35 цитат Петра Бормора: от иронии до философии

Подборка из 35 цитат Петра Бормора: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Наверное, когда первая женщина была создана из ребра мужчины, она получилась очень маленькой. Ну много ли можно наскрести с одного ребра?

   Наверное, когда первая женщина была создана из ребра мужчины, она получилась очень маленькой. Ну много ли можно наскрести с одного ребра?

   — Книга на третье · книга
2. «

   Костры. Десятки костров, в несколько рядов, и на каждом — корчится заживо сжигаемая ведьма. Горящие от брошенной спички леса. Объятые пламенем автомобили. Печи крематориев в концлагерях. Раскаленные щипцы в руках палача. Поля, затянутые пороховым дымом. Костры из рукописей. И многое, многое другое. — Но есть же и светлые стороны! — в отчаянии возражает Прометей. — Огонь — это тепло, это свет, это горячая еда. Огонь это прогресс! Орел не спеша заворачивает зеркало обратно в покрывало. Насмешливо каркает и улетает. — Лучше бы ты мне печень выклевывал…

   Костры. Десятки костров, в несколько рядов, и на каждом — корчится заживо сжигаемая ведьма. Горящие от брошенной спички леса. Объятые пламенем автомобили. Печи крематориев в концлагерях. Раскаленные щипцы в руках палача. Поля, затянутые пороховым дымом. Костры из рукописей. И многое, многое другое. — Но есть же и светлые стороны! — в отчаянии возражает Прометей. — Огонь — это тепло, это свет, это горячая еда. Огонь это прогресс! Орел не спеша заворачивает зеркало обратно в покрывало. Насмешливо каркает и улетает. — Лучше бы ты мне печень выклевывал…

   — Многобукаф. Книга для · книга
3. «

   — Знать-то я, конечно, знаю, — сдержанно кивнул Шамбамбукли. — Но мои знания носят чисто прикладной характер. То есть, я в курсе, что надо делать и как, чтобы всё заработало. На практике. А вдруг я всё делаю наоборот? И надо совсем иначе? Вот мне и интересно: что по этому поводу говорит теория? Мазукта растерянно почесал в затылке. — Теория..? Да чёрт её знает! — Тогда, может, его и спросим? — предложил Шамбамбукли. — Кого, чёрта? — Мазукта скептически поджал губы. — Не думаю, что это хорошая идея. Чертей много. И у каждого своя теория.

   — Знать-то я, конечно, знаю, — сдержанно кивнул Шамбамбукли. — Но мои знания носят чисто прикладной характер. То есть, я в курсе, что надо делать и как, чтобы всё заработало. На практике. А вдруг я всё делаю наоборот? И надо совсем иначе? Вот мне и интересно: что по этому поводу говорит теория? Мазукта растерянно почесал в затылке. — Теория..? Да чёрт её знает! — Тогда, может, его и спросим? — предложил Шамбамбукли. — Кого, чёрта? — Мазукта скептически поджал губы. — Не думаю, что это хорошая идея. Чертей много. И у каждого своя теория.

   — Игры демиургов · книга
4. «

   Вот ты — композитор, верно? Как бы ты отнёсся к предложению исполнить сложную симфонию на одних белых клавишах, не трогая чёрных?

   Вот ты — композитор, верно? Как бы ты отнёсся к предложению исполнить сложную симфонию на одних белых клавишах, не трогая чёрных?

   — Игры демиургов · книга
5. «

   — Идея — сказал наконец Мазукта, покачивая на ладони плод. — Мертворожденная. Вот что бывает, когда насилуют Истину. Всегда.

   — Идея — сказал наконец Мазукта, покачивая на ладони плод. — Мертворожденная. Вот что бывает, когда насилуют Истину. Всегда.

   — демиург Мазукта · книга
6. «

   — Только, когда будешь наставлять своих человеков, попомни мои слова. Заповеди должны быть четкими, ясными, не допускающими никаких двояких толкований и простыми в исполнении... — Я не собираюсь давать никому никаких заповедей... — То есть как? — Ну... так. Если человечество само не в состоянии разобраться, что можно делать, а чего нельзя — то кому оно нужно, такое человечество?

   — Только, когда будешь наставлять своих человеков, попомни мои слова. Заповеди должны быть четкими, ясными, не допускающими никаких двояких толкований и простыми в исполнении... — Я не собираюсь давать никому никаких заповедей... — То есть как? — Ну... так. Если человечество само не в состоянии разобраться, что можно делать, а чего нельзя — то кому оно нужно, такое человечество?

