86 цитат Питера Хёга для тех, кто любит думать

Питер Хёг — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 86 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Нервный срыв совсем необязательно бывает срывом, он может наступить так, что ты тихо и спокойно погружаешься в равнодушие.

   Нервный срыв совсем необязательно бывает срывом, он может наступить так, что ты тихо и спокойно погружаешься в равнодушие.

   — Смилла Джасперсен · книга
2. «

   Я не совершенна. Мне больше нравится снег и лёд, чем любовь. Мне легче интересоваться математикой, чем любить своих ближних.

   Я не совершенна. Мне больше нравится снег и лёд, чем любовь. Мне легче интересоваться математикой, чем любить своих ближних.

   — Смилла Ясперсен · книга
3. «

   Она отошла, положив трубку, и отсутствовала пятнадцать секунд. — Он уехал. — Не далее мужского туалета, — заметил он. — Думаю, вам следует привести его оттуда.

   Она отошла, положив трубку, и отсутствовала пятнадцать секунд. — Он уехал. — Не далее мужского туалета, — заметил он. — Думаю, вам следует привести его оттуда.

   — Тишина · книга
4. «

   Может, и нет никакого дна. Может быть, есть только вечное падение.

   Может, и нет никакого дна. Может быть, есть только вечное падение.

   — Тишина · книга
5. «

   — Элизабет, — сказал он, — ты что, пишешь объявление о знакомстве? Она задержала дыхание. — Объявления — это слишком узкий канал, — продолжал он. — Любовь требует от человека, чтобы он открылся. Нужна большая сфера общения, чем Интернет.

   — Элизабет, — сказал он, — ты что, пишешь объявление о знакомстве? Она задержала дыхание. — Объявления — это слишком узкий канал, — продолжал он. — Любовь требует от человека, чтобы он открылся. Нужна большая сфера общения, чем Интернет.

   — Тишина · книга
6. «

   Если приходится долго ждать, нужно чем-нибудь заняться в это время, чтобы избежать разрушительного воздействия ожидания. Если пустить все на самотек, сознание дрогнет, проснется страх и беспокойство, появится депрессия и тебя потянет вниз.

   Если приходится долго ждать, нужно чем-нибудь заняться в это время, чтобы избежать разрушительного воздействия ожидания. Если пустить все на самотек, сознание дрогнет, проснется страх и беспокойство, появится депрессия и тебя потянет вниз.

   — Смилла и её чувство снега · книга
7. «

   Люди ломаются во время переходных периодов. В Скоресбюсунде, когда зима начинала убивать лето, люди стреляли друг в друга из дробовиков. Нетрудно плыть на волне благополучия, когда уже установлено равновесие. Трудным является новое. Новый лёд. Новый свет. Новые чувства.

   Люди ломаются во время переходных периодов. В Скоресбюсунде, когда зима начинала убивать лето, люди стреляли друг в друга из дробовиков. Нетрудно плыть на волне благополучия, когда уже установлено равновесие. Трудным является новое. Новый лёд. Новый свет. Новые чувства.

   — Смилла Ясперсен · книга
8. «

   Ребра — это замкнутые эллиптические орбиты планет, с фокусами в sternum — грудине, белом центре снимка. Легкие — это сероватые тени млечного пути на фоне черного свинцового небесного экрана. Темные контуры сердца — это облако пепла от сгоревшего солнца. Туманные гиперболы внутренностей — это одинокие астероиды, бродяги вселенной, случайная космическая пыль.

   Ребра — это замкнутые эллиптические орбиты планет, с фокусами в sternum — грудине, белом центре снимка. Легкие — это сероватые тени млечного пути на фоне черного свинцового небесного экрана. Темные контуры сердца — это облако пепла от сгоревшего солнца. Туманные гиперболы внутренностей — это одинокие астероиды, бродяги вселенной, случайная космическая пыль.

   — Смилла и её чувство снега · книга
9. «

   Все мы живём, слепо доверяя тем, кто принимает решения. Слепо доверяя науке. Ведь мир безграничен, а любая информация неопределенна.

   Все мы живём, слепо доверяя тем, кто принимает решения. Слепо доверяя науке. Ведь мир безграничен, а любая информация неопределенна.

   — Смилла Ясперсен · книга
10. «

    Только в то самое мгновение, когда мы понимаем, чего мы лишились, когда потеря кровоточит, а сознание ещё не начало коагулировать, значение потерянного предстаёт перед нами со всей ясностью.

    Только в то самое мгновение, когда мы понимаем, чего мы лишились, когда потеря кровоточит, а сознание ещё не начало коагулировать, значение потерянного предстаёт перед нами со всей ясностью.

    — Женщина и обезьяна · книга
11. «

    В основе своего неврологнического фундамента они осознавали, что по другую сторону какой-то черты в них находится мужчина.

    В основе своего неврологнического фундамента они осознавали, что по другую сторону какой-то черты в них находится мужчина.

