77 цитат Поля Верлена, которые цепляют

Ниже 77 цитат Поля Верлена — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Тебе стихи мои, сравниться ль их красе С очами милыми, с их чудной красотою, Где грезы сладкие смеются, где порою Печалью дышит все в алмазной их росе!..

   Тебе стихи мои, сравниться ль их красе С очами милыми, с их чудной красотою, Где грезы сладкие смеются, где порою Печалью дышит все в алмазной их росе!..
2. «

   Прошли года, и стих мой буйный пыл, Узнал я жизнь, узнал ее законы. Умею чтить границы и препоны, Но прежних грез своих не разлюбил!

   Прошли года, и стих мой буйный пыл, Узнал я жизнь, узнал ее законы. Умею чтить границы и препоны, Но прежних грез своих не разлюбил!
3. «

   О нет, любимая, — будь нежной, нежной, нежной! Порыв горячечный смири и успокой. Ведь и на ложе ласк любовница порой Должна быть как сестра — отрадно-безмятежной.

   О нет, любимая, — будь нежной, нежной, нежной! Порыв горячечный смири и успокой. Ведь и на ложе ласк любовница порой Должна быть как сестра — отрадно-безмятежной.
4. «

   Целуемые хрупкою рукой, Мерцают переливы клавесина, Расцвечивая сумрак городской. И слабый отзвук, милый и старинный. Так оробело бродит по гостиной, Где все сквозит разлукой и тоской.

   Целуемые хрупкою рукой, Мерцают переливы клавесина, Расцвечивая сумрак городской. И слабый отзвук, милый и старинный. Так оробело бродит по гостиной, Где все сквозит разлукой и тоской.
5. «

   В дорогу! Что глядеть назад! Остыл очаг — остался чад. Весна сурова, но сладка И вся — как весть издалека, Что миновали холода И бог терпенья и труда Нас не забыл. Так помолись - И в путь! Надежды заждались!

   В дорогу! Что глядеть назад! Остыл очаг — остался чад. Весна сурова, но сладка И вся — как весть издалека, Что миновали холода И бог терпенья и труда Нас не забыл. Так помолись - И в путь! Надежды заждались!
6. «

   Не стоит хлопотать о прибыли мгновенной, Пускай дурачит нас лукавая тщета. Спокон веков царит над нашею вселенной Не подлость, не корысть, не злость, а доброта.

   Не стоит хлопотать о прибыли мгновенной, Пускай дурачит нас лукавая тщета. Спокон веков царит над нашею вселенной Не подлость, не корысть, не злость, а доброта.
7. «

   Сердцу плачется всласть, Как дождю за стеной. Что за тёмная власть У печали ночной? <...> Сердце плачет тайком - О какой из утрат? Это плач ни о ком, Это дождь виноват.

   Сердцу плачется всласть, Как дождю за стеной. Что за тёмная власть У печали ночной? <...> Сердце плачет тайком - О какой из утрат? Это плач ни о ком, Это дождь виноват.
8. «

   Ночь, отливая синевою, Истаивает, словно сон. Коралловою полосою Угрюмый запад обнесен.

   Ночь, отливая синевою, Истаивает, словно сон. Коралловою полосою Угрюмый запад обнесен.
9. «

   Жизнь эта жалкая в трудах однообразных Была бы без любви куда как нелегка. Весёлым быть, когда кругом одна тоска, Быть сильным и хиреть во всяких дырах грязных; В огромных городах не слушать шумов разных; Пускай лишь колокол зовет издалека.

   Жизнь эта жалкая в трудах однообразных Была бы без любви куда как нелегка. Весёлым быть, когда кругом одна тоска, Быть сильным и хиреть во всяких дырах грязных; В огромных городах не слушать шумов разных; Пускай лишь колокол зовет издалека.
10. «

    Воспоминанье в Сумерках печали Чуть брезжится на небе, и закат Надежды ярким пламенем объят.

    Воспоминанье в Сумерках печали Чуть брезжится на небе, и закат Надежды ярким пламенем объят.
11. «

    В трактирах пьяный гул, на тротуарах грязь, В промозглом воздухе платанов голых вязь, Скрипучий омнибус, чьи грузные колеса Враждуют с кузовом, сидящем как-то косо И в ночь вперяющим два тусклых фонаря. Рабочие, гурьбой бредущие, куря У полицейского под носом носогрейки, Дырявых крыш капель, осклизлые скамейки, Канавы, полные навозом через край, - Вот какова она, моя дорога в рай!