   — демиург Мазукта · книга
7. «

   У одного индуса жили три обезьяны: слепая, глухая и немая. Однажды в дом забрался вор, увидел обезьян и собрался их убить, чтобы не оставлять свидетелей. — Ничего не вижу! — поспешно сказала слепая обезьяна. — Ничего не слышу! — добавила глухая. А немая только руками развела: она, мол, и рада бы что-то сказать, да вот не может. Вор успокоился, собрал всякое добро в мешок и убежал. Утром хозяин обнаружил пропажу и вызвал полицию. — Я всё видела! — сказала глухая обезьяна. — Я всё слышала! — добавила слепая. «А я записала номер машины», — показала знаками немая и протянула листок. Как часто нас подводят стереотипы!

   У одного индуса жили три обезьяны: слепая, глухая и немая. Однажды в дом забрался вор, увидел обезьян и собрался их убить, чтобы не оставлять свидетелей. — Ничего не вижу! — поспешно сказала слепая обезьяна. — Ничего не слышу! — добавила глухая. А немая только руками развела: она, мол, и рада бы что-то сказать, да вот не может. Вор успокоился, собрал всякое добро в мешок и убежал. Утром хозяин обнаружил пропажу и вызвал полицию. — Я всё видела! — сказала глухая обезьяна. — Я всё слышала! — добавила слепая. «А я записала номер машины», — показала знаками немая и протянула листок. Как часто нас подводят стереотипы!

   — Книга на третье · книга
8. «

   Атеисты — это ведь те же дети. Обиделись за что-то на родителей, и убежали. И целых полчаса будут думать, какие же они крутые и самостоятельные. А потом вернутся как ни в чем не бывало и скажут «здравствуй, папа, а где мой жареный телец?»

   Атеисты — это ведь те же дети. Обиделись за что-то на родителей, и убежали. И целых полчаса будут думать, какие же они крутые и самостоятельные. А потом вернутся как ни в чем не бывало и скажут «здравствуй, папа, а где мой жареный телец?»

   — демиург Мазукта · книга
9. «

   Весь мир — театр, у каждого в нем свою роль, и все реплики распределены заранее. Но эти сволочи все время импровизируют!

   Весь мир — театр, у каждого в нем свою роль, и все реплики распределены заранее. Но эти сволочи все время импровизируют!

   — Игры демиургов · книга
10. «

    Один человек не может иметь всё. Чтобы воплотить все мечты одного человека, нужны как минимум двое.

    Один человек не может иметь всё. Чтобы воплотить все мечты одного человека, нужны как минимум двое.

    — Книга на третье · книга
11. «

    Сказка про три поросёнка. " ... С последним поросенком вышел облом. Нет, дверь-то волк выбил и даже стенку как-то умудрился развалить. Но тут на него свалилась крыша. Мораль: да будь ты хоть последней свиньёй, главное — иметь солидную крышу."

    Сказка про три поросёнка. " ... С последним поросенком вышел облом. Нет, дверь-то волк выбил и даже стенку как-то умудрился развалить. Но тут на него свалилась крыша. Мораль: да будь ты хоть последней свиньёй, главное — иметь солидную крышу."

    — Запасная книжка · книга
12. «

    Поцеловал Иван-Царевич лягушку — и превратилась она в девушку. Другую лягушку поцеловал — и та превратилась. Третью — то же самое. Четвертую, пятую — все превращаются в девушек. Уж такое свойство у Ивана-Царевича…

    Поцеловал Иван-Царевич лягушку — и превратилась она в девушку. Другую лягушку поцеловал — и та превратилась. Третью — то же самое. Четвертую, пятую — все превращаются в девушек. Уж такое свойство у Ивана-Царевича…

    — Книга на третье · книга
13. «

    — Ну посмотри на небо. Видишь звезды? — Ну вижу… — Можешь ли ты их сосчитать? — Могу… — Да это не задание! Это риторический вопрос. — Тогда не могу…

    — Ну посмотри на небо. Видишь звезды? — Ну вижу… — Можешь ли ты их сосчитать? — Могу… — Да это не задание! Это риторический вопрос. — Тогда не могу…

    — Игры демиургов · книга
14. «

    Долго ли, коротко ли, а добрался Иван-царевич до Тридевятого царства, нашел черный замок из костей, стащил Кощея за бороду с трона и меч-кладенец над ним занес. А Кощей и говорит ему человеческим голосом: «Не бей меня, Иванушка, я тебе еще пригожусь!» Кивнул Иван-царевич, спрятал свой меч и дальше пошёл. Привычка...

    Долго ли, коротко ли, а добрался Иван-царевич до Тридевятого царства, нашел черный замок из костей, стащил Кощея за бороду с трона и меч-кладенец над ним занес. А Кощей и говорит ему человеческим голосом: «Не бей меня, Иванушка, я тебе еще пригожусь!» Кивнул Иван-царевич, спрятал свой меч и дальше пошёл. Привычка...

