Питер Хёг — 106 цитат с глубоким смыслом

Питер Хёг — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 106 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Арлекин может вынести бесконечный ряд унижений. Тот, у кого нет гордости, неуязвим. Арлекин — это идеал. Но пока что недостижимый.

   Арлекин может вынести бесконечный ряд унижений. Тот, у кого нет гордости, неуязвим. Арлекин — это идеал. Но пока что недостижимый.

   — Тишина · книга
2. «

   Смерть страшна не тем, что она меняет будущее. А тем, что она оставляет нас один на один с нашими воспоминаниями.

   Смерть страшна не тем, что она меняет будущее. А тем, что она оставляет нас один на один с нашими воспоминаниями.

   — Смилла Ясперсен · книга
3. «

   В ней масса жизненных сил, потому что у неё было счастливое детство и очень быстрая карьера. Она ещё не пережила тех несчастий, которые необходимы, чтобы развить дух, способный к сопротивлению.

   В ней масса жизненных сил, потому что у неё было счастливое детство и очень быстрая карьера. Она ещё не пережила тех несчастий, которые необходимы, чтобы развить дух, способный к сопротивлению.

   — Смилла Ясперсен · книга
4. «

   В кактусах есть какое-то упрямство. Им приходится пробиваться через несколько кубических метров камней. Солнце не хочет, чтобы они росли, ветер пустыни не хочет, чтобы они росли, засуха не хочет, ночные заморозки не хотят. И всё равно они пробиваются наверх. Они ощетиниваются своими колючками, прячась за своей плотной оболочкой. И не сдаются ни на миллиметр. Я чувствую к ним симпатию.

   В кактусах есть какое-то упрямство. Им приходится пробиваться через несколько кубических метров камней. Солнце не хочет, чтобы они росли, ветер пустыни не хочет, чтобы они росли, засуха не хочет, ночные заморозки не хотят. И всё равно они пробиваются наверх. Они ощетиниваются своими колючками, прячась за своей плотной оболочкой. И не сдаются ни на миллиметр. Я чувствую к ним симпатию.

   — Смилла Ясперсен · книга
5. «

   — Когда я был маленьким, и нам давали хлеб, прямо из печи, или конфеты, мы делились с остальными. Нас всегда было много, детей артистов, и мы всегда хотели есть. Делились все. Мы кое-что понимали, притом что это никогда не было сформулировано. Мы знали, что хлеб вкуснее, если им делиться. Мы не пытались это объяснить. Но это было чисто физическое ощущение. Вкус был другим. Мы тогда понимали, что самое важное не может существовать только для тебя одного. Если кто-то один голодает, то все чувствуют голод. Также и со счастьем. Не существует твоего отдельного счастья. И свободы.

   — Когда я был маленьким, и нам давали хлеб, прямо из печи, или конфеты, мы делились с остальными. Нас всегда было много, детей артистов, и мы всегда хотели есть. Делились все. Мы кое-что понимали, притом что это никогда не было сформулировано. Мы знали, что хлеб вкуснее, если им делиться. Мы не пытались это объяснить. Но это было чисто физическое ощущение. Вкус был другим. Мы тогда понимали, что самое важное не может существовать только для тебя одного. Если кто-то один голодает, то все чувствуют голод. Также и со счастьем. Не существует твоего отдельного счастья. И свободы.

   — Тишина · книга
6. «

   Талант — это умение вовремя отказываться.

   Талант — это умение вовремя отказываться.

   — Тишина · книга
7. «

   — Мне очень жаль, — говорю я, — если создается впечатление, что груб у меня только голос. Я изо всех сил стараюсь быть грубой во всём.

   — Мне очень жаль, — говорю я, — если создается впечатление, что груб у меня только голос. Я изо всех сил стараюсь быть грубой во всём.

   — Смилла и её чувство снега · книга
8. «

   Читать снег — это всё равно что слушать музыку. Описывать то, что прочитал, — это всё равно что растолковывать музыку при помощи слов.

   Читать снег — это всё равно что слушать музыку. Описывать то, что прочитал, — это всё равно что растолковывать музыку при помощи слов.

   — Смилла и её чувство снега · книга
9. «

   Единственный шанс для любого человека – дать себе время привыкнуть.

   Единственный шанс для любого человека – дать себе время привыкнуть.

   — Смилла Ясперсен · книга
10. «

    Любое помещение, назначением которого является какая-то форма совместного времяпровождения, начинает казаться ненастоящим, когда его покидают. Театральные сцены, церкви, залы ресторанов.

    Любое помещение, назначением которого является какая-то форма совместного времяпровождения, начинает казаться ненастоящим, когда его покидают. Театральные сцены, церкви, залы ресторанов.

    — Смилла Ясперсен · книга
11. «

    — Можно угостить вас обедом? — Я собираюсь прогуляться по Дюрехавен, — говорю я. — Мы могли бы прогуляться вместе. Я показываю на его кожаные ботинки. — Там слой снега в семьдесят пять сантиметров. — Я бы мог купить пару резиновых сапог по пути. — Вы на работе, — говорю я. — На пути к дипломатической карьере. Он уныло кивает. — Может быть, когда растает снег, — говорит он. — Весной. — Если доживем, — говорю я.

