиться на «американских горках» в парке аттракционов — мне нравилось, когда там, на высоте, у меня кружилась голова. Позже, когда в моей жизни появился Рене, мы ходили на пляж часам к одиннадцати утра, а днём оставались вдвоём в прохладной комнате с закрытыми ставнями. А ещё я любила посидеть на террасе кафе летом, в утренние часы, когда там никого не было. Любила читать детективы, любила слушать музыку. Питала слабость к собакам и лошадям.

   — Незнакомки · книга
5. «

   Дни сменялись, неотличимые друг от друга, их размеренный ход напоминал движущуюся дорожку на станции «Шатле». Меня несло по нескончаемому коридору без всякого моего участия, не нужно было даже самой идти. <...> — Поэтому и нужно найти устойчивый островок, чтобы жизнь перестала быть непрерывным потоком, уносящим нас против нашей воли. — Он улыбался, словно хотел смягчить серьёзность своих слов. — И как только мы его отыщем, всё сразу пойдет куда лучше.

   Дни сменялись, неотличимые друг от друга, их размеренный ход напоминал движущуюся дорожку на станции «Шатле». Меня несло по нескончаемому коридору без всякого моего участия, не нужно было даже самой идти. <...> — Поэтому и нужно найти устойчивый островок, чтобы жизнь перестала быть непрерывным потоком, уносящим нас против нашей воли. — Он улыбался, словно хотел смягчить серьёзность своих слов. — И как только мы его отыщем, всё сразу пойдет куда лучше.

   — Моро-Бадмаев · книга
6. «

   ... Воскресенье всегда оставляет о себе странные воспоминания — кусочек небытия, нечто, вынесенное за скобки обычной жизни.

   ... Воскресенье всегда оставляет о себе странные воспоминания — кусочек небытия, нечто, вынесенное за скобки обычной жизни.

   — Однажды ночью · книга
7. «

   У меня не осталось никаких воспоминаний о людях, с которыми я провела все эти годы в пансионе. Помню только, что уже с четырнадцати лет мне страстно хотелось изведать ВЕЛИКУЮ ЛЮБОВЬ. Но, увы, никто не заставил моё сердце биться чаще в те времена. Так они и канули в прошлое, окутанные туманом забвения, который поглотил все лица и мелкие события моей жизни. Иногда я даже спрашиваю себя, уж не привиделось ли мне всё это во сне.

   У меня не осталось никаких воспоминаний о людях, с которыми я провела все эти годы в пансионе. Помню только, что уже с четырнадцати лет мне страстно хотелось изведать ВЕЛИКУЮ ЛЮБОВЬ. Но, увы, никто не заставил моё сердце биться чаще в те времена. Так они и канули в прошлое, окутанные туманом забвения, который поглотил все лица и мелкие события моей жизни. Иногда я даже спрашиваю себя, уж не привиделось ли мне всё это во сне.

   — Незнакомки · книга
8. «

   Все будет в порядке, монотонность будней действует умиротворяюще...

   Все будет в порядке, монотонность будней действует умиротворяюще...

   — Однажды ночью · книга
9. «

   ...слова, подслушанные во сне и поразившие тебя, или оказываются сущей бессмыслицей, стоит проснуться, или бесследно забываются, хоть ты и клялся запомнить их навсегда.

   ...слова, подслушанные во сне и поразившие тебя, или оказываются сущей бессмыслицей, стоит проснуться, или бесследно забываются, хоть ты и клялся запомнить их навсегда.

   — Босманс · книга
10. «

    Я думаю, что подъезды домов хранят шаги тех, кто когда-то часто бывал здесь и потом исчез. Какие-то замирающие волны и сейчас дрожат в воздухе, они становятся все слабее, но их можно уловить, если прислушаться.

    Я думаю, что подъезды домов хранят шаги тех, кто когда-то часто бывал здесь и потом исчез. Какие-то замирающие волны и сейчас дрожат в воздухе, они становятся все слабее, но их можно уловить, если прислушаться.

    — Улица темных лавок · книга
11. «

    Зло можно победить, если знаешь его по имени.

    Зло можно победить, если знаешь его по имени.

    — Босманс · книга
12. «

    Я никогда ничего ни у кого не прошу и не требую помощи.