    В трактирах пьяный гул, на тротуарах грязь, В промозглом воздухе платанов голых вязь, Скрипучий омнибус, чьи грузные колеса Враждуют с кузовом, сидящем как-то косо И в ночь вперяющим два тусклых фонаря. Рабочие, гурьбой бредущие, куря У полицейского под носом носогрейки, Дырявых крыш капель, осклизлые скамейки, Канавы, полные навозом через край, - Вот какова она, моя дорога в рай!
12. «

    Струил закат последний свой багрянец, Еще белел кувшинок грустных глянец. Качавшихся меж лезвий тростника, Под колыбельный лепет ветерка... Я шел, печаль свою сопровождая; Над озером, средь ив плакучих тая, Вставал туман, как призрак самого Отчаянья, и жалобой его Казались диких уток пересвисты, Друг друга звавших над травой росистой.

    Струил закат последний свой багрянец, Еще белел кувшинок грустных глянец. Качавшихся меж лезвий тростника, Под колыбельный лепет ветерка... Я шел, печаль свою сопровождая; Над озером, средь ив плакучих тая, Вставал туман, как призрак самого Отчаянья, и жалобой его Казались диких уток пересвисты, Друг друга звавших над травой росистой.
13. «

    Листва и охра стен; ночлег тебе готов. У тракта, где с утра бредешь, едва не плача, В дешевом кабачке под вывеской «Удача» Дадут вино и хлеб, не спросят паспортов.

    Листва и охра стен; ночлег тебе готов. У тракта, где с утра бредешь, едва не плача, В дешевом кабачке под вывеской «Удача» Дадут вино и хлеб, не спросят паспортов.
14. «

    Мало в дни стыда и скуки Сочетать сердца и руки, Нужно души повенчать - Две отваги одиноких, Чтоб удары бурь жестоких Вместе на себя принять.

    Мало в дни стыда и скуки Сочетать сердца и руки, Нужно души повенчать - Две отваги одиноких, Чтоб удары бурь жестоких Вместе на себя принять.
15. «

    Я шел плечом к плечу со Счастьем, восхищен... Но равнодушный рок не знает снисхожденья. В плоде таится червь, в дремоте — пробужденье, Отчаянье — в любви; увы — таков закон.

    Я шел плечом к плечу со Счастьем, восхищен... Но равнодушный рок не знает снисхожденья. В плоде таится червь, в дремоте — пробужденье, Отчаянье — в любви; увы — таков закон.
16. «

    Я пройду по жизни непоколебимо Прямо за судьбой, куда глаза глядят. Я ее приму без торга и нажима. Много будет встреч, и стычек, и засад.

    Я пройду по жизни непоколебимо Прямо за судьбой, куда глаза глядят. Я ее приму без торга и нажима. Много будет встреч, и стычек, и засад.
17. «

    Приговоренный жить в парижском заточенье, В минуты праздные ищу я утешенья В том, что доступно мне и сходно по цене. Вот, например, квартал, где поселиться мне Под крышей довелось. Отсюда я немало Увидел всяких сцен: ведь нищета квартала Не прячется от глаз соседей, и она Их бедности сродни и каждому видна.

    Приговоренный жить в парижском заточенье, В минуты праздные ищу я утешенья В том, что доступно мне и сходно по цене. Вот, например, квартал, где поселиться мне Под крышей довелось. Отсюда я немало Увидел всяких сцен: ведь нищета квартала Не прячется от глаз соседей, и она Их бедности сродни и каждому видна.
18. «

    Подруги юности и молодых желаний! Лазурь лучистых глаз и золото волос! Объятий аромат, благоуханье кос И дерзость робкая пылающих лобзаний!

    Подруги юности и молодых желаний! Лазурь лучистых глаз и золото волос! Объятий аромат, благоуханье кос И дерзость робкая пылающих лобзаний!
19. «

    Того, что я писал, назад я не беру, Все это думал я и было правдой это, И сохраню я все до дня, когда умру, Былым, нетронутым, в волненьях новых света.

    Того, что я писал, назад я не беру, Все это думал я и было правдой это, И сохраню я все до дня, когда умру, Былым, нетронутым, в волненьях новых света.
20. «

    Я свыкся с этим сном, волнующим и странным, В котором я люблю и знаю, что любим, Но облик женщины порой неуловим - И тот же и не тот, он тает за туманом.

    Я свыкся с этим сном, волнующим и странным, В котором я люблю и знаю, что любим, Но облик женщины порой неуловим - И тот же и не тот, он тает за туманом.