    — Женщина и обезьяна · книга
12. «

    — Когда я был маленьким, и нам давали хлеб, прямо из печи, или конфеты, мы делились с остальными. Нас всегда было много, детей артистов, и мы всегда хотели есть. Делились все. Мы кое-что понимали, притом что это никогда не было сформулировано. Мы знали, что хлеб вкуснее, если им делиться. Мы не пытались это объяснить. Но это было чисто физическое ощущение. Вкус был другим. Мы тогда понимали, что самое важное не может существовать только для тебя одного. Если кто-то один голодает, то все чувствуют голод. Также и со счастьем. Не существует твоего отдельного счастья. И свободы.

    — Когда я был маленьким, и нам давали хлеб, прямо из печи, или конфеты, мы делились с остальными. Нас всегда было много, детей артистов, и мы всегда хотели есть. Делились все. Мы кое-что понимали, притом что это никогда не было сформулировано. Мы знали, что хлеб вкуснее, если им делиться. Мы не пытались это объяснить. Но это было чисто физическое ощущение. Вкус был другим. Мы тогда понимали, что самое важное не может существовать только для тебя одного. Если кто-то один голодает, то все чувствуют голод. Также и со счастьем. Не существует твоего отдельного счастья. И свободы.

    — Тишина · книга
13. «

    Со стороны может показаться, что мы — отец и дочь, у которых большой запас жизненной силы и всего в избытке. При ближайшем рассмотрении мы оказываемся всего лишь воплощением банальной трагедии, поделенной между двумя поколениями.

    Со стороны может показаться, что мы — отец и дочь, у которых большой запас жизненной силы и всего в избытке. При ближайшем рассмотрении мы оказываемся всего лишь воплощением банальной трагедии, поделенной между двумя поколениями.

    — Смилла Ясперсен · книга
14. «

    Мне никогда не привыкнуть к тому, как плачут мужчины. Возможно, потому что я знаю, как губительно действуют слёзы на их чувство собственного достоинства. Возможно, потому что слёзы так непривычны для них, что всегда переносят их назад, в детство.

    Мне никогда не привыкнуть к тому, как плачут мужчины. Возможно, потому что я знаю, как губительно действуют слёзы на их чувство собственного достоинства. Возможно, потому что слёзы так непривычны для них, что всегда переносят их назад, в детство.

    — Смилла и её чувство снега · книга
15. «

    Мир этот устроен отвратительно. Если люди в нем держатся вместе, то лишь потому, что вынуждены это делать.

    Мир этот устроен отвратительно. Если люди в нем держатся вместе, то лишь потому, что вынуждены это делать.

    — Дети смотрителей слонов · книга
16. «

    Только человек — паразит. Червь — это орудие богов. Как и мак.

    Только человек — паразит. Червь — это орудие богов. Как и мак.

    — Верлен · книга
17. «

    — Слушай, как насчёт того, чтобы быстренько трахнуться? Я раздумываю, не ослышалась ли я. — Женщины от меня без ума. В нём появилась какая-то бойкость и живость. Я встаю. Надо избегать ситуаций, когда тебя могут удивить. — Прекрасная идея, — говорю я. — Но давай отложим это до твоего дня рождения. Пятидесятилетия.

    — Слушай, как насчёт того, чтобы быстренько трахнуться? Я раздумываю, не ослышалась ли я. — Женщины от меня без ума. В нём появилась какая-то бойкость и живость. Я встаю. Надо избегать ситуаций, когда тебя могут удивить. — Прекрасная идея, — говорю я. — Но давай отложим это до твоего дня рождения. Пятидесятилетия.

    — Смилла Ясперсен · книга
18. «

    Свобода выбора – это иллюзия, жизнь ведёт нас через целый ряд горьких, нелепых, повторяющихся столкновений с теми проблемами, которых мы не разрешили.

    Свобода выбора – это иллюзия, жизнь ведёт нас через целый ряд горьких, нелепых, повторяющихся столкновений с теми проблемами, которых мы не разрешили.

    — Смилла Ясперсен · книга
19. «

    Всё в мире существует, чтобы быть разделённым между людьми.

    Всё в мире существует, чтобы быть разделённым между людьми.

    — Смилла Ясперсен · книга
20. «

    У неё самой никогда не было домашних животных. Без всякой зависти, без всякого желания получить что-нибудь похожее, она смотрела на шотландских пони своих подруг, охотничьих собак и хомячков, и с самого начала ей было ясно, что лошадь между ног, щенок у груди и морская свинка в кровати были заменителем чего-то другого. Животные призваны служить напоминать о ком-то другом.

    У неё самой никогда не было домашних животных. Без всякой зависти, без всякого желания получить что-нибудь похожее, она смотрела на шотландских пони своих подруг, охотничьих собак и хомячков, и с самого начала ей было ясно, что лошадь между ног, щенок у груди и морская свинка в кровати были заменителем чего-то другого. Животные призваны служить напоминать о ком-то другом.

    — Женщина и обезьяна · книга