    Я никогда ничего ни у кого не прошу и не требую помощи.

    — Однажды ночью · книга
13. «

    Ночью на улицах чувствуешь себя участником другой, второй жизни, куда более увлекательной, чем первая, или просто воображаешь ее.

    Ночью на улицах чувствуешь себя участником другой, второй жизни, куда более увлекательной, чем первая, или просто воображаешь ее.

    — Однажды ночью · книга
14. «

    Поверь, жизнь гораздо проще, когда о ней не задумываешься...

    Поверь, жизнь гораздо проще, когда о ней не задумываешься...

    — Однажды ночью · книга
15. «

    Прежде чем сжечь мосты, надо дойти до конца...

    Прежде чем сжечь мосты, надо дойти до конца...

    — Маленькое Чудо · книга
16. «

    Бывают люди, которые демонстрируют вам свои наклеенные в альбомах фотографии, где запечатлен каждый миг их жизни. Им повезло, — наверное, у них всегда был под рукой аппарат, верный свидетель и спутник. Мы же никогда не думали об этом, ни Рене, ни я. Нам было достаточно просто жить, день за днем.

    Бывают люди, которые демонстрируют вам свои наклеенные в альбомах фотографии, где запечатлен каждый миг их жизни. Им повезло, — наверное, у них всегда был под рукой аппарат, верный свидетель и спутник. Мы же никогда не думали об этом, ни Рене, ни я. Нам было достаточно просто жить, день за днем.

    — Незнакомки · книга
17. «

    Бывает, что мгновенно теряешь то, чем по-настоящему дорожишь: четырехлистный клевер, любовное письмо, плюшевого медвежонка. Зато какая-нибудь ненужная вещь упорно сопровождает тебя годами, хочешь ты того или нет. Думаешь, что удалось избавиться от неё, но вновь находишь её на дне ящика.

    Бывает, что мгновенно теряешь то, чем по-настоящему дорожишь: четырехлистный клевер, любовное письмо, плюшевого медвежонка. Зато какая-нибудь ненужная вещь упорно сопровождает тебя годами, хочешь ты того или нет. Думаешь, что удалось избавиться от неё, но вновь находишь её на дне ящика.

    — Маргарет Ле Коз · книга
18. «

    Однако нельзя стереть всё прошлое начисто. Всегда останутся свидетели, люди, среди которых ты жил.

    Однако нельзя стереть всё прошлое начисто. Всегда останутся свидетели, люди, среди которых ты жил.

    — Пьер Кэслей · книга
19. «

    Выйдя на длинную и чересчур широкую Карл-Маркс-аллее, застроенную огромными бетонными зданиями, похожими на казармы, Босманс, как ни странно, не почувствовал себя потерянным и чужим. «Эти улицы — мои ровесницы. Я ведь тоже за несколько десятилетий пытался проложить идеально ровные магистрали, выстроить прямоугольные дома с глянцевыми фасадами, поставить четкие дорожные указатели, чтобы скрыть исконные болота и буераки, скверных родителей, грехи молодости. Но, несмотря на все свои усилия, то и дело оказывался на пустыре и болезненно ощущал, что кого-то недостает в моей жизни, или дорогу мне преграждал ряд старых домов, поврежденных войной, жестокие угрызения совести».

    Выйдя на длинную и чересчур широкую Карл-Маркс-аллее, застроенную огромными бетонными зданиями, похожими на казармы, Босманс, как ни странно, не почувствовал себя потерянным и чужим. «Эти улицы — мои ровесницы. Я ведь тоже за несколько десятилетий пытался проложить идеально ровные магистрали, выстроить прямоугольные дома с глянцевыми фасадами, поставить четкие дорожные указатели, чтобы скрыть исконные болота и буераки, скверных родителей, грехи молодости. Но, несмотря на все свои усилия, то и дело оказывался на пустыре и болезненно ощущал, что кого-то недостает в моей жизни, или дорогу мне преграждал ряд старых домов, поврежденных войной, жестокие угрызения совести».

    — Босманс · книга
20. «

    Вы были правы, в жизни важно не будущее, а прошлое.

    Вы были правы, в жизни важно не будущее, а прошлое.

    — Хютте · книга