    — Книга на третье · книга
15. «

    Миры каждый творит сам для себя и сам из себя. Больше не из чего.

    Миры каждый творит сам для себя и сам из себя. Больше не из чего.

    — Многобукаф. Книга для · книга
16. «

    Людей легче уничтожить, чем переубедить. Они никогда тебе не поверят — во всяком случае, до тех пор, пока у них есть возможность верить во что-то другое, неважно во что. Даже в самую распоследнюю ересь.

    Людей легче уничтожить, чем переубедить. Они никогда тебе не поверят — во всяком случае, до тех пор, пока у них есть возможность верить во что-то другое, неважно во что. Даже в самую распоследнюю ересь.

    — Игры демиургов · книга
17. «

    — Ну и зачем всё это было нужно? — поинтересовался наблюдавший за операцией через стекло демиург Мазукта. — Ты имеешь в виду, зачем нужны были боль, кровь и страдания? — Именно. Насколько я понимаю, тебе не составило бы труда провернуть все быстро и безболезненно. Так зачем же..? — Понимаешь… — задумчиво протянул Шамбамбукли, ополаскивая руки после операции, — оно ведь как все должно было быть? Вот захотел человеку бабу. Попросил творца её сделать. Творец вколол ему снотворное, уложил баиньки, трах-тибидох! — а когда человек проснулся, ему подводят уже готовую женщину и говорят «на, мол, пользуйся». И как после этого он станет к ней относиться? Мазукта почесал за ухом и протянул: «поня-а-атно…» — Ну вот. А так… может, он хоть немного будет её ценить? — с надеждой произнёс Шамбамбукли.

    — Ну и зачем всё это было нужно? — поинтересовался наблюдавший за операцией через стекло демиург Мазукта. — Ты имеешь в виду, зачем нужны были боль, кровь и страдания? — Именно. Насколько я понимаю, тебе не составило бы труда провернуть все быстро и безболезненно. Так зачем же..? — Понимаешь… — задумчиво протянул Шамбамбукли, ополаскивая руки после операции, — оно ведь как все должно было быть? Вот захотел человеку бабу. Попросил творца её сделать. Творец вколол ему снотворное, уложил баиньки, трах-тибидох! — а когда человек проснулся, ему подводят уже готовую женщину и говорят «на, мол, пользуйся». И как после этого он станет к ней относиться? Мазукта почесал за ухом и протянул: «поня-а-атно…» — Ну вот. А так… может, он хоть немного будет её ценить? — с надеждой произнёс Шамбамбукли.

    — демиург Мазукта · книга
18. «

    Да потому что людям ничьи советы свыше нафиг не нужны! Они все-равно истолкуют любые слова так, как им больше понравится. Или каким-нибудь совсем дурацким образом. Лишь бы только не выполнять инструкции.

    Да потому что людям ничьи советы свыше нафиг не нужны! Они все-равно истолкуют любые слова так, как им больше понравится. Или каким-нибудь совсем дурацким образом. Лишь бы только не выполнять инструкции.

    — Мазукта · книга
19. «

    — Неплохо… очень неплохо, — задумчиво протянул карлик и дернул ушами. — Колени, конечно, напряжены, и отскок слабоват… но в целом — вполне терпимо. Давайте зачетку, молодой человек. — Зачёт? — восторженно прошептал рыцарь. — Зачёт, — кивнул карлик и размашисто расписался в пергаменте. — А мне? — тоскливо спросил дракон, прилаживая голову на место. — А тебе, — нахмурился карлик, — готовиться к пересдаче. Двоечник!

    — Неплохо… очень неплохо, — задумчиво протянул карлик и дернул ушами. — Колени, конечно, напряжены, и отскок слабоват… но в целом — вполне терпимо. Давайте зачетку, молодой человек. — Зачёт? — восторженно прошептал рыцарь. — Зачёт, — кивнул карлик и размашисто расписался в пергаменте. — А мне? — тоскливо спросил дракон, прилаживая голову на место. — А тебе, — нахмурился карлик, — готовиться к пересдаче. Двоечник!

    — Многобукаф. Книга для · книга
20. «

    Будут в твоей жизни и взлёты, и падения, и удачи, и разочарования. Но помни, сынок, самое главное — как бы ни сложилась твоя судьба, в какие бы обстоятельства ты ни попал, при любом раскладе надо оставаться человеком! Хитрой, коварной, беспощадной тварью!

    Будут в твоей жизни и взлёты, и падения, и удачи, и разочарования. Но помни, сынок, самое главное — как бы ни сложилась твоя судьба, в какие бы обстоятельства ты ни попал, при любом раскладе надо оставаться человеком! Хитрой, коварной, беспощадной тварью!

    — Запасная книжка · книга