    — Можно угостить вас обедом? — Я собираюсь прогуляться по Дюрехавен, — говорю я. — Мы могли бы прогуляться вместе. Я показываю на его кожаные ботинки. — Там слой снега в семьдесят пять сантиметров. — Я бы мог купить пару резиновых сапог по пути. — Вы на работе, — говорю я. — На пути к дипломатической карьере. Он уныло кивает. — Может быть, когда растает снег, — говорит он. — Весной. — Если доживем, — говорю я.

    — Смилла и её чувство снега · книга
12. «

    Мы говорим о другом и никогда не говорим о завтрашнем дне. <...> Ты знаешь, что сам ты множество раз не мог сдержать обещание, а если говоришь о времени, всегда что-то обещаешь. Поэтому лучше ничего не говорить, совсем ничего.

    Мы говорим о другом и никогда не говорим о завтрашнем дне. <...> Ты знаешь, что сам ты множество раз не мог сдержать обещание, а если говоришь о времени, всегда что-то обещаешь. Поэтому лучше ничего не говорить, совсем ничего.

    — Условно пригодные · книга
13. «

    Меня всегда очаровывало то, с каким печальным бесстыдством датчане признают огромное расстояние, разделяющее их убеждения и их поступки.

    Меня всегда очаровывало то, с каким печальным бесстыдством датчане признают огромное расстояние, разделяющее их убеждения и их поступки.

    — Смилла Ясперсен · книга
14. «

    Те ножи, которые у меня есть в доме, остры настолько, что годятся чтобы разрезать ими конверты. Отрезать кусочек ржаного хлеба-это для них уже почти непосильная задача. По мне, они и не должны быть острее. В противном случае в тяжелейшие дни я способна быстро прийти к мысли о том, что можно без всяких проблем встать в ванной перед зеркалом и перерезать себе горло. И тут-то как раз очень неплохо иметь дополнительные гарантии безопасности, вроде того, что надо сходить вниз к соседу и взять у него взаймы нож.

    Те ножи, которые у меня есть в доме, остры настолько, что годятся чтобы разрезать ими конверты. Отрезать кусочек ржаного хлеба-это для них уже почти непосильная задача. По мне, они и не должны быть острее. В противном случае в тяжелейшие дни я способна быстро прийти к мысли о том, что можно без всяких проблем встать в ванной перед зеркалом и перерезать себе горло. И тут-то как раз очень неплохо иметь дополнительные гарантии безопасности, вроде того, что надо сходить вниз к соседу и взять у него взаймы нож.

    — Смилла Джасперсен · книга
15. «

    Все мы живём, слепо доверяя тем, кто принимает решения. Слепо доверяя науке. Ведь мир безграничен, а любая информация неопределенна.

    Все мы живём, слепо доверяя тем, кто принимает решения. Слепо доверяя науке. Ведь мир безграничен, а любая информация неопределенна.

    — Смилла Ясперсен · книга
16. «

    Содержание и дальнейшее развитие любовных отношений уже заключено в первых двадцати четырёх часах знакомства.

    Содержание и дальнейшее развитие любовных отношений уже заключено в первых двадцати четырёх часах знакомства.

    — Женщина и обезьяна · книга
17. «

    Она отошла, положив трубку, и отсутствовала пятнадцать секунд. — Он уехал. — Не далее мужского туалета, — заметил он. — Думаю, вам следует привести его оттуда.

    Она отошла, положив трубку, и отсутствовала пятнадцать секунд. — Он уехал. — Не далее мужского туалета, — заметил он. — Думаю, вам следует привести его оттуда.

    — Тишина · книга
18. «

    Именно так чувствуешь себя, когда живёшь настоящей жизнью. Сидишь рядом с другим человеком, и тебя понимают, всё понимают, и ничего не оценивают, и не могут без тебя обойтись.

    Именно так чувствуешь себя, когда живёшь настоящей жизнью. Сидишь рядом с другим человеком, и тебя понимают, всё понимают, и ничего не оценивают, и не могут без тебя обойтись.

    — Условно пригодные · книга
19. «

    Бывают дни, когда по утрам пробиваешься на поверхность, словно сквозь тонну грязи. Такими бывают шесть из семи дней. На седьмое утро просыпаешься с ощущением кристальной ясности, как будто мне есть ради чего вставать.

    Бывают дни, когда по утрам пробиваешься на поверхность, словно сквозь тонну грязи. Такими бывают шесть из семи дней. На седьмое утро просыпаешься с ощущением кристальной ясности, как будто мне есть ради чего вставать.

    — Смилла Ясперсен · книга
20. «

    — Как ты думаешь, Смилла, мы сами всё определяем в своей жизни? — Только детали, — говорю я. — Серьёзные вещи происходят сами по себе.

    — Как ты думаешь, Смилла, мы сами всё определяем в своей жизни? — Только детали, — говорю я. — Серьёзные вещи происходят сами по себе.

    — Механик и Смилла · книга